Тайны земли. Археология России - Анджей Анджеевич Иконников-Галицкий

Если принять более ранний из предложенных интервалов, то бессмертные лики Оглахтинского могильника – современники римского императора Диоклетиана, инициатора Великого гонения на христиан, провозгласившего: «Да исчезнет имя христианское!» Если предпочесть более поздний вариант, то они были созданы примерно тогда, когда Второй Вселенский собор в Константинополе принял формулу православного учения о Троице, а император-христианин Феодосий упразднил тысячелетний ритуал Игр в честь Зевса в Олимпии. Между ранней датировкой и поздней пролегает семь-восемь десятилетий. Вдалеке от берегов Енисея, на берегах Босфора и Тибра, Нила и Оронта, за эти несколько десятилетий совершилось великое историческое таинство – рождение христианского мира.

Глава пятая

Путь аргонавтов. Античные города Причерноморья и Приазовья

В те же самые времена, когда первые дружины-орды степных всадников завоевывали пространство евразийской тверди, на морях начался еще один процесс огромного исторического значения – великая греческая колонизация.

Поэты недаром сравнивают степь с морем. Бескрайняя, бесприютная равнина, которую можно покорить, только используя специальные средства передвижения и методы ориентировки, рождает в человеке особые чувства, особые качества, особый характер. Степной воин в чем-то похож на мореплавателя, пирата. Если Язона и его спутников-аргонавтов пересадить с корабельных скамеек на быстроногих лошадей – получилась бы прекрасная боевая дружина раннескифского типа. Правда, для этого они должны были бы волшебным образом овладеть искусством верховой езды и стрельбы с седла из лука да еще научиться чувствовать степное пространство так же совершенно, как они чувствовали море, – но для мифических героев все возможно…

В VIII веке до н. э. греки (по ту пору просто береговые жители) освоили – в соперничестве с финикийцами – Средиземное море, основали десятки поселений по его берегам; мало-помалу стали обживать и Понт Эвксинский – Черное море. Во второй половине VII века до н. э. появились первые поселения эллинов в Северном Причерноморье: Борисфен близ днепровско-бугского устья, основанный в 640-х годах на полуострове, ныне именуемом остров Березань (в те времена он был соединен с сушей узкой перемычкой), и, возможно, Пантикапей – Керчь. В VI столетии до н. э. выросли Тира (на месте Белгорода-Днестровского), Ольвия (возле Очакова), Керкинитида (Евпатория), Херсонес (Севастополь), Феодосия и десятки других. В последующие века греки становятся основным населением всего черноморского побережья.

Для того чтобы предпринять столь опасное и трудное дело, каким являлась колонизация, у греков было четыре основных побудительных мотива.

Первый – авантюризм, поиск приключений, жажда славы, стремление к подвигу. Конечная цель, как в мифе об аргонавтах, – обретение золотого руна и гибель.

Второй – ограниченность природных ресурсов, в особенности сельскохозяйственных земель, в коренной Греции. Северное Причерноморье с его обширными и плодородными равнинами было предметом вожделений тех, кому на родине не досталось участка, необходимого для пропитания.

Третий – нажива и выгода. Колониальная торговля – дело прибыльное, но тут грекам очень кстати пришлись скифы, которые рады были обменять захваченные в удалых набегах ценности на вино, на высококачественные изделия греческих ремесленников и на иные товары, доставляемые греками со всего Средиземноморья.

Наконец, в VI веке до н. э. к перечисленным трем добавился четвертый фактор – возрастающее давление на греческие города Малой Азии со стороны внешних сил: сначала Лидийского царства, а потом Персидской державы.

Именно с этим последним обстоятельством связано появление первых греческих колоний на восточном берегу Керченского пролива, на Таманском полуострове.

Ко времени своего появления в Северном Причерноморье греки уже вполне освоили и усовершенствовали новый тип письменности, основу которого заимствовали у финикийцев. Греческий алфавит сделал письменную культуру доступной массам. При исследовании древнегреческих городов у археологов появляется возможность использовать аутентичные письменные источники – главным образом различные надписи: надгробные, посвятительные, на монетах и прочие.

Фанагория

Один из первенствующих античных городов Северного Причерноморья – Фанагория, чья жизнь бурлила когда-то на берегу Таманского залива Азовского моря, между современными поселками Сенной и Приморский.

Ее история начиналась в 1200 км (в 6700 стадиях) к юго-востоку от таманского берега.

…Вдоль Эгейского побережья Турции вьется дорога. Взбегает на возвышенности, обрывающиеся в море скалистыми мысами, спускается в ложбины, образованные небольшими пересыхающими речками. Отовсюду видно море – ярко-синее, залитое светом, вдаль манящее. Километрах в двадцати к югу от Измира – древней Смирны – поворот к берегу. Тупик. В окружении оливковых деревьев – большой развал отесанных камней, иногда с орнаментом, и несколько установленных вертикально блоков каннелированных колонн. Место древнегреческого города Теос, покинутого жителями во время персидского завоевания.

Согласно версии, начало которой содержится в «Истории» Геродота, а продолжение – у поздних античных авторов, в 540 году до н. э. к Теосу подступили войска персидского царя Кира, возглавляемые военачальником Гарпагом. «После того как Гарпаг, возведя насыпь, захватил стены [их города], все теосцы сели на корабли и отплыли во Фракию. Там они поселились в городе Абдерах»[127]. Но вскоре часть теосцев во главе с неким Фанагором отправилась искать лучшей доли – на северо-восток, путем аргонавтов. Добравшись до земли синдов, что за Боспором Киммерийским, они основали на берегу поселение, начали обрабатывать землю, насадили виноградники… Поселение стали называть по имени его основателя Фанагорией.

В это время греческие колонии и апойкии (самостоятельные отселившиеся общины) росли как грибы после дождя по обе стороны Боспора Киммерийского (Керченского пролива). Жизнь в них была прибыльной, но беспокойной: торговля с синдами, меотами, таврами и скифами нередко оборачивалась конфликтами, набегами и прочими неприятностями.

О тревожной повседневности Фанагории в первые десятилетия ее существования свидетельствует монетный клад, обнаруженный несколько лет назад в ходе раскопок на Акрополе. В слое, датируемом концом VI – началом V века до н. э., были вскрыты нижние части стен жилого дома, построенного из сырцовых кирпичей. В одном углу оказался тайничок – ямка, замазанная глиной. В тайничке – керамический кувшинчик, набитый разными монетами. Всех монет оказалось 162. Среди них несколько монет пантикапейской чеканки второй половины VI века до н. э. с изображением львиной морды – большая редкость. Этот денежный запас был припрятан хозяином в предвидении близких бедствий. Каких? Нападения варваров? Скорее всего.

Находки подобных кладов при раскопках Фанагории случались неоднократно. В самых крупных насчитывают тысячи монет – чаще всего медных, но также и серебряных, и золотых. С какого-то момента, точно не установленного, в Фанагории стали чеканить собственную монету. На ней изображался олень (не скифский ли?) или профиль воина в шлеме и надпись: «ФАNАГ».

Но вернемся к исторической судьбе выходцев из Теоса.

Уже в конце VI – начале V века до н. э. греческие города и поселения стали объединяться для совместного противостояния внешним угрозам. Сначала это была, по-видимому, симмахия – союз свободных общин-полисов – с