Черноногие и бизоны - Джеймс Уиллард Шульц

Приближалась полночь, когда мы спустились по склону, остановились на северном краю спящего лагеря и Безумный Волк дал нам последние указания:

– Маленькое Перо и Вождь Птица, вы двое пойдете со мной. Остальные идите в лагерь и возьмите лошадей, которые нам понадобятся. Здесь, прямо здесь, где мы стоим, будет место нашего сбора, если всё пройдет как надо. Здесь вы будете ждать нас с лошадьми, пока мы в лагере будем делать своё дело. И ещё. Если что-то пойдет не так и нам придется бежать, собираемся вверх по течению реки, там, где утром мы пили. Все. Мы идём.

Безумный Волк пошел вперёд, я за Маленьким Пером, и так мы втроем приблизились к лагерю. Шли мы очень медленно. поэтому нескоро добрались до вигвама с нарисованным бизоном. Мы остановились рядом с ним, и Безумный Волк знаками сказал нам, что мы возьмем трёх из лошадей, привязанных у вигвама справа, когда вдруг в лесу вдоль реки и на противоположном конце лагеря началась стрельба. Мы залегли в траве. Из всех вигвамов побежали мужчины, они кричали и у всех в руках было оружие, они бежали к лесу, чтобы сразиться с врагами, кто бы это ни был.

Мы не спускали глаз с вигвама и не видели, чтобы Бизон Поворачивающийся Вокруг покидал свой вигвам. Зато мы увидели, как слева к вигваму подбежал мужчина, и мы его узнали. Это был Лисья Голова собственной персоной. Мы вскочили, и Безумный Волк схватил его прямо у входа в вигвам, крича:

– Вернись! Мой священный чехол не для тебя!

В ответ Лисья Голова рывком освободился и нырнул в вигвам, мы за ним. Внутри, как и в остальных вигвамах, кричали женщины и дети от страха из-за непрекращающейся у реки стрельбы.

Но мужчина из этого вигвама, этот Бизон Поворачивающийся Вокруг, туда не побежал, и, издав гневный крик, он ударом своей боевой дубинки разбил череп Лисьей головы. Он убил бы и Безумного Волка, если бы тот не парировал удар стволом своего ружья. Потом, прежде чем Бизон, Который Поворачивается, смог размахнуться для нового удара, Маленькое Перо вонзил нож глубоко ему в грудь, и, когда тот упал, Безумный Волк сорвал свой священный чехол для лука со столба, на котором он висел, и сказал нам:

– Теперь он у меня. Нам надо уходить, и быстро.

– Не раньше чем я возьму это, – ответил Маленькое Перо, наклонившись к телу Бизона Поворачивающегося Вокруг, и снимая с него скальп на глазах у женщин и детей, которые, парализованные страхом, смотрели на эту картину. Когда мы выбежали из вигвама, из соседнего выбежала женщина, она увидела нас и громко стала звать на помощь.

Мы побежали по долине со всей скоростью, подгоняемые звучавшими в наших ушах криками мужчин. но мы сильно их опережали; вбежав в лес, мы поспешили к месту нашего сбора и там нашли своих товарищей, ожидавших нашего прибытия. Увидев, что мы принесли священный чехол для лука и скальп Бизона Который Поворачивается, они чуть с ума не сошли от радости.

Мы были уверены, что Перерезающие Горло не будут рисковать соваться за нами в лес, поэтому мы напились, пересекли реку и до утра укрылись в лесу на другом берегу, а потом перебрались в усыпанные ягодами кусты на краю равнины. Мы обсудили наши захватывающие ночные приключения и по очереди спали и наблюдали за врагами. Никто так в тот день не появился, и мы решили, что Лисья Голова специально велел своим товарищам отвлечь внимание Перерезающих Горло, чтобы получить возможность скрыться со священным чехлом.

После прибытия в лагерь пикуни, десять дней спустя, мы узнали, что именно таким был его план, и что в итоге Перерезающие Горло убили трёх из его людей, пока те уходили за реку. Так что траур носили по нему, этим трём, Короткому Луку и Утреннему Орлу – поиски священного чехла для лука стоили нам шестерых убитых.

Мы отдали скальп Бизона Поворачивающегося Вокруг, их родственникам. Они вычернили свои лица, руки и ноги, и здесь и там в лагере исполняли грустный танец скальпа, медленно сгибая колени под ритм заунывной песни танца скальпа. Но вся печаль была ничто по сравнению с радостью людей, к которым вернулся священный чехол для лука из шкуры выдры.

Священная хижина солнца скоро должна была быть построена. Безумный Волк отдал бы ему священный чехол для лука, повесив его к центральному столбу. Без сомнения, пикуни процветали бы, как никогда прежде.

– О Солнце! Будь милостиво к нашему храброму Безумному Волку, дай ему долгую счастливую жизнь и счастье, – такой была пылкая молитва всех людей.

Глава тринадцатая

Как Три Медведя сражался за свою жену

(рассказ Хью Монро)

Весной 1858 года, спустя несколько лет после того, как я покинул компанию Гудзонова залива, чтобы стать свободным траппером и кочевать с народом моей жены, пикуни, я впервые встретил Три Медведя. Я сидел с Бобрёнком (Александром Калбертсоном, агентом Американской Меховой компании в форте Бентон), когда Баптист Рондин вбежал в уютный офис и торопливо произнес:

– Бобрёнок, вождь, на другом берегу реки стоит человек и размахивает своей накидкой, подавая знак, что хочет переправиться. Я рассмотрел его через подзорную трубу. Его волосы спереди и с боков зачесаны наверх; похоже, он из племени Ворон.

– Не может быть, чтобы кто-то из племени Ворон в одиночку появился на земле пикуни, – ответил Калбертсон. – Но, кто бы это ни был, приведи его сюда.

– Но я не хочу идти. Может быть, там в кустах прячется большой военный отряд Ворон. Для меня это будет конец, – заныл Рондин.

– Не бери в голову. Я пойду, – сказал я, и вскоре уже кормой вперед причаливал лодку к противоположному берегу. Там ждал меня высокий, хорошо сложенный молодой человек.

У него очень красивое, строгое лицо и большие, честные, живые глаза. На нём была простая рубашка из оленьей кожи, леггинсы, расшитые иглами дикобраза мокасины того покроя, что носят Вороны, на плече висел лук и колчан со стрелами. Его волосы были аккуратно зачёсаны так, как это принято у Ворон. Разумеётся, он из Ворон, подумал я. Но едва корма моей лодки коснулась берега, как он, к моему удивлению, произнес на прекрасном языке черноногих:

– О, белый человек! Добрый белый человек! Я из народа пикуни. Я ищу пикуни, свой народ. Можешь ли ты сказать мне, где они?

– Они сегодня прибудут сюда, чтобы встать лагерем и торговать. Я живу с ними. Мы