Балконы Санкт-Петербурга. Металлические кружева художественного декора XVIII—XX веков - Борис Андреевич Калиничев

201. Доходный дом А.О. Мейера. Улица Марата, 66.

202. Доходный дом А.А. Шретера. Зоологический переулок, 3.

203. Доходный дом В.Ф. Штрауса. В.О., 2-я линия, 9.

204. Доходный дом Г.Ф. Вучиховского. Проспект Римского-Корсакова, 33.

205. Доходный дом В.А. Шретера. Набережная Мойки, 112.

206. Особняк В.А. Шретера. Набережная Мойки, 114.

207. Доходный дом Б.Е. Фурмана. Улица Смолячкова, 15.

208. Доходный дом. Проспект Стачек, 27.

209. Доходный дом. Лесной проспект, 9.

210. Особняк А.А. Мойры. Фурштатская улица, 6.

211. Доходный дом М.А. Макарова. Набережная канала Грибоедова, 132.

212. Особняк В.Н. и М.К. Тенишевых. Галерная улица, 13.

213. Дом И.А. Аверина. Вознесенский проспект, 2.

214. Дом П.А. Фокина. Караванная улица, 2.

215. Доходный дом. Адмиралтейский канал, 5.

216. Доходный дом. Набережная Робеспьера, 26.

217. Доходный дом. Фрагмент фасада.

Модерн

С середины XIX века эклектизм в архитектуре Западной Европы начинает подвергаться критике. Многостилье архитектуры, которое еще недавно считалось ее достоинством, теперь становится недостатком. Главное противоречие между сторонниками и противниками метода «умного выбора» заключалось в том, что зодчие-эклектики продолжали искать каноны в искусстве прошлого, а их противники шли путем поиска и принципиально новых архитектурных форм.

В 1859 году английский художник У. Морис совместно с архитектором Ф. Уэббом строят в Беркли так называемый «Красный дом», в котором претворяют в жизнь свое представление об идеальном жилище. Уже в этой постройке можно увидеть ростки новой архитектуры. Сооружение Хрустального дворца Пэкстона (1851 г.) и Башни Эйфеля (1887–1889 гг.) также внесло большой вклад в формирование практики и теории нового стиля, но только в 90-е годы XIX века отдельные идеи и явлении художественной жизни Европы слились в модный поток нового стилистического направления. В Бельгии, Англии, США и Франции оно известно под названием ар нуво, в Германии – югенд-стиль, в Австрии – стиль Сецессиона, в Италии – стиль Либерти, в Испании – модернизм, в России – модерн, или новый стиль.

Прежде чем перейти к рассмотрению архитектурной практики модерна, следует остановиться на теоретических посылках, из которых исходили архитекторы нового стиля.

К концу XIX века позитивизм утратил свое доминирующее положение как философская система, объясняющая картину мира. На смену ему приходят философские течения идеалистического толка. Одним из них стала система немецкого ученого Фридриха Ницше (1844–1900), получившая название «философия жизни».

Ницше и его последователи считали, что природа в целом и ее части в отдельности одухотворены и обладают «жизненной силой». Как следствие этого положения жизнь, в трактовке Ницше, является ареной борьбы индивидуальных «сил» и «воли». Сущность этой борьбы заключается в стремлении к преумножению силы и в жажде самовоспроизведения. Второе концептуальное утверждение Ф. Ницше сводилось к тому, что мир, окружающий человека, на рациональном уровне не познаваем. Постичь его можно только интуитивно.

Иррациональные идеи «философии жизни» требовали адекватной их содержанию формы выражения. В поисках такой формы деятели искусства рубежа веков обратились к символизму. Символической образностью отмечены музыка Вагнера, живопись Ван Гога и Врубеля, пьесы Метерлинка и Ибсена, стихи Бодлера и Верхарна. Большинство архитекторов, работавших в период 1890–1910-х годов, также отдало дань этому философскому течению, получившему конкретное воплощение в архитектурной практике нового стиля.

Архитектурные приемы, которые принес в Россию пришедший из Европы стиль модерн, изменили облик вновь строящихся и перестраиваемых зданий Петербурга. Уходит в прошлое характерная для эклектики композиция фасада, похожая на слоеный пирог. Со зданий исчезают обязательные сандрики, рустовка, массивные лепные детали. В модерне сооружение в целом и его элементы в отдельности получают символически образное осмысление. Объем здания трактуется как целостная, органическая форма, а его фасад являет собой законченную архитектурную композицию, где каждой детали отведено свое особое место. Большую роль в общей композиции играют эркеры, фронтоны сложных очертаний и, словно пришедшие из Средневековья, башенки, обыкновенно расположенные на углах зданий.

Если в период эклектики оконные и дверные проемы имели правильные геометрические формы и архитекторы ограничивались одним или двумя их видами, то теперь эти элементы здания стали гораздо разнообразнее. Они варьируются как по величине, так и по форме. Именно в это время появляются необычные проемы в форме замочной скважины. Все чаще большие плоскости фасадов домов штукатурят под «шубу», облицовывают керамической плиткой или используют комбинированную технику, эффектно сочетая разные материалы.

Нововведения коснулись и металлического декора зданий. Парапетные и балконные решетки, флюгеры и фонари обычно не повторяют друг друга, а решаются индивидуально, в точном соответствии со своим местоположением на фасаде. Очень часто представительное здание или богатый особняк имеют полный набор элементов металлического декора, выполненных в одной стилистической манере. Изменения, произошедшие с элементами оформления фасада, отразились и на балконах, роль которых в архитектурной композиции здания значительно возрастает. Характерным примером тому служит доходный дом архитектора Б.Я. Зонна на Лиговском проспекте, 139. Шесть этажей этого здания имеют семь балконов, причем повторяют друг друга только парные балконы шестого этажа. Балконы остальных этажей имеют разные размеры, форму и индивидуальное решение перильного ограждения. Таким образом, дом представляет собой своего рода коллекцию балконов, которые, органично сочетаясь с другими деталями здания, образуют законченную композицию, напоминающую фасад готического собора.

Дом Б.Я. Зонна построен в 1908 году и представляет собой пример зрелого модерна. А первые постройки в этом стиле появились в Петербурге в самом конце XIX века. В 1898 году архитектор Е.Н. Самарин перестраивает дом в Эртелевом переулке, 4. Оставляя почти без изменения эклектический фасад здания, он реконструирует эркер и устраивает на его верху балкон, охватывающий два окна. Сравнивая ограждения этого балкона с кованными решетками эпохи эклектики, можно увидеть те перемены, которые произошли в понимании эстетики малых декоративных форм. Прежде всего, это отход от традиционной, сложившейся еще в эпоху классицизма «рамочной» композиции балконного звена. Архитектор разрывает нижнюю тетиву