Российская империя и Святая Земля. Дневник памяти - Игорь Петрович Сенченко

«В Иерусалиме в скором времени ожидаются несколько других подобных ученых экспедиций из Франции и Соединенных Штатов Северной Америки, – сообщал Андрей Николаевич. – Евреи в сильном волнении и опасаются, чтобы европейцы не вывезли, таким образом, все кости чтимых ими праотцов. Мне лично кажется, что вывоз из Палестины древностей, открываемых учеными-путешественниками разных наций, совершенно бесполезен. Несравненно больший для всего ученого мира интерес имели бы эти памятники, оставаясь, под должным наблюдением властей, на своих местах». В таком случае «они могли бы с большим успехом служить доказательствами совершившихся событий и в совокупности впоследствии способствовать к полному уяснению топографии древнего Иерусалима, о которой до настоящего времени так много противоречивых мнений» (49).

При Андрее Николаевиче проходило строительство (по проекту архитектора М. И. Эппингера, между 1863–1865 гг.) здания российского консульства в Иерусалиме. Располагалось оно на территории Русских построек. Несколько раз перестраивалось. Изначально, как рассказывает российский дипломат-востоковед Федор Георги, разыскавший в Национальной библиотеке Израиля во время его работы там и опубликовавший фотографии российских дипломатов в Иерусалиме, оно имело башню. Но ее снесли «(после 1880 г.), чтобы освободить место под второй этаж. У консульства разбили сад. Рядом со зданием находились домики кавасов и драгомана». Ныне в здании консульства «разместились различные городские службы».

Интересными для исследователей истории Палестины представляются донесения А. Н. Карцова о вакуфах Мекки в Иерусалиме, о составе турецких военных сил в Палестине и о польской еврейской общине в Иерусалиме, начавшейся формироваться в 1863 году.

«Абдалла-эфенди, – информировал Азиатский департамент МИД (29.07.1863) А. Н. Карцов, – владетель госпиталя Саладина, примерно 10 дней тому назад скончался в Иерусалиме. Он был хранителем всех вакуфов Мекки в Палестине и одновременно судьей благородных (накиб-эль-ашраф). Вероятно, что в скором времени пост этот, который передается по наследству, займет его сын Омар-эфенди» (50).

«Регулярных турецких войск во всей Палестине, – докладывал А. Н. Карцов нашему поверенному в делах в Константинополе Е. П. Новикову (25.08.1863), – два батальона пехоты, то есть около 1500 чел., и около 80 чел. забтие [жандармов]. Башибузуков около 800 чел.». В некоторых крепостях имеются пушки, «общим числом около 40», и все они – «в самом жалком состоянии». Уже около месяца «производится рекрутский набор; со всей Палестины предполагается набрать в рекруты около 150 чел.» (51).

Отмечается приток в Палестину евреев, в том числе из Польши, извещал (03.11.1863) наше посольство в Константинополе А. Н. Карцов. В Иерусалиме в настоящее время «проживает около 60 польских евреев» (52). Идет приток евреев и из самой России. Еврейская община Святого Града поддерживает широкие деловые контакты с единоверцами в Российской империи, особенно в Польше и на юге России.

К месту, думается, будет сказать, что многие российские дипломаты, работавшие в Палестине, разделяли мнение Б. П. Мансурова о том, что евреи, которые готовы были, выехав в Палестину, оставаться в русском подданстве, могли бы быть нам весьма полезны в Иерусалиме (52*).

Архивные документы свидетельствуют, что династия Романовых уделяла большое внимание попечительству Православия в Святой Земле, строительству странноприимных домов и церквей. И 28 июня 1864 г., в память императрицы Александры Федоровны, матери Великого князя Константина Николаевич и супруги императора Николая I, особенно проявившей себя в этом благом деле, был освящен во имя царицы-мученицы Александры домовой храм Русской Духовной Миссии в Иерусалиме – первая русская церковь на Святой Земле.

Отметился 1864 г. в истории Святого Града, как можно понять из письма Т. П. Юзефовича от 15.10.1864 г. директору Азиатского департамента МИД Петру Николаевичу Стремоухову, обострившимся противостоянием католиков и армян, пытавшихся «завладеть входами на площадь перед Храмом Святого Гроба Господня, принадлежащими грекам» (53).

В 1865 г. российское штатное вице-консульство в Яффе, как уже упоминалось в этой книге, было упразднено и заменено нештатным консульским агентством. «В соответствии с Вашим указанием от 6-го сего января, – информировал (26.01.1865) нашего посла в Константинополе А. Н. Карцов, – я прибыл в Яффу вместе с коллежским регистратором Юзефовичем и приступил к закрытию нашего вице-консульства» (54).

«Надворный советник Марабути, – сообщал (16.02.1865) Андрей Николаевич, – сдачу архивов, депозитов и имущества вице-консульства в полной исправности произвел. Консульским агентом в Яффе я полагал бы назначить Фотия Самури, который около 30 лет служит драгоманом яффского вице-консульства». Столь же полезен для российского консульского поста в Яффе и кавас Абдул Вахаб. «Он… необходим при агентстве для приема поклонников на берегу и сопровождения их в Иерусалим». Что касается Назарета, то желательно было бы сохранить консульским агентом там г-на Аверино. В течение 24 лет он состоял консульским агентом в Хайфе, а заодно в Акре и Назарете, и с открытием в Хайфе агентства РОПиТ являлся еще и агентом этого общества (55).

В 1865 г. в Яффе и Газе случилась эпидемия холеры. «Умерших в Яффе от холеры, пришедшей из Александрии, – говорится в донесении секретаря консульства в Иерусалиме Т. П. Юзефовича (27.07.1865), – 900 человек, из которых до 80 православных. Умер и кавас нашего агентства в Яффе Абдул Вахаб, который находился на русской службе в течение 35 лет» (56).

В 1865 г. состоялась поездка в Иерусалим принца Уэльского Эдуарда. Одним из результатов этого вояжа стало создание в том же году Британского фонда исследований Палестины.

При А. Н. Карцове начал службу в Иерусалиме начальник Русской Духовной Миссии архимандрит Антонин (Андрей Иванович Капустин, 1817–1894, сын священника села Батурина Пермской губернии). Занимал должность руководителем РДМ 29 лет. Ему, как справедливо отмечают многие отечественные исследователи Палестины, принадлежит особое место в укреплении позиций Православия и русских духовных интересов в Святой Земле. Особое внимание в своей деятельности он уделял созданию паломнической инфраструктуры, приютов для богомольцев, монастырей и храмов, а также приобретению в Палестине земельных участков, связанных с важнейшими новозаветными и ветхозаветными событиями. Всего за годы службы купил 18 участков. Странноприимные дома для паломников сами богомольцы именовали, к слову, высоко отзываясь об отце Антонине, «антониновскими» или «архимандричьими».

Верным его помощником в этом деле, историки-палестиноведы называют, драгомана РДМ Якова Егоровича Халеби (Йакуба ибн Джирдиса аль-Халеби, 1847–1901). Будучи турецким подданным, он выступал в качестве законного покупателя тех земельных участков, что выбирал архимандрит Антонин, после чего переоформлял их в виде дарственной на имя архимандрита Антонина под видом уплаты образовавшегося долга. Первой сделкой, в которой фигурирует его имя, стала покупка участка дуба Мамврийского под Иерихоном в 1868 году. Скончался Яков Халеби на 55 году жизни, 17 января 1901 г., и похоронили его на кладбище при храме св. Марии Магдалины в так называемой русской Гефсимании. Предки Якова Халеби, греки из сирийского Алеппо (Халеба), по вероисповеданию православные, занимались торговлей, как и его отец, известный яффский делец