От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

вечер к нему приезжает С.А. Соболевский, бывший на балу в куракинском дворце на той же Старой Басманной, который давал французский посол на коронации Николая I маршал Мармон, герцог Рагузский: «Один из самых близких приятелей Пушкина, узнавши на бале у герцога Рагузского… о неожиданном его приезде, отправился к нему для скорейшего свидания в полной бальной форме, в мундире и башмаках. На другой день все узнали о приезде Пушкина, и Москва с радостию приветствовала славного гостя». Пушкин тогда поручил Соболевскому вызвать Федора Толстого-Американца на поединок… Хорошо, что его в тот раз не оказалось в Москве, иначе бы Пушкин мог погибнуть еще раньше: Толстой был непревзойденным и хладнокровным дуэлянтом.

Есть, однако, определенные сомнения в том, что А.С. Пушкин приехал к Василию Львовичу именно в этот дом, ибо с октября 1824 г. Василий Львович имел собственный дом, оставленный ему по завещанию сестры Анны Львовны, находившийся на той же улице по соседству (№ 28), и похоже на то, что Александр Сергеевич приехал к дяде вовсе не сюда, а в дом № 28.

Дом № 36 был выстроен после того, как П.В. Кетчер купила в августе 1819 г. «погоревший участок» – она, возможно, тогда же начала строить деревянный дом, имевший строгий дорический четырехколонный портик, исчезнувший при ремонте дома в 1890 г. Семья Кетчеров обычно не жила в этом доме, сдавая его жильцам, и, возможно, что этот дом никак не связан с именем переводчика Николая Христофоровича Кетчера, члена кружка Герцена и его друга, о котором он оставил прочувственные строки в «Былом и думах».

Старая Басманная заканчивается двухэтажным каменным домом с лавками внизу (№ 38), построенным, возможно, в XVIII в. Распространенное мнение о том, что именно здесь находился знаменитый трактир «Разгуляй», не находит подтверждения в документах – он был напротив, на другом углу улицы.

К площади Разгуляй подходит другая Басманная – Новая, улица, существенно младше своей соседки Старой Басманной. До образования Капитанской слободы – поселения иноземцев-военных – тут, всего вероятнее, находились огороды и выпасы Басманной слободы, домики которой располагались южнее. С появлением правительственного центра на востоке города – в Немецкой слободе, в Лефортове, и в Преображенском – на главной улице Капитанской слободы стали селиться богатые вельможи и крупные чиновники, за которыми потянулось мелкое и среднее дворянство: они покупали свободные земли и бывшие слободские участки и строили по новой улице роскошные дворцы и каменные жилые дома.

Сейчас в начале Новой Басманной небольшой скверик, происхождение которого идет от Сенной площади, образовавшейся перед воротами Земляного города, меж двух торных дорог, одна из которых шла к Красному селу, в Преображенское и далее, а вторая через Новую Басманную улицу к Разгуляю, где соединялась со Старой Басманной для того, чтобы идти к Немецкой слободе и Лефортову. В развилке между ними лежало обширное незастроенное поле, на которое приезжали крестьяне для торговли. На нем в 1742 г. поставили «комедию» – деревянный театр, в котором подвизалась немецкая труппа во главе с «комедиантом Зигмунтом и женою его Елисаветою». В рождественские праздники 1753 г. в театре случился пожар, и по указу императрицы велено было его сломать: «…понеже на том месте быть ей неприлично и от пожарного случая опасно», и позднее представления уже не возобновлялись.

Этот скверик посередине бывшей Сенной площади распланировали в 1882 г. на средства местного домовладельца купца В.Г. Сапожникова, пожертвовавшего городу часть своей земли. В нем стоит очень неплохая статуя М.Ю. Лермонтова – этакий мятежный дух в форме Тенгинского полка, с откинутой ветром полой шинели. Внизу в прорезной декоративной решетке изображения по мотивам «Демона», «Мцыри», «Паруса», а рядом с памятником стела, на которой помещена очень подходящая цитата из поэмы «Сашка»: «Москва, Москва!.. Люблю тебя как сын…» Автор этого памятника, открытого 4 июня 1965 г. в ознаменование 150-й годовщины со дня рождения поэта, – скульптор И.Д. Бродский, архитекторы Н.Н. Миловидов, Г.Е. Саевич.

Застройка по левой стороне улицы начинается зданием в стиле конструктивизма – с четкими очертаниями геометрических объемов, с внутренним садом, по краю которого идет крытая галерея, несколько неожиданно напоминающая о замкнутых дворах европейских средневековых монастырей. Здание построено в 1927 г. по проекту А.Д. Тарле для железнодорожной поликлиники, которая и сейчас находится в нем.

Дом № 9 стоит в глубокой выемке, образовавшейся при устройстве железнодорожной соединительной ветки. Он сейчас не вызывает особого интереса, но, однако, это когда-то был пышный дворец. Правая часть нынешнего здания является первоначальной постройкой, появившейся здесь примерно в 1740— 1750-х гг. в усадьбе М.А. Ахлестышева. Несколько расширенный и перестроенный двухэтажный дом приобретает в 1793 г. подполковник М.Р. Хлебников, бывший купец, ставший правителем канцелярии у графа П.А. Румянцева-Задунайского.

Вдова Хлебникова в 1815 г. продала дом, чудом уцелевший при пожаре 1812 г., графу Григорию Алексеевичу Салтыкову. Новый владелец, опять перестраивая дом, увеличил его высоту; на архивном рисунке 1815 г. изображен представительный трехэтажный дворец с портиком и балконом перед ним, совсем не напоминающий то здание, которое стоит теперь на улице; современный вид, довольно неприглядный, он получил при известном благотворителе Ф.Я. Ермакове, когда в 1850-х гг. он переделывал и фасады, и интерьеры.

Этот дом стоит совсем рядом с необычной московской церковью, как бы составленной из двух резко различных частей – собственно самой церкви и высокой колокольни. Они явно принадлежат к разным эпохам: если колокольня легко может быть причислена к кругу построек так называемого барокко середины XVIII в., сложившегося под влиянием творчества архитектора Д.В. Ухтомского, образцами которого могут быть такие сооружения, как колокольня в Троице-Сергиевой лавре, то аналог церкви отыскать будет труднее: аскетичное, с крупными грубоватыми очертаниями обобщенного объема, завершенное граненым куполом с совсем нерусским бельведером с широкими проемами и с остроконечным «шпицером» строение.

Интересно отметить, что это совершенно уникальное в Москве сооружение – единственное построенное по рисунку… кого бы вы думали? Самого Петра Великого! В прошлом веке историк И.Е. Забелин опубликовал документ – «Сенату доношение», датированный 1717 г., в котором было записано: «в прошлом 714 году по имянному царского величества указу и по данному собственной его величества руки рисунку, велено нам нижепоименованным, старосте с приходскими людьми, построить [церковь] за Мясницкими воротами, за Земляным городом, что в Капитанской и Ново-Басманной слободе, которая и прежде в том месте была ж, во имя св. ап. Петра и Павла».

Если действительно Петр прислал собственный рисунок, руководствуясь которым неизвестный нам зодчий строил эту церковь, то ее необычные для Москвы формы вполне могут быть объяснены тем, что Петр хотел иметь у себя в Москве посвященную его небесным покровителям церковь, подобную тем, которые он видел в Западной Европе. Строительство церкви продолжалось