Балконы Санкт-Петербурга. Металлические кружева художественного декора XVIII—XX веков - Борис Андреевич Калиничев

Завод занимал обширную территорию между бывшим Лиговским каналом (позднее проспектом) и Николаевской железной дорогой. На Лиговском проспекте располагались контора, дом владельца, доходные дома. За конторой находились здание для выставки продукции, малярный, кузнечный, слесарный, жестяной, котельный цеха, особое помещение для громоздких изделий и проложенная механическая железная дорога для подачи чугуна. К полотну Николаевской железной дороги примыкала колония рабочих поселений. Во время знакомства с заводом в 1891 году выпускников Института гражданских инженеров Ф. Сан-Галли заметил: «Когда я пришел сюда, здесь росла капуста; теперь вы видите на том месте благоустроенный завод, девизом которого всегда было слово “вперед”».

Среди изделий завода – всемирно известные исторические ворота Зимнего дворца, решетка Таврического сада, особняка Кшесинской, световой фонарь над залом Международного коммерческого банка (Невский пр., 58), железные решетки для Павильонного зала в Эрмитаже, для больницы Петра Великого, Клинического института Елены Павловны (МАПО), детали отделки входных дверей музея Штиглица. Фирма занималась переустройством металлического перекрытия Исаакиевского собора. Для Кронштадта ею были сделаны маяки, вышки, ворота шлюза; для Царского Села и Гатчины – все металлические мосты. Завод изготовил железный занавес для Большого театра в Москве, выполнял заказы Англии, Австрии, Финляндии.

В найденном в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга уникальном каталоге (см. стр. 112–113) изделий Сан-Галли, датируемом 1893 годом, перечисляется продукция завода – решетки для балконов, лестниц, окон, мостов, могильных памятников и прочее. Осмотреть и выбрать эти изделия можно было на постоянной выставке в магазинах, принадлежавших заводу (Невский пр., 8 и 60). Список изданных в 1908 году прейскурантов дополнительно включал такие наименования, как кронштейны для балконов, «зонтики», фонарные столбы, вазы, флагодержатели, фонтаны. Марку Сан-Галли имели подъемные и паровые машины, шкафы с кодовыми замками и множество мелких предметов домашнего обихода.

Среди петербургских предприятий завод Сан-Галли стал известнее, когда ему поручили восстановить конструкции сгоревшей в 1864 году дворцовой церкви в Царском Селе. Инженер-полковник Г. Паукер составил оригинальный проект, согласно которому, потолки, стопила и пятиглавый купол выполнялись из железа.

Завод быстро приобрел высокую репутацию, распространившуюся среди инженеров, архитекторов и заказчиков. Большую инициативу проявлял и Франц Сан-Галли, обогащая опыт ежегодными поездками за границу. Особенно продолжительным оказалось пребывание в Америке, где ему удалось в течение трех месяцев познакомиться с новейшими способами обработки металла.

Из нововведений завода следует отметить осуществленное еще в 1850-е годы впервые в России водяное отопление низкого давления для царскосельских теплиц. А в большом масштабе Сан-Галли впервые в своей заводской практике устроил водяное отопление при постройке в 1869 году детской больницы принца Ольденбургского на Лиговском проспекте, 8 (ныне – детская больница им. К. Раухфуса).

Медалями международных выставок отмечена ограда между заводскими зданиями на Лиговском проспекте и образец железной скамьи.

Заметное место в многопрофильной продукции завода отводилось решеткам балконов. Своими изделиями Сан-Галли доказал, что их роль в декоративном убранстве зданий значительна. Прежде всего, они служат надежной защитой, а допускаемая иногда некоторая грубость обработки изделий обусловлена стремлением к прочности. Рисунок решеток, простой или сложный, строгий или витиеватый, хорошо просматривается с большого расстояния и вблизи.

Поиски эклектических форм, шедшие по пути либо строгой стилизации, либо натурализации мотивов, либо их свободного использования, легли в основу образных решений в художественном литье завода Сан-Галли.

Наиболее распространенным и дешевым материалом, из которого изготовлялись балконные решетки, был чугун. Для отливок решеток делались деревянные резные модели. Затем приготовленный разъемный деревянный ящик (опоку) наполняли формовочной землей, состоящей из смеси глины и песка, куда вдавливали модель. Образовавшиеся в форме пустоты заливали расплавленным чугуном. При этом стремились к тому, чтобы рельеф не был слишком усложненным и тем самым не лишал изделие прочности и монументальности.

Ограждение представляло собой звено, состоящее из стоек, горизонтальной тетивы и декоративных элементов, которым был свойственен как растительный и геометрический характер, так и сочетание их.

Как правило, для решеток с растительным орнаментом характерна насыщенность и затейливость рисунка. Размещенные свободно ветви то закручиваются валютами, спиралями, то раздваиваются, чтобы заполнить пространство между стойками, или обивают вытянутые овалы и круги.

Детальная проработка геометрической орнаментики позволяла удачно сочетать элементы, состоящие из ромбов, вписанных в них круглых розеток и цветочно-растительные узоры. Разнообразие орнамента дополняли традиционные кайма меандра, сетчатый узор, изгибы чередующихся и переплетающихся прутьев.

Создавался рисунок, подобный заставкам архаичных пергаментов, старых рукописей, орнаментальной росписи церковных стен и резьбе иконостасов, а также используемый при оформлении предметов декоративно-прикладного искусства.

В зависимости от веяний времени и вкусов заказчика использовался тот или иной тип решетки, выразительно подчеркивающий архитектурные формы и мотивы постройки.

В отливках мастера нередко добивались совершенства, подобного рукотворному. Установить все имена создателей массовых изделий пока не удалось, хотя на некоторых чертежах они оставили автографы в виде инициалов – «Ар. Гр.», «А. Л.», «RS», «WO» и одну полную роспись – Г. Гансон. Просмотр личных карточек, работавших на заводе также не дал результатов. Но сохранившиеся художественное литье, так удачно вписавшееся в облик города, стало памятью их труду.

Приведем некоторые примеры из каталога, найденного в архиве, в котором под номерами даны образцы балконных решеток. По образцам автором этого раздела определены адреса домов, где сохранились решетки завода Сан-Галли:

Вознесенский пр., 2/10; Галерная ул., 13, 20; Гражданская ул., 6; канал Грибоедова, 64/1; Караванная ул., 24; Конногвардейский бульвар, 3; М. Морская ул., 6, 22; Миллионная ул., 15, 29; наб. Мойки, 25, 90; наб. Мойки, 27; наб. Фонтанки, 28, 107; Почтамтская ул., 1/7; Садовая ул., 18; Соляной пер., 6; ул. Декабристов, 13; ул. Чайковского, 55; Фурштатская ул., 6.

Обращает на себя внимание разнообразие орнаментальных приемов, приведенных в каталоге. Так, наиболее сложный мотив – грифоны, поддерживающие вазу с цветами. Крылья фантастических существ переходят в сложно орнаментированные ниспадающие ветки с закругленными завитками. Композиция носит парадный характер. Использование в декоре фигур животных и птиц, взятых из арсенала зрелого классицизма, отвечало вкусам заказчиков и стало закономерным для металлических изделий завода Сан-Галли (Лиговский пр., 112; наб. Робеспьера, 26).

Композиция одного из образцов (ул. Чайковского, 55) представляет собой строгое, симметричное пересечение прямых линий, акцентированных в точке схода розетками. Ясность членений граничит с жесткостью декоративного решения.

В рисунке балконной решетки второго этажа дома № 6 на Фурштатской улице использованы изысканные завитки, сплетающиеся с живо переданными стилизованными балясинами.

Часто варьируется орнамент решеток (Галерная ул., 20; М. Морская ул., 22) в виде вытянутых их пропорциях и кругов. В стройных, вытянутых их пропорциях возникают образцы начала XIX века.

Особую подвижность в пышных обрамлениях, утонченно и легко скомпонованных, приобретает мотив встречных завитков в образце решетки дома № 27 на проспекте