Российская империя и Святая Земля. Дневник памяти - Игорь Петрович Сенченко

прошедшего месяца, – писал он, – скончался здесь вследствие апоплексического удара Армянский Патриарх Ованес. Управление Патриархией перешло к старшему епископу Киворку и помощнику его архимандриту Мегердилу Вартабету. Но в ночь на 16 января оба эти лица были поражены скоропостижной болезнью, что вызвало серьезные предположения в их умерщвлении» (31).

Важным делом и для православной христианской общины Палестины, состоявшей под эгидой Российской империи, и для прибывавших в Святую Землю русских паломников Капитон Александрович Соколов считал установление добрых отношений с семейством Абу Гошей, контролировавшим участок дороги на паломническом пути из Яффы в Иерусалим.

«Исмаил-эфенди Абу Гош, – информировал (24.02.1861) Соколова наш посланник в Константинополе князь Лобанов-Ростовский, – брат Хаджи Мустафы Абу Гоша, шейха племен, живущих по дороге от Яффы до Иерусалима, посещая Константинополь, повстречался со мной. И объявил мне, что желал бы упрочить, по мере возможности, дружественные отношения между его братом и всем его семейством с представителями России в Сирии и Палестине. Учитывая то влияние, которым его семейство пользуется в Палестине, – резюмировал посланник, – это может быть полезно в деле оказания помощи нашим паломникам» (32).

В апреле 1862 г. Иерусалим посетил принц Уэльский Альберт Эдуард, будущий английский король Эдуард VII (прибыл в Святой Град 1 апреля). Встречали принца пышно, сообщал К. А. Соколов. Пребывая в Иерусалиме, он старался, как мог, упрочить роль и место тамошней протестантской общины, добиться для нее каких-либо новых привилегий.

Особое внимание в своих донесениях от 1862 г. Капитон Александрович уделял вопросу «об интригах по поводу ветхости купола Храма Святого Гроба Господня». В депеше князю Лобанову-Ростовскому в Константинополь от 19.03.1862 г. докладывал: «Французский консул повсюду говорит о необходимости приступить немедленно к починке купола». Заявляет, что, по полученным им сведениям из Парижа, ожидается «скорое решение данного вопроса денежными средствами Франции и России, и с одобрения держав, подписавших Парижский трактат». Утверждает, что первенство в этом деле принадлежит, дескать, Франции.

«Отвалившийся от купола в конце прошлого года кусок штукатурки, – сообщал К. А. Соколов, – упавший на руку одного из греческих поклонников, подал французскому консулу благовидный случай горячо взяться за дело о куполе» – с акцентом на том, что первенство в деле этом принадлежит, дескать, Франции. «Он неоднократно советовал иерусалимскому губернатору отбить от купола все куски штукатурки, которые могли бы угрожать падением паломникам, и, таким образом, сделать 1-ый шаг в деле починки купола».

Надо сказать, отмечал К. А. Соколов, что «частые и сильные дожди, лившие здесь во все продолжение зимних месяцев, заставили, действительно, опасаться за положение купола, … но ни одного куска не обрушилось более с него до сего времени».

Недавно, продолжал наш дипломат, «французский консул поставил меня в известность о полученном им сообщении из Парижа о том, что рассматривается вопрос о возведении нового купола». Поведал он об этом и местному начальству. Генерал-губернатор Иерусалима с начальником местного гарнизона и «некоторыми проживающими здесь протестантами лично осмотрел состояние купола». Начальник иерусалимского гарнизона «утверждает, что “купол не выдержит более трехмесячного существования”, и что на праздник Св. Пасхи, при многочисленном стечении народа и пылающих зажженных свечей весьма можно опасаться разрушения всей кровли Храма».

В заключение донесения К. А. Соколов испрашивал нашего посла в Константинополе о направлении ему соответствующих инструкций по данному делу (33).

Следует отметить, что деятельным помощником М. И. Эппингера при возведении Русских построек и Троицкого собора в Иерусалиме (1860–1862), равно как и при составлении совместного с Францией проекта по ремонту Купола Храма Гроба Господня, выступал младший архитектор Дорогулин Василий Адрианович.

В марте 1862 г. (в письме Н. П. Игнатьеву от 19.03.1862) Капитон Александрович, жалуясь на ухудшившееся состояние здоровья в Иерусалиме и на то, что он «плохо переносит местный климат, высказал просьбу рассмотреть возможность перевода его в другое место, скажем, в Смирну, вместо отзываемого оттуда г-на Иванова» (34).

Просьбу К. А. Соколова в МИД удовлетворили, но добраться до места нового назначения (консулом в Галаце) он, повторимся, так и не смог – умер в январе 1863 года.

Много добиться, как пишет о К. А. Соколове в своей информативной статье «История российского дипломатического присутствия в Иерусалиме в лицах (1858–1880 гг.)» российский дипломат-востоковед Федор Георги, Капитон Александрович не успел, так как прожил в Иерусалиме только две зимы. Вместе с тем, способствовал «расширению Русского городского места по улице Даббага за счет приобретения соседних наделов», участвовал в «закладке собора во имя Святой Троицы» и обстоятельно докладывал в посольство в Константинополе о положении дел в Святом Граде (35).

Андрей Николаевич Карцов, консул и агент РОПиТ в Иерусалиме в 1862–1867 гг.

В формулярном списке о службе А. Н. Карцова (03.07.1834– 1906) говорится, что родом он из дворян. По окончании «курса наук в Императорском Александровском лицее» был определен вначале на службу в Министерство внутренних дел (с 25.05.1856 г.) с чином титулярного советника, но вскоре переведен в МИД (28.10.1856) и прикреплен к Азиатскому департаменту, помощником столоначальника. С 20 февраля 1858 г. и по март 1859 г. занимал должность секретаря генерального консульства в Сербии. Прибыв в марте 1858 г. в 28-дневный отпуск в Санкт-Петербург, был прикомандирован к Азиатскому департаменту (с 13 марта 1859 г.) «для занятий по делам службы с сохранением получаемого жалования». Приказом министра иностранных дел от 24 октября 1860 г. «младший столоначальник Азиатского департамента коллежский асессор Карцов» был назначен «старшим столоначальником». Приказом по МИД от 29 декабря 1862 г., будучи уже в чине надворного советника (с 25.05.1861), получил назначение на должность консула в Иерусалиме (с 20.12.1862 г.).

После Иерусалима служил генеральным консулом на острове Корфу (1867–1875), дипломатическим агентом в Сербии (1875–1877) и генеральным консулом в Париже (1880–1903).

В 1867 г., в возрасте 33 лет, А. Н. Карцов вступил в брак с французской подданной Гортензией Полтарис, дочерью шелкозаводчика в Сирии г-на Полтариса. Дозволение на брак Азиатский департамент МИД выдал А. Н. Карцову 09.02.1867 года. «Генеральному консулу на острове Корфу, – говорилось в нем, – коллежскому советнику Андрею Николаевичу Карцову, дозволяется вступить в первый законный брак с французской подданной Гортензией Порталис, дочерью шелкозаводчика в Сирии г-на Порталиса» (36).

18 января 1863 г. надворный советник А. Н. Карцов прибыл в Константинополь; документ, удостоверяющий его полномочия на звание консула в Иерусалиме, получил 10 марта 1863 г. (37).

В инструкции А. Н. Карцову от 17.12.1862 г., данной министром иностранных дел князем А. М. Горчаковым, отмечалось, что Министерство надеется, что он продемонстрирует на новом поприще деятельности в Палестине «бдительность и осторожность в охранении интересов России и Православной Церкви». Подчеркивалось, что «одним из актуальнейших вопросов» в его деятельности на посту консула в Иерусалиме на предстоящую перспективу будет вопрос