Записки расхитителя гробниц. Том 1 - Наньпай Саньшу

С этими словами он помчался искать капитана, а как нашел, пристал к нему с расспросами, нет ли у него на судне свежих морепродуктов.

У А-Нин, похоже, не было аппетита – она просто молча осталась сидеть в сторонке. Зато я здорово проголодался: как только я услышал слово «морепродукты», мой рот наполнился слюной, и я побежал следом за Толстяком.

У берегов Сиша водилось много макрели, розовых свистулек и каменных окуней. Поговаривали даже, что в местном море воды только половина, остальное – рыба, так что рыбацкие суда редко возвращались без хорошего улова. В туристический сезон рыбалка на архипелаге – очень увлекательное занятие. Толстяк так орал и наседал на капитана, что тот, хоть и с огромной неохотой, все-таки достал из ящика с рыбой большую макрель, передал одному из матросов и сказал:

– Вот, сварите.

Толстяк не знал о том, что с нами недавно произошло, поэтому, когда унылое лицо капитана подпортило ему настроение, тут же огрызнулся:

– Нечего делать такое лицо, будто я беру бесплатно или вообще отбираю!

Однако все плохие эмоции тут же испарились, когда на палубу вынесли кастрюлю со сваренной рыбой. Как же вкусно она пахла – словами не передать! В тот миг у меня осталось лишь одно желание – поскорее поесть. Прежде, во времена моей жизни в городе, я никогда не испытывал такого зверского голода.

Толстяк все это время жадно пожирал кастрюлю глазами. Ее не успели толком поставить на стол, а он уже залез в нее своими палочками, выудил кусок рыбьей кожи и тут же сунул в рот. Еда оказалась слишком горячей: он ошпарил язык, и у него из глаз даже полились слезы.

Кастрюля обладала поистине удивительной мощью. Уж не знаю, то ли все так сильно проголодались, то ли по какой-то другой причине, но новоприбывшие мгновенно собрались вокруг нее, и даже Чжан-лысан, который спал внизу, в каюте, мигом примчался на палубу. Подойдя ближе, он принюхался и произнес:

– Как замечательно, что на архипелаге Сиша можно просто поймать рыбу и сразу приготовить. Такого ни в одном другом месте за всю жизнь не попробуешь.

Толстяк схватил его за рукав и оттащил подальше с гневным воплем:

– Хорош тут хвостом вертеть! Еще слюнями в кастрюлю накапаешь, и нас всех стошнит!

Чжан-лысан взглянул на Толстяка, понял, что этого человека раньше не видел, и кинулся пожимать ему руку со словами:

– Ох, незнакомое лицо! Как ваше имя?

Толстяк, по натуре человек прямолинейный, бросил на него косой взгляд и спросил у А-Нин:

– А этот лысый кто?

Чжан-лысан заметно помрачнел и с нажимом произнес:

– Пожалуйста, зовите меня господин Чжан или профессор Чжан, хорошо?

Толстяк не обратил на него ни малейшего внимания. А-Нин, видя, что атмосфера накалилась, торопливо вклинилась:

– Совсем забыла вас представить. Это профессор Чжан, тоже наш консультант.

Поняв, что перед ним самый настоящий профессор, Толстяк не осмелился больше так разнузданно себя вести. Он поспешил пожать Чжану-лысану руку в ответ и сказал:

– О, прошу прощения, не разглядел интеллигентного человека с первого раза. Моя фамилия Ван. Вы уж меня простите, я такой деревенщина, что думаю, то и говорю, не принимайте близко к сердцу.

Чжан-лысан через силу улыбнулся и ответил:

– Что интеллигентные, что деревенщины – все одно: люди. А все интеллигенты – не более чем перевоспитанные деревенщины, правда ведь? Просто разделение труда осуществляется по-разному, вот и все.

Толстяк ничегошеньки не понял из его речи, поэтому ответил подхалимской улыбкой. Чжан-лысан тем временем наивно поинтересовался:

– А вы, господин Ван, на чем специализируетесь?

Толстяк опешил от такого вопроса и тут же почувствовал себя очень неудобно. Но в разговоре с настоящим интеллигентом нельзя было проявить невежливость, поэтому ответил:

– М-м-м, если простыми словами, то я работаю в подполье, в основном держусь в тени.

Чжан-лысан мигом преисполнился к нему почтения и сказал:

– А, так вы полицейский под прикрытием! Простите, что не понял сразу.

Я изо всех сил сдерживал хохот. Какой же зануда этот Чжан-лысан!

Толстяк, заметив мое веселье, одарил меня свирепым взглядом, а сам произнес:

– Давайте пока отложим разговоры, лучше перекусим сперва.

С этими словами он пригласил всех к столу.

Я не стал ждать остальных, а сразу залез в кастрюлю палочками и принялся за еду. Вкус был восхитительный: я еще первый кусок не проглотил, а уже потянулся за вторым.

После пары кусков довольный Толстяк начал требовать выпивки.

– Это рыболовецкое судно, – напомнила А-Нин, – откуда здесь возьмется алкоголь?

Но Толстяка ее слова не убедили. Он вскочил из-за стола и умчался во внутренний отсек, а потом, громко хохоча, вернулся с кувшином вина в руках. При виде кувшина капитан в ужасе побледнел, крикнул, что это вино для подношения морскому царю Лун-вану, и кинулся отнимать.

– Что за чушь? – разъярился Толстяк. – Да если ты предложишь ему такое дрянное вино, он твой корабль точно потопит!

Он вытащил из сумки бутылку эрготоу[65] и сунул капитану в руки.

– На вот, дай Лун-вану для разнообразия! Это культурно-алкогольный обмен между севером и югом, понял? Эрготоу с красной звездочкой – это шик! Привыкай к хорошему.

Капитан застыл в ступоре, не зная, что сказать. Толстяк же расценил его молчание как согласие, сорвал с кувшинчика печать и налил всем по стакану. Это было знаменитое пальмовое вино народности ли[66], которые жили на Хайнане, очень приятное на вкус. Мы пили, ели и веселились до тех пор, пока не взошла луна.

Допив последний глоток, Толстяк звучно рыгнул, хлопнул себя по бедру и сел ровнее, после чего объявил:

– Итак, господа, теперь, когда все наелись, пора и о деле поговорить.

16. Собрание

Видя, на какой серьезный лад настроился Толстяк, я тоже невольно встряхнулся. Пусть он и не особо заслуживал доверия, в гробнице Лушан-вана он достаточно неплохо себя проявил, и уж если говорить об опыте, то тут он превосходил меня даже не знаю во сколько раз. Я никогда в жизни не «опорожнял чашу» самостоятельно, понятия не имел, надо ли перед спуском в гробницу проводить какое-то собрание или что-нибудь в этом роде, поэтому решил побыть прилежным учеником и послушать, что он скажет.

Толстяк похлопал себя по набитому пузу и начал:

– В подводных гробницах я еще не бывал, поэтому надо сперва все хорошо продумать и подготовить, иначе получится одна бестолковая суета. Там наверняка все будет совсем не так, как в гробницах на суше. Расскажите-ка, что за снаряжение вы для меня прихватили.

– Господин