Российская империя и Святая Земля. Дневник памяти - Игорь Петрович Сенченко

И. Доргобужинову надлежало «наблюдать за наружным порядком и благочинием между всеми поклонниками». Он имел полномочия на то, чтобы арестовывать «ослушников», сокращать сроки пребывания «неспокойных паломников» в Иерусалиме и высылать их в Россию через консульский пост в Яффе. Действовать в том, что касалось паломников, ему предписывалось «в полном согласии с начальником нашей Духовной Миссии».

Главная задача консула В. И. Доргобужинова состояла в том, чтобы «поднять в Святом Граде значение и достоинство Русского имени для наибольшей пользы Православной Церкви и единоверцев наших на Востоке». А. П. Бутенев советовал В. И. Доргобужинову «искусно пользоваться» в этих целях трениями и распрями между «духовными общинами латинскими в Иерусалиме», то есть использовать их же методы (13)

В. И. Доргобужинову вменялось также в обязанность приобретение земельных участков в Иерусалиме и других местах, которые «массово посещали паломники из России», и «забота о строительстве на них паломнической инфраструктуры».

В. И. Доргобужинову предписывалось (с учетом имевшего тогда место русско-французского сближения) «войти в доверительные отношения» с его французским коллегой, а также выстроить «дружественные отношения» с губернатором Иерусалима (14).

Что касается состава консульства, то по состоянию на середину января 1859 г. в нем, кроме консула В. И. Доргобужинова, служили:

– секретарь А. К. Кривошеин (с содержанием «по семидесяти пяти рублей серебром в месяц»);

– писарь П. Д. Левитов (прапорщик в отставке, драгоман иерусалимского агентства РОПиТ);

– драгоман Михаил Осипович Шехашири (Шейх-Ашири), православный араб, рекомендованный на эту должность бейрутским генеральным консулом Н. Е. Мухиным. Сын Михаила Осиповича, к слову, получил образование в России, принял русское подданство и стал офицером военного флота;

– два каваса из местных жителей (15).

Во время службы В. И. Доргобужинова в Святой Земле пост губернатора Иерусалима занимал (1857–1864) Суррейя-паша, европейски образованный чиновник, как о нем отзывался наш консул, прекрасно говоривший по-французски. Русскую Духовную Миссию возглавлял (1857–1863) епископ Мелитопольский Кирилл (Наумов, 1823–1866). По окончании службы в Иерусалиме епископ Кирилл проживал в Казани (с конца 1864 г.), где и скончался, и был погребен.

Сразу же после открытия в Иерусалиме российского консульства Владимир Ипполитович вплотную занялся паломническими делами. Приобрел земельные участки (внутри стен Старого города и за его пределами), на которых прибывший с ним архитектор М. И. Эппингер развернул строительство первых русских храмов и подворий в Иерусалиме. В 1859 г. В. И. Доргобужинов выкупил у коптского священника Георгия «для Российского правительства» участок земли на улице Даббага (Дубильщиков в переводе с арабского языка). Там впоследствии построят знаменитое Александровское подворье.

На другом купленном им участке земли, на «загородной Мейдамской возвышенности», что в «десяти минутах тихого хода от Яффских ворот» (в наше время оно находится в самом центре города), при его деятельном участии развернулись подготовительные работы по строительству русских странноприимных заведений. Местные арабы и по сей день именуют это место Эль-Мускувийа (Московия) (16).

«Я активно занимаюсь положением наших паломников в Иерусалиме, – докладывал А. П. Бутеневу (16.12.1858) В. И. Доргобужинов. – В настоящее время их насчитывается 489 человек, из которых 152 мужчины и 337 женщин» (17).

1858 год оставил след не только в истории российской дипломатии в Святой Земле, но и в истории Русской Православной Церкви. В конце 1858 г. начальник РДМ в Иерусалиме епископ Кирилл (Наумов) послал из Иерусалима в подарок императрице Марии Александровне «частицы мощей св. мироносицы Марии Магдалины».

В 1859 г., на Пасху, Святую Землю посетил (28 апреля – 11 мая) брат Александра II Великий князь Константин Николаевич, генерал-адмирал, глава Военно-Морского ведомства, вместе с супругой Александрой Иосифовной (1830–1911) и сыном Николаем. Знаменательна эта поездка тем, что она стала первым в истории Дома Романовых визитом в Иерусалим представителя царской фамилии столь высокого ранга. Иерусалимский губернатор Суррейя-паша получил конкретные указания из Порты насчет организации приема Высокого гостя. Для размещения в Иерусалиме в распоряжение Великого князя предоставили патриарший дом в стенах греческого монастыря. У Храма Гроба Господня его встречал специально прибывший из Константинополя по указу султана Патриарх Кирилл II. Он вручил Великому князю «собственноручное приветственное письмо от Его Величества султана». Согласно архивным документам, князь доставил в Иерусалим подарки от императора России: для Патриарха Иерусалимского – «наперсный крест», украшенный бриллиантами и изумрудами, а для митрополитов – «две панагии» с бриллиантами (18). Константин Николаевич поклонился всем важнейшим христианским Святыням в Палестине, ознакомился с положением дел в консульстве и РДМ, лично осмотрел и одобрил русские земельные приобретения на Святой Земле, и благословил начало строительных работ на Александровском подворье и на большом участке напротив Яффских ворот. Положительно отзывался в письме брату о том, что сделано было к тому времени по созданию в Палестине русской паломнической инфраструктуры. «Наше дело устройства русского поклонничества, – писал он, – пойдет, надеюсь, на лад. Купленные земли прекрасно выбраны, утверждены за нами фирманами, и, надеюсь, что Иерусалимский Паша будет нам помогать. Станиславская лента, которую я вручил ему твоим именем, тоже этому поможет» (19).

Великого князя и его семью сопровождал эскорт из 600 человек с пришедшей с ним русской эскадры и дополнительно турецкий эскорт. Караван, вышедший из Яффы, насчитывал 365 лошадей и несколько десятков верблюдов. Для передвижения в караване Александры Иосифовны, супруги князя, Суррейя-паша выслал в Яффу портшез (легкое переносное кресло-паланкин). Встречали Великого князя в Яффе русский консул, начальник РДМ и «достопочтенный старец, греческий митрополит Петры Аравийской».

Перед Иерусалимом, за три часа пути от него, членов Дома Романовых приветствовал Патриарх Иерусалимский, а перед въездом в город – паша Иерусалима и русские паломники. При подъезде их процессии к Яффским воротам Иерусалима, как вспоминала Александра Иосифовна, под звуки флейт, труб и гром оружейных и орудийных выстрелов с крепостных стен, почетный эскорт, сопровождавший их, составлял уже до 2000 всадников.

У Яффских ворот, где Великого князя с женой и сыном, как сообщал В. И. Доргобужинов, встречал «русский епископ с крестом и святой водой, Высокие гости сошли с лошадей и проследовали дальше по пути, усеянному розами и поливаемому, по здешнему обычаю, кофе». Женщины, стоявшие на стенах и террасах вдоль этого пути, бросали на них цветы.

Следует сказать, что по случаю посещения Иерусалима Великим князем Константином Николаевичем турецкий султан Абдул Маджид I подарил ему большой земельный надел (площадью 23 тыс. 142 кв. м.) за стенами Старого Иерусалима. Прилегал он к тому участку, что приобрел ранее В. И. Доргобужинов. Именно там, на Русском подворье, как именовали то место российские дипломаты, и возвели комплекс знаменитых Русских построек, включая здание российского консульства и дом консула, и разместили несколько подворий: Сергиевское, Елизаветинское, Мариинское и Николаевское, а также Вениаминовский приют. Этот приезд в Святую Землю представителя Дома Романовых дал мощный толчок