Шепчущие камни - Савиор Пиротта

– Трудно поверить, что туда могло влезть столько людей.

Отец провёл меня внутрь.

– Тогда здесь укрывалась целая деревня. Одна большая семья, по сути.

Потолок в хижинке был низкий, увешанный пыльными гирляндами паутины. Встать в полный рост было невозможно. Тень зарычал на большого паука, и тот уполз прочь, скрывшись в какой-то щели. Я содрогнулся. Сколько ещё волосатых чудищ рыщет здесь во тьме?

– Устраивайся поудобнее, – усмехнулся отец. Впервые за много лун я услышал, как он шутит. – Знаю, тут тесно, но, по крайней мере, ты будешь в безопасности, сын. Ястреб будет оставлять тебе еду на берегу озера. Он будет прятать её под тем огромным круглым валуном, возле которого мы останавливались. Обязательно проверяй, нет ли кого рядом, когда будешь разжигать огонь. Камни вокруг должны спрятать тебя от чужих глаз, но никогда нельзя знать наверняка. И никогда не разводи костёр снаружи хижины и по ночам. Его увидят издали. Не сомневаюсь, Лун скоро очнётся и сможет говорить. Он вернёт тебе твоё доброе имя, вот увидишь.

Он взъерошил мне волосы и ушёл. Когда отец проходил мимо валунов, злобно закаркали вороны. Но стоило ему уйти, умолкли и они. Впервые за всю свою жизнь я затосковал по отцу. Мне хотелось, чтобы он остался и защитил меня от людей из деревни, если они найдут меня.

Я подобрал снаружи палку, чтобы счистить паутину. Тень, решивший, что мы будем играть, радостно залаял.

– Тс-с, – шикнул я. – Ночь на дворе. Какой-нибудь охотник на берегу тебя услышит.

Избавившись от гадкой паутины, я сел на пол и прислонился спиной к стене. Тень устроился рядом, положив морду мне на колено. Я решил было поесть, но аппетита у меня по-прежнему не было. Тогда я разжёг огонь. Теперь, когда я остался в одиночестве, у меня появилось время подумать. Я разочаровался в своём амулете. Он предостерёг меня, что на Ястреба нападёт змея. Почему же он не послал мне другого сна, о Луне?

И тут до меня дошло. Амулет пытался меня предостеречь. Сон, который я видел, был не о Ястребе. Он был о Луне. Кто есть шаман, если не пастух, чья работа – защищать людей? Могу поспорить, и змея была лишь символом, означающим яд.

Теперь мне всё стало совершенно ясно. Сон предупреждал меня, что Лун будет отравлен. Вот только я ничего не понял. Я неверно истолковал символы. Как там говорил Лун?

«То, что ты увидишь во снах, принесённых амулетом, иногда будет иметь скрытое значение. Это символы. Ты должен научиться понимать, что сны пытаются сказать тебе».

Но я проигнорировал его совет и поспешил с выводами. Моя ошибка едва не стоила ему жизни. Амулет не подводил меня. Я подвёл себя сам.

Глава 8

Дерзкий план

Я пытался выбросить эту ужасную мысль из головы, но она никуда не девалась. Она изводила меня, не давая уснуть весь остаток ночи. Когда рассвело, я вышел на улицу подышать свежим воздухом. Небо было серое. День обещал быть холодным. Вороны уставились на меня своими глазами-бусинами, и я торопливо вернулся в хижину.

День тянулся невыносимо медленно. Я подумывал сплести корзину, чтобы скоротать время, но не смог найти в снегу ни сухих стеблей, ни травы. Когда наконец стемнело, я поспешил через замёрзшее озеро на берег ждать Ястреба. Вскоре он пришёл, неся еду и бурдюк с водой.

– Ты как? – спросил он.

– Нормально, – ответил я, надеясь, что он не услышит безнадёжности в моём голосе. Он переда́л мне еду. – Есть новости о Луне?

Ястреб помотал головой:

– Он всё ещё не пришёл в себя.

Так продолжалось семь дней. Состояние Луна не менялось. Я часто доставал амулет и молил его послать мне ещё один сон. Но глаза черепа оставались тусклыми. Быть может, амулет наказывал меня. Или, что ещё хуже, он вообще потерял в меня веру.

– Вот бы Ворона была здесь, – сказал я Тени как-то днём. Небо сделалось тёмно-серым, и все вороны взмыли ввысь – знак, что надвигается буря.

– Да, разговаривать с тобой, Тень, здо́рово, но только Ворона может дать мне дельный совет. Что бы она сделала, если бы поняла, что подвела кого-то?

Тень тихонько гавкнул, будто говоря: «Это легко. Она бы прекратила жалеть себя и попыталась бы всё исправить. Она бы помогла Луну выздороветь».

– Это прекрасный совет, Тень, – сказал я. – Но как бы она всё исправила?

Я представил Ворону, в раздумьях расхаживающую по дому своего отца. Я знал, что Ворона обязательно придумала бы план. Он был бы дерзким. Он был бы смелым. Он был бы…

Медленно, словно само по себе, в моей голове зародилось зерно моего собственного плана. Для его исполнения придётся нарушить правила. Это будет опасно. Но это вполне может сработать…

Той ночью я обсудил свою идею с Ястребом и попросил его о помощи.

– Ты точно рехнулся, – сказал он, передавая мне еду. – Никто не решился бы на это. Если нас поймают…

– Но духи не допустят, чтобы нас поймали, – не сдавался я. – Это же ради блага деревни, понимаешь? Людям нужно, чтобы Лун встал на ноги, чтобы он снова присматривал за общиной. А мне нужно вернуть себе доброе имя. Прошу…

– Ладно, – неохотно сказал брат. – Но лучше бы чутьё тебя не подвело. Дай мне время добраться до луга и завести овец в хижину. Встретимся там.

Пока Ястреб шёл на луг, я присел за камнем и съел часть еды. Спрятав остальное в кустах, я поблагодарил духов и отправился в сторону деревни. Буря уже миновала, но дождь лил по-прежнему, делая подмороженные тропы очень скользкими.

– Сейчас ни звука, Тень, – предупредил я. – Это важно.

Я спрятал лицо под меховым капюшоном, но понимал, что люди непременно узнают моего пса, если заметят нас.

Мы проскользнули мимо деревни к могильнику, где нас уже ждал Ястреб. Он помог мне совсем немного отодвинуть тяжёлую каменную дверь, и я протиснулся внутрь. Я не осмелился взять с собой факел, так что некоторое время стоял, не шевелясь и ожидая, пока глаза привыкнут к темноте.

Постепенно я начал различать скелеты, лежащие вокруг. Я пробирался между ними, пока не оказался прямо перед древним целителем. Даже во тьме я видел священное копьё, поблёскивающее в его костяных пальцах.

– Прошу тебя о помощи, – сказал я. – Я пришёл одолжить у тебя копьё. Оно очень нужно