Шепчущие камни - Савиор Пиротта

– Твой отец был отравлен, но выжил, – тихо произнёс я.

– Мох и Волк спасли ему жизнь, – добавил Лось. – Впусти нас, юный Дождь. Мы должны как можно скорее занести твоего отца под крышу. Ему необходимо смачивать руки и лицо холодной водой. С ним всё будет хорошо, но ему нужно много отдыхать.

Я собирался последовать за шаманами в дом, но Дождь преградил мне путь.

– Только не ты. Тебе в нашем доме не рады. Эти слабоумные старика́ны, может, действительно думают, будто ты спас моему отцу жизнь, но если его отравили, то причина сделать это была лишь у одного человека. У тебя. Тебе так не терпится занять его место, что ты и убийством не погнушаешься. Вот погоди, я всем про это расскажу. Тебя навеки изгонят из деревни.

Глава 7

Укрытие

Облако отчаяния окутало меня своими тёмными объятиями. Я шёл домой, и в моей голове эхом отдавались слова Дождя: «Тебя навеки изгонят из деревни».

Это было нечестно. Я помог спасти Луна, а не пытался его убить! И я понятия не имел, как яд попал в чашу, и думал, что это была случайность.

Очень скоро новость об отравлении Луна разлетелась по всей деревне. Мама ещё только раскладывала завтрак по мискам, а в проходе перед дверью нашего дома уже собралась разъярённая толпа.

– Держи Тень, – шепнул мне отец. – Следи, чтоб он не лаял.

Он приоткрыл дверь – совсем немного, так, чтобы никто не смог заглянуть внутрь.

– Доброе утро, – сказал он. – Что привело вас всех ко мне так рано поутру?

– Мы слышали, твой сын пытался отравить шамана, Медведь, – ответил кто-то. Я узнал голос: это была жена мастера топоров.

– Этот мальчишка – бельмо на глазу всей деревни, – добавил кто-то другой. – Сначала украденное копьё, теперь это. Его нужно наказать. Если ты слишком мягок к мальчишке, кто-нибудь из нас сделает это за тебя.

– Не стоит верить всему, что слышите, – сурово ответил отец. – Мой сын не убийца. Я бы позволил ему объясниться самому, но он ещё не вернулся домой. А теперь прошу меня извинить: мы с женой собираемся завтракать.

Он захлопнул дверь, но кто-то яростно замолотил по ней.

Детский голос выкрикнул:

– Когда в следующий раз увидишь Волка, скажи ему, что он от нас получит.

– Это Примула, дочь собирателя трав, – тихонько сказала мать. – Она явно не такая нежная, как её тёзка. Она должна помогать своей семье, а не тратить время, сыпля угрозами у нашей двери.

– Я видел её вчера с Дождём, – вспомнил я. – Она из его компании.

Мы съели кашу, хотя, если честно, аппетита у меня совсем не было.

Когда мы позавтракали, отец сказал:

– Тебе опасно оставаться здесь, Волк. Ты должен затаиться, пока шаман не окрепнет настолько, что сможет говорить. Потом, несомненно, он всё объяснит и вернёт тебе твоё доброе имя. А пока что я знаю хорошее укрытие, где тебя никто не найдёт. Я отведу тебя туда сегодня ночью. А пока что пойду на луг и сменю Ястреба.

Я был очень рад, что родители не спросили, на самом ли деле я совершил это ужасное преступление. Не знаю, что я делал бы, если бы они подозревали меня.

День тянулся ужасно медленно. Я пытался плести корзину, но то и дело принимался прислушиваться, не собирается ли снова за дверью толпа. Ястреб немного поспал, потом сходил пообщаться с друзьями и к ужину вернулся. Мы молча поели.

Спустя, казалось, целую вечность отец пришёл поужинать.

– Все в деревне уже уснули, – сказал он, расправившись с едой. – Давай, Волк. Пора отправляться. Держи Тень при себе и следи, чтобы он не лаял. И натяни капюшон пониже. Нельзя, чтобы нас узнали.

Мать вручила мне узелок с едой, а я проверил, на месте ли мой кремнёвый нож и камни для разжигания огня. Ещё я убедился, что амулет надёжно спрятан под туникой.

Мать быстро обняла меня на прощание, и мы с отцом выскользнули за дверь и заспешили по крытым проходам. Вскоре мы вышли за пределы деревни. Навстречу нам дул холодный ветер. Тень держался рядом со мной.

– Куда мы идём, отец? – спросил я, когда деревня осталась далеко позади. Мы шли по дороге, ведущей прочь от моря, к пресному озеру, где летом ловили рыбу. Сейчас оно замёрзло.

– Есть одно древнее убежище, которое я нашёл, когда был твоего возраста, – ответил отец, останавливаясь возле огромного округлого валуна и дожидаясь, пока я его догоню. – Люди пользовались им в давние времена, когда на нашу деревню регулярно совершали набеги. Я наткнулся на него, когда гнался за оленем. К этому времени об убежище уже давно все забыли. Я никому о нём не рассказывал. Это было моё тайное место, я убегал туда, когда отец и мать злились, что я плохо выполняю свои обязанности, или когда я хотел спрятаться ото всех. Оно послужит тебе хорошим укрытием.

Я никогда и подумать не мог, что мой отец тоже расстраивал родителей, когда был моего возраста.

– Что ты такое делал, что твой отец на тебя злился? – спросил я.

Он хмыкнул.

– Я терпеть не мог искать яйца гагарок и никогда не собирал сухой навоз для костра. Меня тошнило от одного его запаха.

Мы быстро пересекали замёрзшее озеро – лапы бедного Тени скользили по льду – и оказались на островке, расположенном примерно в его центре. Он был усеян наполовину вросшими в землю накренившимися валунами. На валунах дремали вороны, злобно раскаркавшиеся при виде нас. Даже в ярком лунном свете это место напоминало чей-то кошмарный сон. Неудивительно, что сюда никто не ходит.

– А как олень, за которым ты гнался, попал сюда? – спросил я отца. – Вплавь? Или была зима, как сейчас?

– Была весна, – ответил он. – И я поплыл за ним через озеро. Правда, я его не поймал. Слишком он был быстр. Поймал только простуду – несколько дней потом провалялся в постели.

За одним из валунов оказалась самая крохотная хижинка из всех, что я когда-либо видел, с низким входом и без окон.

– Сколько людей могло здесь скрываться? – спросил я отца.

– Я думаю, человек десять, может, даже двенадцать могло втиснуться, – ответил он. – И зачастую им приходилось оставаться здесь несколько дней, пока они не убеждались, что чужаки ушли из деревни.

Я в ужасе