Негодяй Билли - Эдгар Райс Берроуз

– А теперь примемся за остальных! – воскликнул Мигель, когда удостоверился, что все шестеро мертвы.

Билли и Бридж помчались за ним верхом, обогнули небольшой холм, а затем проехали около двухсот футов параллельно руслу ручья. Тут они увидели впереди себя двух индейцев. Те стояли с карабинами в руках, в явном недоумении из-за неожиданной стрельбы, которую они только что слышали и которую не могли себе объяснить.

При виде трех всадников индейцы бросились в кусты, ища укрытие. Раздался выстрел. Лошадь Байрна споткнулась, с громким ржанием встала на дыбы и, опрокинувшись на бок, упала замертво. Билли быстро вскочил на ноги и дважды выстрелил в сторону врагов.

Мигель и Бридж подъехали к кустам, тоже непрерывно паля из револьверов. Один из индейцев выронил ружье, схватился за грудь и с воплем упал навзничь. Другой спрыгнул с берега и, спотыкаясь, полетел кувырком до дна пересохшей речки. Там он поднялся на ноги и пустился бежать по руслу зигзагами от одного берега к другому, стараясь все время держаться за редким прибрежным кустарником. Билли Байрн шагнул к самому краю откоса и приложил карабин к плечу. Его лицо сияло, глаза искрились, радостная улыбка освещала его правильные черты.

– Вот это жизнь! – воскликнул Билли и спустил курок.

Индеец, петлявший внизу, как вспугнутый заяц, упал лицом вниз, сделал попытку встать, а затем неподвижно растянулся на песке.

Мигель и Бридж спешились и подбежали к Байрну.

– Капитан – прекрасный воин, – уважительно кивнул мексиканец. – Мой генерал бы высоко оценил такого человека! Он, без сомнения, сразу сделал бы его полковником. Идемте со мной, сеньор капитан, и вас ждет блестящая карьера!

– Куда? – удивился Билли.

– В лагерь освободителя несчастной истекающей кровью Мексики, генерала Франсиско Вильи.

– Не получится! – отрезал Билли. – Я уже вроде как присягнул Пезите и не хочу ему изменять. Благодаря ему я за последние сутки получил такое удовольствие, какого не имел с тех пор, как распростился с одним своим приятелем, правителем острова Иоко.

– Но, дражайший капитан, – закричал Мигель, – вы же не думаете вернуться к Пезите? Он вас пристрелит своей собственной рукой, когда узнает, что здесь случилось!

– Не думаю, что он на это пойдет, – сказал Билли.

– И правда, ступайте с Мигелем, Билли, – посоветовал Бридж. – Пезита вам этой истории не простит. Из-за вас он потерял сегодня восемь солдат, а у него их не так много, чтобы он мог ими швыряться. Кроме того, вы его явно одурачили, и, как мне думается, вам придется за это ответить.

– Нет, – беззаботно тряхнув головой, сказал Билли. – Мне этот Пезита действительно нравится. Не верю я этим россказням про него. Если даже он и хотел с вами разделаться, так ведь это же из принципа: он поклялся очистить от врагов свободы свою страну, – а вы, Бридж, как американец, конечно, враг свободы. И хоть Пезите это не удалось, я не вижу причины его теперь избегать. Удирайте одни, без меня. Счастливого пути, я еду обратно в лагерь.

Он подошел к месту, где были укрыты лошади убитых стрелков, отпустил одну на свободу и вскочил на другую.

– До свиданья, товарищи! – закричал он и, махнув им на прощанье рукой, поскакал обратно по той дороге, которой они только что приехали.

Мигель и Бридж молча следили за тем, как всадник исчезает вдали, а затем направили своих коней в противоположном направлении. На всем оставшемся протяжении дня Бридж не продекламировал ни одного стиха. На сердце у него было тревожно: он скучал без Билли и страшился того, что могло ожидать его друга в лагере Пезиты.

Глава XV

Удачный рапорт

Весь обратный путь Билли Байрн находился в приподнятом настроении. Он предвкушал удовольствие от встречи с Пезитой и от предстоящей ему полудикой, но веселой и свободной жизни в его отряде.

С самого детства Билли любил приключения. Жизнь члена уличной шайки в угрюмых кварталах Чикаго давала мало пищи для удовлетворения этой тяги. Затем судьба забросила его на дикий берег острова Иоко. Вот тут его ждали настоящие приключения! Все, что было лучшего в этом сильном человеке, смогло проявиться в упорной борьбе, которую ему пришлось вести против свирепых островитян и дикой природы.

Уличная жизнь в Чикаго развила в Билли только самые элементарные инстинкты, удовлетворяла самые низменные потребности, и теперь возвращаться к ней он не хотел. Между прежним и теперешним Билли стояло воспоминание о Барбаре и о том восхищении, которое он когда-то прочел в ее милых глазах. Байрну до сих пор не верилось, что такая прекрасная девушка могла питать нежные чувства к нему – человеку, которого она сама некогда с презрением назвала хулиганом и трусом. Но тот светлый момент, когда он понял, что Барбара его любит, навсегда врезался в его память. С этих пор Билли старался жить так, чтобы не оказаться недостойным ее веры в него.

Недавнее вступление в банду разбойников и грабителей не вызывало в наивной душе Билли никаких сомнений насчет достойности подобного шага. Билли ничего не знал о политической ситуации в Мексиканской республике: если бы Пезита заявил ему, что является президентом страны, то Билли поверил бы и этому. Для него тот был настоящим революционным вождем, защитником обездоленных. Он считал, что влился в ряды народных борцов, которые воюют против армии Вильи, поддерживающего аристократов. Кроме высокой цели освобождения угнетенных, его привлекала перспектива сражений и драк: это было как раз то, что он любил. Этика Пезиты в деле ведения войны его тоже не смущала. Он слышал, что когда-то некий американский генерал провозгласил, что война – это ад, и поэтому искренне считал, что на войне дозволено все.

Время близилось к полудню, когда Билли прибыл в лагерь. Пезита с большей частью своих людей выехал куда-то на север. В лагере оставалось только с полдюжины солдат. Все они с изумлением таращились на Билли, когда увидели, что он вернулся один, но не задавали ему никаких вопросов, а Билли не стал давать им никаких объяснений. Его отчет предназначался только для Пезиты.

Остаток дня Билли провел в изучении испанского языка, болтая с однополчанами. Перед самым закатом солнца в лагерь вернулся Пезита. В арьергарде его маленького отряда солдаты вели двух лошадей без всадников, а трое кавалеристов с трудом держались в седлах, и их одежда была вся в крови.

По-видимому, Пезита наткнулся на сопротивление. Те, которые оставались в лагере, окружили вернувшихся товарищей.

Из сбивчивых ответов и восклицаний Билли понял, что Пезита ездил куда-то далеко, чтобы потребовать дань с одного богатого фермера. Но оказалось, что фермер был каким-то образом