Сон наяву - Людмила Ладожская

несказанно повезло. На кухне обнаружилось, что закончились припасы устриц и креветок, поэтому повозка отправляется в город сейчас же. Прямо в порт. Пока удача улыбается нам, мадам. К часу ночи будем в Париже. Жак провел Дени и Софию во двор и, отдав приказ кучеру довезти их до порта и помахал рукой. Беглецы тряслись больше часа в закрытой повозке, пропитанной запахом рыбы, пока добрались до Парижа. София дала кучеру золотой, чтобы он довез их дома Реми, так как прогулки по ночному Парижу были не безопасны.

– Хоть бы он только был дома, – нервничала София, еле успевая за Дени.

Они подошли к квартире мореплавателя и Дени толкнул дверь. Дверь оказалась заперта, и слуга не громко постучал, чтобы не привлекать внимание соседей. София прижалась к стене, подавляя приступы тошноты, которые душили ее всю дорогу до Парижа.

– Госпожа, возможно, господин Ламбер в забегаловке, что находится неподалеку. Вам лучше остаться здесь.

– Дени, мне страшно. Я с тобой, – она вцепилась в рукав слуги, когда за дверью послышалась возня и шаги.

Послышался звук отодвигающейся задвижки и, при свете тусклой свечи в открывшейся двери показалось заспанное лицо Ламбера.

– Кто здесь? – мужчина одной рукой держал шпагу, второй свечу.

– Господин Ламбер, это я Дени, камердинер герцога де Омаля, – шепотом произнес Дени.

– Дени? – Ламбер поднес ближе свечу. – Мадам? – он окончательно проснулся, когда увидел лицо Софии. Чепец пропах рыбой в повозке так, что герцогиня просто сняла его, дабы не стошнить в самый неподходящий момент. – Проходите, – он открыл дверь и запустил ночных гостей в квартиру. – Что стряслось? К чему такой маскарад?

– Реми, – начала София, присаживаясь на диванчик, обтянутый дорогой порчей. – Я буду краткой. Каждая минута на счету. Мишель попал в беду из-за меня. Вернее, из-за чрезмерного внимания короля к моей персоне.

– Каналья! – выругался мореплаватель. – Говорил я ему, что нельзя такую розу представлять при дворе!

– Завтра вечером король придет за ответом, – София опустила глаза. – Если я ему откажу, то Мишеля повесят.

– Где герцог?

– Они увезли его в Бастилию!

– Час от часу не легче! – Реми натянул камзол. – То есть в нашем распоряжении остаток ночи и день?

– Да, Реми, – из-за усталости и переживаний глаза Софии наполнились слезами.

– Полно, мадам. Мы вытащим герцога.

– А что дальше? – она вопросительно посмотрела морехода.

– После завра я собирался отчалить от берегов Франции, мадам, – ответил Реми. – Думаю, что мы все вместе отправимся к берегам Алжира, пока гнев короля не угаснет и не наступит время возвращения домой. Думаю, что мой друг полностью со мной согласится.

– Алжир? – глаза Софии превратились в пятикопеечные монеты.

– Именно, мадам. С королем шутить нельзя! – с уверенностью произнес Ламбер. – Дени, если думаешь забрать свою семью в Алжир, то поспеши забрать их из дома герцога и предупреди прислугу, что в их жизни произойдут перемены. Вот, деньги, – Реми протянул увесистый бархатный мешочек. – Раздашь людям, если надумают покинуть дом. Герцог бы поступил именно так. Потом пригонишь запасной экипаж де Омаля к Бастилии и ожидай меня. Мадам, вы оставайтесь здесь и дожидайтесь нас. А мне надо навестить своего друга.

***********************************

Реми быстрым шагом дошел до таверны, что находилась в порту и служила для моряков ночным раем, нашел свободную карету и приказал ехать к Бастилии. Кучер подозрительно покосился на вполне прилично одетого господина, но получив золотой, стеганул лошадей и помчал по указанному адресу.

Восемь башен Бастилии угрожающе нависали над Парижем, напоминая о черных страницах действующей власти короля. Кучер высадил своего клиента недалеко от главного входа в тюрьму и поскорее поспешил убраться от страшного места, о котором в народе слагались легенды, будоражащие кровь. Ламбер оглянулся и шмыгнул за забор, что тянулся от стен Бастилии и отгораживал от дороги небольшой домик маркиза де Безмо, коменданта крепости. Возле дверей стоял караульный, который тот час вынырнул из темноты и преградил дорогу Реми.

– Сержант, доложите маркизу, что его срочно желает видеть Ламбер, – уверенным тоном произнес Реми.

– Сударь, сейчас глубокая ночь….– начал было сержант.

– Срочно! Дело не терпит отлагательств! – прикрикнул Реми.

Сержант скрылся за тяжелой скрипучей дверью и через минут пять сообщил, что маркиз готов принять гостя. Ламбер довольно уверенно прошел в дом, давая понять, что он здесь бывал не раз и самостоятельно найдет дорогу к хозяину дома. Маркиз в ночном колпаке и длинной серого цвета рубашке вышел в приемную.

– Реми, друг мой, чем обязан в такой поздний час? – комендант прошаркал к столу и зажег несколько толстых свечей.

– Франсуа, мне нужна твоя помощь! – выпалил Реми.

– Понятно, друг мой! – закашлялся де Безмо и сел стул с высокой спинкой. – Так поздно ко мне не заходят в гости! Что стряслось у тебя, Реми?

– Сегодня в Бастилию должны были доставить герцога де Омаля.

– Да, я оформлял на него бумаги. Сам капитан Дегре доставил его к нам.

– В чем его обвиняют?

– Обвинение пока не предъявлено. Дегре пояснил, что идет расследование и де ла Рейни распорядился поместить герцога к нам.

– То есть, герцога поместили сюда без предъявления обвинения?

– Выходит так, мой друг!

По лицу маркиза Реми понимал, что тот чрезвычайно раздражен поздним визитом друга, пусть когда-то щедро одарившим его за освобождение капитана одного из своих судов.

– Франсуа, у меня нет времени ходить вокруг, да около. Прошу назвать цену за свободу герцога!

Маркиз поперхнулся. Предложение было заманчивым, но где-то в глубине души чуйка, наработанная годами, подсказывала, что дело опасное. Он поднялся со стула и уже живее пошел к буфету. Взял два не малых кубка и бутылку вина. Реми раздражала медлительность коменданта, но он терпеливо ждал. Сейчас все зависело от настроения и решения коменданта.

– А в чем собственно замешан твой герцог? – уже с интересом спросил располневший комендант, поглядывая ожившим взглядом из-под густых бровей.

– Ничего собственно страшного. Амурные дела, – спокойно ответил Реми и положил на стол увесистый черный бархотный мешочек.

Комендант сглотнул слюну, а капли пота на лбу и над верхней губой выдали его интерес к делу.

– Мг, – задумался комендант. – И когда ты хочешь, чтобы я выпустил его нас свободу?

– Сейчас же! – Реми буравил его глазами, соображая за сколько он готов продать ему Мишеля.

– Это не возможно, мой друг, – спокойно ответил Франсуа. – Я не знаю, насколько…..

Реми положил рядом такой же мешочек, не отрывая взгляда от тучного мужчины, который несколько раз потер вспотевшей ладошкой в области сердца.

– Он так дорог вам? – комендант отпил полкубка вина.

– Он мне нужен сегодня, сейчас, – повторил Реми. – Вы получали в отношении его какие-то приказы?

– Кроме