Тара Дункан и Творцы заклинаний - Софи Одуин-Мамикониан

– А как насчёт архитектуры? На Земле в разных странах могут быть совершенно отличные здания, да и интерьеры тоже.

– А это мысль, – оживилась Пеночка. – Фабрис, как бы ты описал крепость?

– Ну, она огромная, – сев за стол и взяв в руки чашку горячего шоколада, ответил Фабрис. – Двери высокие, в разные стороны расходятся коридоры, как будто крепость строили землеройки. Стены обычные, безо всякого волшебства, двери надо открывать за ручку. Никаких гобеленов, никаких украшений, ничего. В общем, продуваемая всеми ветрами, унылая крепость.

– Никогда раньше не видел серый камень с вкраплениями, – протянул Робин.

– Ой! – вдруг воскликнула Пеночкка, которая обратила внимание на каменные стены. – Тут наверняка жили великаны! Неужели мы в Гандисе?

– Ты уверена?

– В какой-то мере. Я такое видела только в Гандисе, стране великанов. Они возводят здания из чароотражающего камня, который не пропускает волшебство. Поэтому заклинатели не могут найти крепость, ведь для них сооружение невидимо. Кстати, это единственный камень, который великаны не едят – потому и пускают его на строительство.

Тара захлопала глазами.

– Не едят? Великаны питаются камнями?

– Да. Они предпочитают камни, поэтому и живут в горах Гандиса. Дворфы добывают в тех краях минералы, а отходы добычи продают великанам. Народы активно торгуют друг с другом.

– А что великаны продают дворфам? – спросила Тара, которая была заинтригована.

– Некоторые металлы требуют больше сил, чем есть у дворфов, так что их выплавкой занимаются великаны. Расплачиваются они стойко-кредитами, как и остальные обитатели Иномирья.

– Пф! Дворфы могут выплавить что угодно! – раздался рядом с друзьями громкий возглас. – Дворфы ничуть не слабее великанов. А ерунду про выплавку придумали исключительно для того, чтобы великаны считали себя нужными. Это ведь наши лучшие клиенты. Надо немножечко им польстить.

Друзья обернулись, и Тара обомлела.

Тара подумала, что спорить с бородатой девушкой явно не стоит. Рост дворфийки вполне совпадал с её шириной. Казалось, золотые браслеты вот-вот лопнут под напором бугристых бицепсов. Носила она не серую мантию, а безрукавку. На квадратных плечах можно было запросто расположить подносы со стаканами, не боясь, что они упадут и разобьются вдребезги. От девушки исходила невероятная энергия и чувство уверенности.

Рыжеватая борода была заплетена в косы с симпатичными лентами, а чёрный контур на нижнем веке подчёркивал красивые серо-зелёные глаза. Густая шевелюра, тоже заплетённая и украшенная лентами, свисала почти до пола. Всё вместе смотрелось весьма необычно.

– Её имя Фафнир. Она дворфийка из Гимлии. Похитили в прошлом году.

– Неудивительно. Я была лучшей ученицей, а кровосклепы похищают только лучших.

– Ну, учитывая нас, так не скажешь, – возразил Калиб, – хотя нас сюда доставили случайно.

– То есть?

– Изначально мы… Ай!

– Долгая история, – перехватил инициативу Робин, пнув Калиба под столом.

Пеночка с любопытством разглядывала дворфийку, а потом смущённо заговорила:

– Позволь представиться. Я – Глория Даавиль, принцесса Ланковита, но мне нравится, когда меня называют Пеночкой. Это Калибан даль Салан, или просто Калиб. Робин М’ангил…

Тара задумалась. Раньше она не уделяла особенного внимания его фамилии, однако та прозвучала знакомо.

– И наконец, Тара Дункан. А девушка, которая нарочно отводит от нас взгляд, Ангелика Брандо. Извини за вопрос, но разве не странно, что ты в крепости?

– Ещё бы! – ответила Фафнир, вздохнув и отодвинув от себя тарелку с остатками жаркого (индейки или даже страуса), которым завтракала. – Когда другие дворфы поняли, что я заклинательница, меня выгнали. Ты ведь в курсе, что дворфы магию на дух не переносят. И меня не пожалели, хотя я была совсем малышкой – да мне даже двести пятьдесят не исполнилось!

– Понимаю, – искренне проговорила Пеночка, кивая на бороду. – Ты не сбрила её, а значит, пока не считаешься взрослой, верно?

– Да, точно, – угрюмо буркнула Фафнир. – И если я не избавлюсь от чёртовой магии в ближайшие дни и не явлюсь на церемонию инициации, навсегда останусь в изгнании.

Пеночка прониклась сочувствием, но не знала, чем утешить новую знакомую. Церемония, которая отмечала совершеннолетие, для дворфов была крайне важна. Во время инициации юные дворфы произносили речь и тем самым могли убедить клан, что они повзрослели. Этот народ всегда ненавидел волшебство, и когда кто-либо получал дар, собраться отвергали беднягу.

Поэтому среди волшебников так мало дворфов, а жаль, ведь магический дар у них обычно довольно силён.

– А почему ты училась у заклинателя в Травии?

– Я искала способ избавиться от магии! – ответила Фафнир, озадачив, Тару и её друзей.

– Но это невозможно! – воскликнула Пеночка. – Дар как цвет волос или размер носа. Можно попробовать изменить, но только на время.

– Что ж, послушайте. Когда меня похитили кровосклепы, я была в отчаянии, поскольку за целый год, проведённый в замке под руководством леди Сиреллы, так не разузнала о том, как вытравить из себя магию. Об таком не говорилось ни в одной летописи, ни в одном манускрипте. А здесь, у местных уродцев, библиотека побогаче, чем в Ланковите. И особенно хорош отдел запретных чар и зелий. На прошлой неделе мне попалось нечто обнадёживающее.

– И что же? – восторженно спросил Робин.

Фафнир заговорила тише.

– На Болотах Запустения на острове в южной части Гандиса растёт чёрная роза аннихилус. Её боятся все заклинатели, которым о ней известно. Это чёрная роза, сок которой полностью вытравливает магию. Надо вскипятить лепестки, выпить отвар – и больше никакого волшебства! Но цветок невероятно сложно найти, говорят, что любой, кто его сорвёт, будет проклят, но мне наплевать. Вот моя единственная надежда.

Калиб нахмурился и спросил:

– Но если дворфы не любят магию, то почему ты просто не притворилась нормальной?

Фафнир сдвинула брови.

– Дворфы отличаются честностью. Мы не умеем лгать.

Калиб выпучил глаза. Не уметь врать? Какой кошмар!

– Во всяком случае, друг другу, – поправилась она. – И у наших торговцев есть кое-что на такой случай. В общем, едва родители узнали о моём даре, они мигом всё сообщили Совету.

И раз уж Фафнир была честна, она добавила:

– Мне даже хотелось притвориться. Но чёртову магию невозможно контролировать. Как только в мою сторону летело что-нибудь острое или опасное – бам! – вокруг тут же появлялось защитное поле. Я хотела избавиться от дара, но ничего не получалось. Поэтому меня изгнали.

Тара, которая тоже была не в восторге от магии, вздрогнула. Как отчаянно дворфийка старалась отторгнуть дар и как далеко готова была ради этого зайти!

– И что ты собираешься делать? – спросила Тара.

– Сбегу отсюда, найду чёрную розу – и домой.

– А как же шартриксы? – подал голос Фабрис.

– Ха! Я – дворф, – шмыгнула носом Фафнир. – Если уж я решила отсюда выбраться, меня ничто не остановит.

– Какое-то сумасшествие, – возразил