Негодяй Билли - Эдгар Райс Берроуз

– До свидания, Билли! Помните про Рио! – сказал Бридж.

– И револьверы, сеньор, – напомнил Мигель.

– Будьте спокойны, – ответил Билли и, не торопясь, направился к небольшому кружку курящих под деревом бандитов.

При его приближении Розалес взглянул на него и улыбнулся. Затем, встав, он протянул ему руку.

– Добро пожаловать, сеньор капитан, – сказал он любезно. – Я – капитан Розалес.

Он остановился, ожидая, чтобы Билли назвал свое имя.

– Меня зовут Байрн, – ответил Билли. – Рад познакомиться с вами, капитан.

– А, значит, капитан Байрн!

И Розалес принялся представлять его остальным офицерам.

Некоторые, подобно Розалесу, были образованными людьми и раньше служили офицерами в армии. Пезита захватил их в плен, и они предпочли позорную жизнь бандитов немедленной жестокой расправе. Остальные – и их было большинство – являлись чистокровными индейцами, привыкшими к грабежу и разбоям.

Рядом с гигантом Байрном все остальные казались лилипутами. Розалес и еще двое других с грехом пополам говорили по-английски; с ними-то и завел беседу Билли. Он постарался узнать у них имя того офицера, который должен был командовать конвоем на следующее утро, но Розалес и остальные уверяли его, что они этого сами не знают.

Билли повторил свой вопрос, в упор глядя на Розалеса, и заметил, как у того сузились зрачки и как он слегка отшатнулся. Несмотря на все уверения, Билли понял, что Розалес лжет. Он, несомненно, знал, кто должен командовать конвоем. Почему же он не ответил? Признак был очень тревожный…

Билли начал раздумывать над тем, как спасти своего друга от судьбы, уготованной ему Пезитой. Розалес, будучи отнюдь не дураком, тоже погрузился в размышления. С чего этот незнакомец интересуется, кто будет командовать охраной? Ведь он толком не знает никого из офицеров. Какая ему разница, кто поедет завтра с его другом? Ага! Но вот Мигель знает, что разница есть! Значит, Мигель поговорил с новым капитаном и пробудил в нем подозрения.

Розалес под каким-то предлогом покинул кружок офицеров. Через минуту он уже выкладывал свои подозрения Пезите и предлагал ему новый план действий.

– Не назначайте меня начальником конвоя, – посоветовал он генералу. – Пошлите вместо меня капитана Байрна.

Пезита издал недоумевающее восклицание.

– Постойте, – успокоил его Розалес. – Пусть новый капитан выедет утром, взяв полдюжины солдат, которые будут играть роль охраны. За час до рассвета я вышлю вперед двух наших лучших стрелков. Они устроят засаду в месте, известном нам с вами, и уже около полудня капитан Байрн будет вынужден вернуться и сообщить, что на них было совершено нападение отрядом неизвестных и что оба наших гостя оказались убиты в перестрелке. Это будет правдоподобно и не бросит на нас и тени вины. Мы скажем, что это, скорее всего, люди Вильи, и поклянемся им отомстить, а капитан Байрн станет люто ненавидеть самого Вилью, как это подобает истым приверженцам Пезиты.

– Вы хитры, как бес, капитан! – закричал Пезита в восторге. – Мы сделаем именно так, как вы советуете. Ступайте, а я пошлю за капитаном Байрном и отдам ему распоряжения на утро.

Когда Розалес удалился, за углом палатки Пезиты мелькнула чья-то фигура и бесшумно исчезла в темноте.

Глава XIV

Засада

На следующее утро, после раннего завтрака, Бридж и Мигель выехали из лагеря под охраной конвоя, предводительствуемого самим Билли Байрном. Старая форменная куртка и широкополая шляпа, преподнесенные ему офицерами, составляли обмундирование новоиспеченного капитана. Лошадь под ним была самая крупная, которую только могли выискать в лагере. Билли сильно выделялся среди своих солдат, намного превосходя их ростом и плотностью телосложения.

Около часа они двигались по пыльной дороге. Билли и Бридж беседовали о разнообразных предметах, не затрагивая, однако, того, который занимал их сейчас больше все прочих. Мигель ехал молча и казался очень озабоченным. Накануне вечером он в темноте подполз к Бриджу и передал ему какое-то сообщение, а утром Бриджу представилась возможность незаметно шепнуть что-то Билли Байрну. Последний в ответ только немного поднял брови, а затем весело улыбнулся. Казалось, он был чем-то очень обрадован.

Рядом с Билли, во главе отряда, ехали Бридж и Мигель; за ними следовали шесть смуглых низкорослых солдат, на которых Пезита мог положиться. Вскоре они достигли места, где дорога шла по глубокому руслу высохшего ручья. По обоим берегам высились унылые кактусы и рос колючий кустарник, за которыми легко мог укрыться целый полк. Место для засады было идеальное.

– Это наверняка здесь, сеньор капитан! – чуть слышно шепнул Мигель.

Невысокий холм скрывал от них дальнейший путь, но также мог легко скрыть и их самих от глаз неприятеля, возможно поджидающего за поворотом русла.

При этих словах Мигеля Байрн круто свернул с дороги. Но едва он отклонился от прямого пути, как один из солдат поспешил к нему, крича по-испански, что он не туда едет.

– Чего он лопочет? – спросил Билли, повернувшись к Мигелю.

– Он говорит, что вы должны держаться русла реки, сеньор капитан, – объяснил мексиканец.

– Скажите ему, чтобы не совался не в свое дело, – коротко ответил Байрн, подгоняя лошадь.

Но солдат упорствовал. На этот раз не только он, но все пятеро его товарищей нагнали Билли.

– Это неверный путь, сеньор капитан, неверный! – кричали они наперебой. – Поезжайте той дорогой, сеньор капитан, так приказал генерал Пезита.

Поняв общий смысл их восклицаний, Билли резким движением руки приказал им посторониться.

– Здесь начальник я, – объявил он. – Прочь с дороги, если не хотите, чтобы вам за это попало, – и снова двинулся вперед.

Солдаты попытались преградить ему путь, а один даже поднял карабин. Поза его была явно угрожающая. Он был так близко от Билли, что их лошади шли плечом к плечу.

Билли Байрн, как глубокий знаток всех основных принципов драк, твердо знал, что удар всегда следует наносить первому. Без какого-либо предупреждения, он чуть склонился вперед и, вложив в это движение весь свой вес, ударил солдата в подбородок с такой силой, что выбил его из седла. Одновременно Бридж и Мигель выхватили револьверы и открыли пальбу по остальным. Бой был короток. Один из солдат попытался сбежать, но Мигель, который оказался превосходным стрелком, уложил его в ста шагах. Затем он, с полным пренебрежением к правилам цивилизованной войны, деловито пристрелил раненых.

– Мы не должны допустить, чтобы кто-нибудь вернулся к Пезите и рассказал ему о случившемся, – объяснил он.

Даже Билли Байрн поморщился при виде этих жестоких, хладнокровных убийств. Он понимал, что он вызваны необходимостью, но в то же время чувствовал, что не смог бы заставить себя сделать то, что мексиканец исполнял с