Последнее слово шамана - Иван Валентинович Цуприков

– Так Свалов три ее магазина сжег.

– Шесть, – поправил Михаила бородач. – В Коммунистическом, в Пионерском и в Советском. Так она ж в девяностые всю торговлю водкой под себя забрала…

– И платить вам за это еще была должна, – искоса посмотрел на бородача Михаил.

– Так закон у нас такой.

– Да, да, у нас тоже, – прошептал Михаил. – Вор должен сидеть в тюрьме, как говорил Высоцкий.

– Так, опусти меня, Михаил Валентинович.

– О, оказывается, у меня и имя с отчеством есть, – улыбнулся Виктору Михаил. – А с Петровым Мишей как разделались, забыл? За ногу подвесили на кедре. Помнишь?

– Так я одно слово только скажу, Михаил Валентинович, и вас сразу в газете восстановят, пресс-секретарем мэра возьмут, кем угодно, – словно не расслышав вопроса Степнова, продолжил упрашивать Михаила бородач. – Вам же моя смерть ничего не даст, Михаил Валентинович. Спустите меня с дерева, я готов по закону за все ответить. Я все про Свалова расскажу в прокуратуре. Это же Длинный все с ним этими делами занимался…

– Один вопрос, – перебил бородача Михаил. – А чего это вы, его замы, пошли за нами? Он что, не мог бойцов своих отправить, «шестерок», если уж ему так нужно было идти по нашему следу?

– Хм, так он только нам в последнее время и доверяет. Болезнь у него страшная. Цыганка нагадала ему, что его вылечит селезенка оленья или колдун. Селезенка не вылечила, значит, на шамана надежда у него осталась.

– Брешешь, – вздохнул Виктор. – Брешешь.

– Дед, отпусти, а?

– Хорошо, – кивнул головой Виктор. – Хорошо. Бородач? Последний вопрос, – встал Муравьев и, отряхивая свои штаны от грязи, продолжил. – Неужели вам всем так важен Свалов? Здесь никого нет, не оглядывайся. Ну, как хочешь. Если спортсмен, подтянись, хватайся за канат, лезь по нему вверх и – спасешься.

– Дед, дед, Миша, Миша, Михаил Валентинович! – истерически заорал бородач. – Я буду вашим псом, я вам заплачу. Заплачу-у!

«У-у-у…» – эхо подхватило его голос и понесло по тайге.

«Уууу, гуууугууу…» – И ничто не мешало эху усиливать стон бородача и нести его по вершинам леса.

– Дед, ладно, стой.

– Ну? – поднял голову Муравьев.

– Там, у кедрача на реке, я нашел твой прииск, дед. Два мешка камней. С золотыми бляшками.

– А я о чем, – ухмыльнулся Муравьев. – За золотом гонку устроили и по пути друг друга топят. Так?

– Жизнь. – Лицо бородача покраснело. – Но это не то золото, которое ты ухарю с Йобурга сдаешь. Где тот прииск?

– Надеешься чертей уговорить, чтобы из ада тебя отпустили, ты с ними золотом расплатишься?

– Трусишь, – напрягся бородач. – Со мной ты уже расправился, как и с Зиной. Чего боишься-то?

– Да здесь недалеко, – посмотрел вопросительно на Михаила Муравьев. – Вот сынку передам, пусть эту тайну и несет дальше, если сможет.

Михаил тяжело проглотил слюну и, закашлявшись, смотрел, не спуская глаз, с деда.

– Ну что? Как там тебя?

– Сергей Вячеславович.

– Золото, оно здесь совсем рядом. По берегу реки. А он в ста метрах отсюда. А золотко рассыпано по дну, заносит его вода с песочком уральским и прячет в иле. Так что ищи. Отпущу, если скажешь, где тело моей жены оставили?

– Так говорил уже, дед. Спусти, а то мозги совсем думать перестали.

– А скажешь?

Муравьев посмотрел на Михаила, потом на висевшего вверх ногами Искрина, вытащил из-за пояса нож и протянул его бородачу. И в это же мгновение его голову мотнула назад какая-то мощная сила, вырвав из затылка красную жижу, и только после этого раздался громкий гул выстрела, уходящий эхом по лесу.

Глава 21

Гагг

1

Михаил бежал, не понимая, куда, и никак не мог себя остановить. Испуг шокировал его и управлял всем его телом.

Он всего лишь мельком увидел того, кто застрелил бородача. Этого огромного детину Жеку он помнил с детства. Парня двухметрового роста, учившегося в параллельном с ним классе, который с рождения был наделен огромной силищей. Именно так. Он толком никогда не занимался физкультурой, не говоря уже о каких-то специальных физических видах спорта, таких как бокс, борьба или гимнастика, но при всем этом обладал огромной природной силой, цепкостью и увертливостью. И когда с ним кто-то во дворе или в школе вступал в потасовку, он всегда выходил победителем.

Михаил, зная это, старался с ним никогда не ругаться и не спорить, зная, что Жека все в конечном итоге сведет к драке. И пусть даже ты на двести-триста процентов был во всем прав, он просто, под смех окружающих, ухватит тебя своими огромными ручищами и забросит под общие насмешливые крики в кустарник, в соседний класс или на туалетный толчок.

Вдвойне обидно было, когда он узнал, что этот увалень Жека после школы попал под влияние Свалова, местного бандита, собравшего вокруг себя горстку таких же крутых ребят, как он. Сначала он занимался торговлей джинсами, в чем значительно преуспевал. Особенно в конце восьмидесятых, когда два парня из соседнего города, набрав много заказов и денег, исчезли. Свалов нашел их.

История, произошедшая с ними в то время, часто повторялась с начинающими торговцами. По дороге в поезде они попадали в круг внимания бандитов или воров, те их «очищали» и отпускали. А когда у тебя в карманах было несколько сотен тысяч рублей на покупку вещей, отданных тебе твоими друзьями и знакомыми, и они пропадали, то чаще всего этим ребятам ничего не оставалось, как скрываться от своих «инвесторов».

И вот Свалов каким-то путем их местонахождение вычислил, а кто-то говорил, что он сам подстроил их «очистку», привез в город и прилюдно наказал. Они в течение двух лет вкалывали в одной из бригад лесорубов и возвращали долги.

Тогда авторитет у Свалова резко поднялся не только в глазах местной шпаны, а и у уважаемых людей небольшого сибирского городка. Через некоторое время Свалов сбил себе бригаду и начал заниматься рэкетом, обирая местных торговцев. Они ему платили за свои места на рынке и крышу, таксисты – за свою защиту от пришлых бандитов и ужесточений налоговых сборов, милицейских наездов.

Потом ко всему этому Свалов занялся продажей исчезнувшей с прилавков магазинов водки, видеофильмами, проституцией. А позже, встав на ноги, взял под свою «защиту» несколько умирающих леспромхозов, дорожную службу…

А Жека какое-то время был телохранителем Свалова, потом он находился в его окружении, но уступил свое место при боссе более молодым качкам. Говорят, занимался его охраной. И что значит его появление