Алиби не будет - Захар Бюзил оглы Абрамов

— Ясно, товарищ Алеша.

— Да, тебе надо расстаться с кожанкой и привыкать к штатскому костюму. Сойдешь за интеллигента? Ва, ты же у нас бек! — Джапаридзе улыбнулся. — Все необходимое — в гардеробе мадемуазель. Если что, обращайся к военному коменданту Авакяну. Вызывай наряд. Ему даны указания. Ну, удачи тебе, чекист!

* * *

Замок открылся легко и бесшумно. Исламбек еще раз оглядел плохо освещенную лестницу — все спокойно. Пристанище мадемуазель Ли. Уютная двухкомнатная квартира, много портьер, легкие кресла, смелые портреты танцовщицы, баночки непонятного назначения и благоухающие флаконы на трюмо, воздушный шарф, забытый на пуфе, увядшие цветы на пианино. Казалось, бархатная портьера сейчас раздвинется и из спальни выпорхнет, мило путая французские и русские слова, кокетливая хозяйка дома. Но никто не появлялся, а на зеркале старинного шкафа лежал плотный налет пыли.

Исламбек никогда не поверил бы, что выпадет ему в жизни такой сложный и извилистый путь. Все тут странно и неожиданно: дружба с Асланом, Ширвани, два дорогих ему могильных холма… Прокуренный кабинет Джапаридзе и будуар… Он взглянул в зеркало. Угрюмое бородатое лицо, жесткие складки у рта.

Он осмотрел гардероб мадемуазель Ли. В глубине, за эстрадными платьями висели костюмы. Он выбрал темно-синий в полоску. На отдельной полочке лежали бритва, носовые платки, даже плоские часы с цепочкой.

Через час из будуара артистки вышел элегантный молодой человек. Короткая бородка смягчала жестковатое лицо. Белоснежная сорочка оттеняла темные волосы. Только пиджак был чуть-чуть тесноват для широких плеч.

Поколебавшись, он надушил платок. «Оревуар, мадемуазель, — усмехнулся Исламбек. — Мерси бывшей певице от бывшего красного командира». Он положил в карман папиросы, снял телефонную трубку, назвал номер.

— Добрый вечер, Катенька. Узнаете? Я выезжаю. Через четверть часа буду у вашего подъезда.

Он достал из внутреннего кармана пиджака парабеллум, поставил на предохранитель. У дома его ждал один из прикрепленных к нему фаэтонов. Извозчик — здоровый розовощекий парень — чинно сидел на козлах и поглаживал пышные рыжеватые усы. Увидев Исламбека, он присвистнул.

— Ну, командир! Ни за что не подумал бы. Вылитый барин. Что делает с человеком одежда!

— Для дела, Василий. — Откинув полы длинного пиджака, Исламбек барственно развалился на сиденье. — Двигай, старина, к Катеньке.

— Есть, командир. Как говорится, бог в помощь.

— И по другому говорят: «На бога надейся, а сам не плошай». И вот что, Василий, никаких командиров. Я — господин Шахбазов. Или просто господин.

— Ясно, господин. Поехали.

Против двухэтажного дома на Воронцовской фаэтон остановился. Здесь ждала Катя Долинская — большеглазая, стройная, в простеньком, но изящном платье. Аккуратную прическу венчала маленькая, похожая на лепесток, шляпка. Тонкая в талии, с задорными ямочками на щеках, она казалась такой юной, что у Исламбека защемило сердце. Он соскочил, подал ей руку, помог сесть.

— Давно ждете?

— Только что вышла.

— Как настроение?

— Вроде ничего, бодрое, — она смутилась.

— Ну и прекрасно. Товарищ Алеша сказал, что женщин нужно беречь… — Он вздохнул и замолчал. Уж он-то умеет беречь женщин…

Катенька не ответила. Василий хлестнул лошадей, и они понеслись к Парапету. На углу Персидской и Николаевской экипаж поравнялся с другим фаэтоном. На козлах сидел Калантаров.

— Как дела, Аслан? — не поворачивая головы, спросил Исламбек.

— Не появлялась. Час назад из парадного вышел высокий мужчина в очках и шляпе, прошел к переулку Управы и на фаэтоне уехал к центру.

— Кто?

— Не знаю. Похоже, Ермаков. Только почему-то в очках.

— Хорошо.

Экипаж Исламбека свернул в переулок. Здесь в ожидании фаэтонов стояли три пары. Когда Исламбек сошел и подал руку Кате, к Василию порхнули две дамы в вечерних туалетах. Исламбек узнал Светлану Ермакову. Обернувшись к Катеньке, он выразительно взглянул на Василия.

— Извозчик, вы свободны? — быстро спросила Ермакова. — Мы очень спешим. Ну, пожалуйста…

— Далеко ехать, сударыня?

— В Мулен Руж.

— Сидайте. Мулен Руж, так Мулен Руж! — громко и весело повторил Василий Макеев. — А ну побежали, красавчики!

Исламбек растерянно покачал головой. Катя взяла его под руку, спросила шепотом:

— Что с вами, комиссар?

— Ай-яй-яй. А говорят из подъезда никто не выходил. Понимаете, Катенька?

— Нет.

— Идемте к фаэтону. Молодая дама, которую вез Василий, Светлана Ермакова…

— А как же Аслан?

— Наверно, проворонил. Надо спешить. — Они быстро перешли улицу, сели в фаэтон Аслана. — Гони, наблюдатель! В Мулен Руж.

— Слушаюсь. А что такое?

— Поехали, поехали! Ворон считаешь на посту.

Аслан хлестнул лошадей, и фаэтон понесся по Николаевской.

— Слушайте внимательно, Катя. — Исламбек слегка привлек к себе спутницу. — Две порядочные дамы едут в Мулен Руж. Что такое Мулен Руж? Ночной кабак! Уважающая себя женщина без мужчины в такое заведение не пойдет. Либо их там встретят, либо они поедут дальше. Верно?

Долинская кивнула.

— Беспокоит меня другое. А что, если они по дороге изменят направление? Где мы тогда найдем Василия? Все как-то неожиданно. Опять вышло не так. Ах, черт! Говорил же Алеше…

— Не торопитесь. И, пожалуйста, улыбайтесь мне как… как женщине, которая вам нравится.

Чертыхаясь, он изобразил на лице подобие улыбки. Катя рассмеялась. Фаэтон выехал на Молоканскую. В сумерках ярко засверкал фасад двухэтажного здания на углу Станиславской. У подъезда толпились жаждущие. Одних привлекал ночной кутеж в обществе заезжих див, других — изысканная кухня. Были и просто зеваки, собравшиеся, чтобы поглядеть на вечерний съезд городских знаменитостей.

— Неужели Ермакова втайне от мужа посещает этот кабак? — мучительно думал Исламбек. — Не похоже. И зачем ей ввязываться в политику?

Исламбек не знал, что это началось давно. Еще в дни кровавых событий начала года двадцатилетняя дочь Докучаева бесстрашно прятала у себя Степку Лалаева. Многого Исламбек тогда не знал…

Фаэтон остановился. Заметив у ресторана экипаж Макеева, Исламбек вздохнул с облегчением.

— Ну, Катюша, я зря сомневался. Вася здесь.

— Ну вот. А дальше?

— Обязательно надо найти Васю. Что-то я его не вижу.

Делая вид, что убеждает капризную даму поужинать в ресторане, Исламбек безуспешно искал Василия. Он встревожился.

— Катенька, — он сжал ее руку. — Подождите меня. Я посмотрю Васю в зале. Может, он в казино…

— Извозчик в казино? Его просто туда не впустят. Но… Хорошо. Только не задерживайтесь. Одной у входа в такое заведение…

— Я мигом. — Он скрылся за массивной дверью.

Катя осмотрелась, отошла чуть в сторону. На козлах равнодушно дымил самокруткой Аслан. Но она знала: он зорко следит не только за ней, но и за всем вокруг. Прошел комендантский наряд, а спустя минуту она увидела парный патруль красногвардейцев. Можно было не волноваться. Порядок охранялся надежно.

И все равно ей было неловко. Стоять здесь одной, ощущая на себе любопытные взгляды мужчин. Что они думают: несостоявшееся