Негодяй Билли - Эдгар Райс Берроуз

Он смотрел на пленников и свирепо хмурился, пока его офицер, сильно жестикулируя и не менее сильно привирая, рассказывал ему увлекательную историю пленения «этих подозрительных иностранцев».

– Американцы? – отрывисто обратился генерал к Бриджу и Билли.

Оба ответили утвердительно.

Пезита повернулся к Мигелю:

– Где Вилья?

– Откуда мне это знать, генерал? – ответил Мигель смиренно. – Как могу я, бедняк, живущий в нашей тихой долине, знать о передвижениях великих мира сего? Я не знал даже, где находится великий генерал Пезита, пока меня не привели перед его милостивые очи. Я умоляю Пезиту позволить мне служить ему, насколько хватит моих слабых сил…

Пезита, казалось, не слышал того, что говорил ему Мигель. Он небрежно повернулся к нему боком и обратился к Билли на ломаном английском:

– Вы направлялись в Эль-Оробо, да? У вас там, верно, знакомые?

Билли ответил, что никого они там не знают, а просто ищут работы на какой-нибудь американской ферме или руднике.

– Почему вы покинули свою страну? – спросил Пезита недружелюбно. – Что вам нужно у нас здесь, в Мексике?

– Видишь, в чем дело, старина, – ответил Билли развязно, – наступила зима, птицы и потянулись на юг. За мной по пятам шел толсторожий шпик из Чикаго, вот я и улепетнул.

– Шпик? – переспросил заинтересованный Пезита. – Это что-то такое, что едят?

– Да нет же! Я сказал, что меня выследил толсторожий шпик.

– Ах, так! – кивнул Пезита, не желая сознаться в недостаточном знании английского, но затем прибавил: – Я много времени провел в Штатах, но толсторожего шпика не знаю.

Бридж пришел ему на помощь.

– Мой друг хочет сказать, что его выгнала из Соединенных Штатов полиция.

Пезита поднял брови.

– Так почему же он этого сразу не сказал? – спросил он.

– Он пытался объяснить это вам по-своему, – сказал Бридж.

Тут Пезиту внезапно осенила мысль. Он обернулся к Бриджу.

– Значит, ваш друг не американец? – спросил он. – Я, впрочем, так и подумал. То-то мне его толком не понять! Он говорит на языке американцев еще хуже, чем я. Из какой он страны?

Билли Байрн уже собирался с некоторой гордостью ответить, что он чистокровный американец, но Бридж сразу усмотрел в этом обстоятельстве маленький шанс на спасение своего друга, а потому движением головы приказал Билли молчать и сам ответил за него:

– Он, видите ли, из Грандавеню. Это как бы не совсем Германия, но там очень много немцев. Так что мой друг не говорит по-немецки, а по-английски едва-едва. У них в Грандавеню свой язык.

– Ага, понимаю! – важно промолвил Пезита. – Это как бы немецкая колония. Уберите Мигеля и американца, – сказал он, обращаясь к солдатам, которые привели к нему пленников, – я хочу переговорить с этим иностранцем из Грандавеню.

Когда они остались с глазу на глаз, Пезита обратился к Билли на ломаном английском языке.

– Мне очень жаль, сеньор, – сказал он, – что вас подвергли такому недостойному обращению. Мои солдаты не могли знать, что вы – не американец, но я постараюсь все это поправить. Вы – сильный человек. Американцы выгнали вас из своей страны, как они выгнали меня. Я ненавижу их, и вы ненавидите их. Но довольно об этом. Вы ищете работу в Мексике? Я дам вам занятие. Вы большой и сильный как бык. Вы останетесь со мной, сеньор. Я сделаю вас капитаном. Мне нужен человек, который говорил бы немного по-английски и выглядел бы как американец. Вы как раз подходите. Сейчас у нас идет война с Вильей. Он республиканец, но не настоящий. Весь простой народ за меня. Спросите любого: всякий вам скажет, что Пезита – друг народа. Уж мы развернемся – вы и я! Будем сражаться против негодяев, заливших кровью несчастную Мексику. И при этом, конечно, не забывать о своем кармане. А когда мы победим всех врагов, то найдем себе что-нибудь другое по вкусу. Идет?

– Ладно, что ж! Я согласен, – сказал Билли. – Мой товарищ тоже входит в пай?

– Что такое?

– Вы моего друга тоже сделаете капитаном?

Пезита в ужасе поднял руки и закатил глаза. Принять американца в свою шайку? Это было немыслимо!

– Что вы, что вы! Его, разумеется, расстреляют! – воскликнул он. – Я поклялся, что убью всех проклятых янки. Я стану спасителем моей истекающей кровью страны. Я освобожу ее от этого отродья!

– В таком случае дело не выгорит, – твердо сказал Билли. – Я парень справедливый. Если вы воображаете, что можно укокошить Бриджа, а Билли Байрн будет спокойно любоваться на это, то вы очень ошибаетесь. Это мой друг.

– Вы любите этого американца? – недоумевающе спросил Пезита.

– Еще бы! – вскричал Билли.

Пезита погрузился в размышления. В его голове сложился план, который требовал помощи как раз такого человека, который сейчас стоял перед ним. Нужно было, чтобы его никто в округе не знал и чтобы его имя ни под каким видом не могло быть связано с генералом Пезитой.

– Вот что я вам скажу, – сказал он наконец. – Я отпущу вашего друга. Я пошлю его под надежной охраной в Эль-Оробо. Быть может, впоследствии он нам и пригодится. Но я отпущу его, только если вы останетесь у меня. Иначе я расстреляю и вас обоих, и Мигеля.

– Что вам сделал этот Мигель? – спросил Билли. – Ведь он совсем божья коровка.

– Он сторонник Вильи. А если Вилья победит, то американцы наводнят Мексику.

– Отпустите этого несчастного, – заявил Билли, – и я останусь с вами. У него жена и ребятишки, неужели вы хотите, чтобы они остались одни в это тяжелое время?

Пезита снисходительно усмехнулся.

– Хорошо, сеньор капитан, – сказал он, отвесив Билли поклон. – Из уважения к вам я отпущу Мигеля и вашего друга и пошлю с ними надежный конвой.

– Вот это дело, старый хрыч! – воскликнул Билли, хлопнув по плечу генерала, причем Пезита гордо приосанился, думая, что ему пожаловали какой-то высокий титул, принятый в Грандавеню. – Вот это дело! Я пойду и сообщу им ваше решение.

– Идите, – согласился Пезита, – и скажите им, что они выезжают завтра рано утром.

Глава XIII

Пезита меняет планы

Когда Билли ушел, направившись в ту сторону, куда солдаты отвели Бриджа и Мигеля, Пезита поманил к себе оборванца, который, опершись на ружье, стоял неподалеку от своего «генерала» и изображал из себя ординарца.

– Пришли ко мне капитана Розалеса!

Босоногий ординарец поплелся к дереву, под сенью которого кучка людей в широкополых сомбреро оживленно дулась в карты. Солдат подошел к одному из них и передал поручение генерала, после чего долговязый и худой Розалес нехотя встал и пошел к Пезите.

– Тот здоровяк, один из троих, кого привели сегодня утром, оказывается, не американец, – сообщил ему Пезита. – Он из Грандавеню. Он может нам очень пригодиться, потому что