Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

завалы по тропе, что ни обойти, ни объехать. Надоест по ним тащиться – спущусь к воде, топаю по камням. Там идти вроде бы полегче, но часто попадаются подмытые и упавшие деревья, которые, как барьеры, перегораживают путь – верхушка в воде, а корень на обрыве, никак не обойти, только перелазить. Надоест перелазить – поднимусь наверх, в тайгу – может, завалы кончились? По завалам надоест тащиться – опять спускаюсь на берег, преодолеваю барьеры из деревьев.

Около восьми часов вечера дошёл до губы (залива) Бургунда. Она из себя представляет большое озеро, соединённое с Байкалом узким проливом, сразу за озером поднимаются скалы Байкальского хребта. На берегу стоит аккуратный домик с голубыми ставнями (здесь у всех домиков ставни голубые, видимо, в здешнем сельмаге краска только голубая), банька, ещё какие-то постройки. У домика два мужика, встретили меня радушно, познакомились. Они оба Василии, приехали сюда из Усть-Кута рыбачить, а хозяин дома – Бочаров Михаил Анатольевич, их друг, должен подъехать попозже. Мужики налили мне ухи из налима, дали копчёного окуня (большой, я его даже не осилил), а сами собрались и уплыли ставить сети на ночь. Попросили меня натаскать воды в баню и затопить её, что я и сделал. Они уплыли – приплыл хозяин, Михаил, познакомились. Я объяснил, как здесь оказался, уселись за стол, разговорились. Он приплыл слегка поддатенький, да с собой бутылку привёз. Мне предложил – я отказался, в походе не пью, а он добавлял потихоньку да «ездил мне по ушам» всякими историями да небылицами. Спросил, видел ли я медведя. Он плыл с той же стороны, откуда я пришёл, и видел на берегу медведя. Нет, я прошёл, его не видел, видимо, услышал меня и скрылся в чаще. Вот какой я страшный. Пока разговаривали, приплыли оба Василия, и они продолжили посиделки, а я пошёл спать – время уже позднее, я устал, не до разговоров. Выделили мне отдельное помещение – домик, где хранятся сети, я раскинул спальник прямо на сетях, было тепло и мягко, и я быстро уснул.

23.07.2014 г., среда

Утром встал в семь часов, никого нету – уплыли снимать сети. Я попил чая и потопал дальше. И сразу уткнулся в пролив шириной метров триста, который надо пересекать. Не рискнул идти сразу (не зная брода – не суйся в воду), сначала пошёл на разведку, без рюкзака. Перешёл легко, потом вернулся за рюкзаком и перешёл уже окончательно. Итого получилось за три перехода около километра по воде, и хотя неглубоко, чуть выше колен, но ноги замёрзли, вода в Байкале нетёплая. Потом ноги быстро согрелись – тропа до мыса Молокон, а это около семи километров, идёт по тайге, по глухомани. Опять завалы, тропа то и дело пропадает, потом опять возникает, короче, семь потов сошло, пока вышел на мыс. Здесь в Байкал впадает река Молокон, которую я перешёл, на удивление, легко – глубина небольшая и течение еле-еле, так что я без подготовки, как шёл, так сразу и перемахнул её. Отдохнул здесь же на песочке, повалялся, искупался и двинулся дальше, к мысу Коврижка. Его уже видно – гора действительно похожа на ковригу хлеба, горбом выпирает в море. Тропы как таковой здесь нет, иду по береговой полосе – где галька, где песок, но идти можно, берег довольно чистый. Правда, медведь какой-то некультурный – навалил кучу у самой воды, но это мне был как сигнал, чтоб не расслаблялся. Иду пою песни – настроение хорошее.

После Молокона вода в Байкале стала намного холоднее, вчера-позавчера можно было хорошо покупаться, а сейчас даже в воде не постоишь. Наверно, это ветер восточный нагнал холодную воду к берегу. Сейчас такой свежачок тянет с другого берега Байкала: идти хорошо, а сядешь отдохнуть – прохладно. Справа громоздятся утёсы Байкальского хребта, они всё ближе подступают к берегу. Кое-где на них висят клочья тумана или облаков – очень красиво, я много фотографирую.

Коврижку я «срезал» – была тропа напрямик, сэкономил несколько километров. Но прошёл немного и остановился перед неожиданным препятствием. Озеро на мысе соединяется с Байкалом протокой, и на карте обозначен «брод», а я сунулся – куда там! Глубина дошла по грудь и дальше глубинеет, вернулся назад. На другом берегу виднеется дом, постройки, целое хозяйство, два мужика возятся около лодки на берегу. Я покричал, помахал футболкой, они заметили, через какое-то время один из них завёл мотор и приплыл за мной, перевёз на другой берег. Познакомились, разговорились. Леонид Владимирович, хозяин этого подворья – эвенк, ему этот кусок земли выделен в пожизненное владение как представителю коренной народности. Живёт здесь один уже пять лет, у него есть кони, корова, бык, козы, теплицы, огород – в общем, хозяйство огромное, и всё аккуратно, всё сделано по-хозяйски. Второй мужик, Геннадий, у него в гостях, приехал помочь и порыбачить, очень разговорчивый и весёлый. Они сели обедать, пригласили меня за стол, я не стал отказываться. Ели суп, картошку, свежие огурцы (из собственной теплицы), Геннадий достал чекушку, прикладывался помаленьку и всё разговорчивей становился, а мы с хозяином отказались. Просидел я с ними часа полтора, отдохнул хорошо, и на мне всё высохло после неудачного брода. Прежде чем отправиться дальше, Леонид Владимирович записал меня в тетрадь, куда он заносит всех, кто идёт по берегу – кто, куда, откуда. Я спросил – а много ли нынче прошло? Оказалось, что я первый, а ведь уже июль кончается – мало стало пеших туристов. Он сказал, что записывает для порядка, мало ли что может случиться – пожар, например, или пропал человек – эта запись может помочь.

После обеда они пошли продолжать своё дело – из двух лодок делать катамаран, чтобы на нём возить сено, а я потопал дальше. Пошёл прямо по берегу, по галечной косе. Впереди мыс Мужинай, он острым носом далеко вдаётся в море, и по карте обозначена тропа, «срезающая» этот мыс. Дошёл, увидел эту тропу, сунулся – и вернулся назад, на берег: мыс заболоченный, с озёрами, а тропа старая, давно не хоженая, пропадёт – намучаюсь по болоту. Наученный горьким опытом, не стал соваться, пошёл по берегу обходить мыс – хоть на пару километров длиннее, зато ровно и спокойно. Вот так я прошёл мыс Мужинай. Задним умом понял, что и мыс Молокон мог бы так же пройти по берегу, не мучиться, не лезть по тайге, тропа всё время шла недалеко от Байкала, я бы даже почти не потерял в расстоянии. Теперь