Из Петербурга в Карелию - Дмитрий Григорьев

Глава 7. О заселении побережья Онежского озера

Кижи и Китеж – названия созвучные, но совсем разные. Если сказочный град Китеж пропал с глаз людских до времен Страшного суда, то сказочно красивый остров Кижи радует нас и зимой, и летом.

Ехать до Кижей на «Комете» из Петрозаводска недолго – чуть больше часа, но дорого – больше двух с половиной тысяч рублей туда и обратно. Билеты лучше заказать заранее; например, заказ экскурсий и билетов онлайн есть на сайте музея[89]. Зимой тоже можно добраться в Кижи – туда ходит судно на воздушной подушке. Помимо туристических рейсов, существует социальная линия Петрозаводск – Великая Губа с заходом в Сенную Губу и Кижи[90]. Здесь стоимость билетов на «Кометы» ниже, но ходят суда лишь по пятницам и воскресеньям.

Люди на берегах Онежского озера жили издревле: в окрестностях Кижей археологи находят стоянки и орудия труда, созданные около восьми-девяти тысяч лет тому назад. А в целом в Заонежье обнаружено более тридцати пяти древних поселений разных эпох: мезолита, неолита и энеолита.

От первобытной эпохи также остались достаточно хорошо сохранившиеся захоронения. Раскопки могильника (более полутысячи погребений) на Южном Оленьем острове неподалеку от Кижей, открытого в начале 30-х годах XX века, позволили восстановить облик древних обитателей этих мест (мужчины ростом 170–175 см, с широкими лицами, женщины на несколько сантиметров ниже) и познакомиться с их культурой – в могилу клали вещи, оружие и одежду, которые могли пригодиться усопшему при путешествии в другие миры. Были найдены каменные наконечники стрел, рыболовные крючки, иглы для вязания сетей, гарпуны, ножи, украшения из зубов и камней. Одежда шилась из шкур и хорошо защищала от холода.

В 1991 году археолог Анатолий Журавлев обнаружил в окрестностях деревни Пегремы, что расположена на западном побережье Уницкой губы Онежского озера, на площади в два гектара каменные кладки, валуны, обтесанные в виде животных, и локальные пятна охристого песка. Тут сработала пословица «Не было бы счастья, да несчастье помогло» – все эти ценные артефакты удалось увидеть после пожара, уничтожившего лес. Впоследствии были найдены обломки керамики, сланцевые и кремневые орудия хорошего качества. А на острове Радколье, в пятнадцати километрах от Кижей, живет «Радкольский бог»: камень, напоминающий человеческое лицо.

Этнический состав здешнего населения, как и по всей Карелии, менялся, до первого тысячелетия здесь жили саамы, их сменили вепсы, карелы, а затем и славяне. Славяне появились в Заонежье в XI веке. Причем проникновение шло по водным путям – из Новгорода в Ладогу, из Ладоги по Свири в Онежское озеро, из него – дальше на север, к Белому морю. Как пишет поэт Сергей Ташевский:

И ветер ходил волнами над северными горами,

Над вековечной тайгой, еще не ставшей жильем,

Над грезящими о храмах камнями на Валааме,

Играл не знавшим людей, ручным для ветра зверьем,

Ветер вытягивал пальцами тонкие нитки дыма

Из отсыревших костров, струйки пара из синих губ, —

Но говорили мало. Дни проносились мимо —

И ровные, цепкие бревна соединялись в сруб…

…Зачем уходили они – и рассказать не могли бы.

Там не было ни друзей, ни дьявола, ни врагов,

И жизнь повисала на тонкой жиле пойманной рыбой,

Искрясь на морозе тысячей жемчугов.

Пока на полу земляном коротали зиму,

Короткий солнечный день глазам не давал смотреть,

А ночью, кажется, смерть провывала мимо —

Но это они загнали на Север смерть.

Все это сопровождалось ассимиляцией с местным населением. «Сами колонисты не вызывали туземцев на борьбу, – писал Василий Осипович Ключевский в “Курсе русской истории”, – они принадлежали в большинстве к мирному сельскому населению, уходившему из юго-западной Руси от тамошних невзгод и искавшему среди лесов Севера не добычи, а безопасных мест для хлебопашества и промыслов. Происходило заселение, а не завоевание края, не порабощение или вытеснение туземцев. Могли случаться соседские ссоры и драки, но памятники не помнят ни завоевательных нашествий, ни оборонительных восстаний».

Однако ведь были знаменитые новгородские ушкуйники, по воинственности не уступавшие викингам, готовые не только поторговать, но и пограбить. Думаю, многим из местного населения это не очень нравилось. Правда, боевая деятельность ушкуйников была обращена во все стороны от Новгорода: в Скандинавию, в Сибирь, на Волгу, – а земли Обонежья уже как бы являлись своими, с которых достаточно было брать дань.

С XIV века новгородские бояре начали создавать здесь свои вотчины. Так, у Марфы Посадницы в Обонежкой пятине было семьсот деревень. Оброк с крестьянина на боярских землях взимался пушниной, зерном и деньгами. Но это был лишь оброк, в северных краях крепостное право и в дальнейшем не получило широкого распространения. Православные монастыри также, начиная с середины XIV века, расширяли здесь свои земельные владения.

Глава 8. О Кижах и сказителях Заонежья

Но вернемся в Кижи. Название острова, вероятнее всего, произошло от вепсского слова «кииджи». Так называли мох, растущий на болотах острова, который использовался для утепления срубов. А возможно, имя пошло от вепсского кижат – игрища: может быть, на территории острова были языческие святилища. Как я уже писал, с XI века эти места стали землями Великого Новгорода, тогда же здесь появились первые церкви. Впервые кижские храмы упоминаются в писцовых книгах Московского государства в 1582 году: «Погост Спасский в Кижах на Онеге озере, а на погосте церковь Преображенье Спасово, а другая церковь Покров Святии Богородицы». Оба этих храма погибли во время пожара конце XVII века, и на их месте появились новые. Эти церкви, двадцатидвухглавая Преображенская (летняя), девятиглавая Покровская (зимняя), а также колокольня являются архитектурной доминантой острова. Вокруг них возведена высокая деревянная ограда, отделяющая памятник деревянного зодчества от крестьянских полей.

Преображенская церковь (фото Аси Тумановской)

Преображенская церковь, сложенная без единого железного гвоздя, долгое время была на реставрации, но в августе 2020 года уже открыла свои двери. Легенду о ее создании я услышал от сотрудника музея и по совместительству сказителя Виктора Тумановского. Дескать, строил это чудо мастер Нестор со товарищи: «…восемь бревен кольцом уложили, к ним прирубили с четырех сторон света по клети – получилось двадцать стенок. Сверху посмотреть – крест равноконечный. С востока алтарь будет, а с запада – трапезная с крыльцом. Дальше следующий венец уложили.