Учение SayNo. Откажись от страха, оправданий и сомнений. Начни жить по-настоящему - Say No

Все улики по делу были сфальсифицированы, и Картер получил три пожизненных срока. Через 20 лет группа канадских молодых людей, прочитав книгу, которую Картер написал в тюрьме, поверила в его невиновность. Вместе с одним черным подростком они отправились в США, поселились в квартире напротив тюрьмы и начали пересматривать все материалы дела. Они нашли сфальсифицированные доказательства и добились пересмотра дела. В июле 1985 года Картер был оправдан.

Этот фильм заставил меня задуматься о двух вещах. Во-первых, почему ложные доказательства, которые обнаружили молодые канадцы, не смогли найти профессиональные адвокаты? Во-вторых, истина рано или поздно открывается, но иногда на это уходит слишком много времени.

Теперь представим такую ситуацию. Вы возвращаетесь домой после встречи с друзьями, на которой изрядно выпили. Навстречу идет человек с пустой бутылкой из-под спиртного, разбивает горлышко бутылки, затем бьет себя в лоб осколком, выбрасывает остатки бутылки на дорогу, кричит и разыгрывает сцену:

– Этот мерзавец накинулся на меня с бутылкой! Я умираю, помогите!

Через некоторое время вы и этот человек оказываетесь в полицейском участке. Вы пьяны, он трезв, а с его лба струится кровь. Свидетелей происшествия нет.

Как, по-вашему, будет рассуждать полиция? Не решат ли они, что вы напали на этого человека, и вас арестуют?

Как выйти из такой ситуации? Удастся ли вам доказать свою невиновность, если истина всегда становится известной? Поможет ли адвокат? Может быть, достаточно будет подтвердить, что вы – добропорядочный гражданин? Кто поверит вашим словам, если вы были пьяны?

Я считаю, что самый быстрый способ выйти из подобной передряги – это как можно скорее пойти на компромисс с этим мерзавцем.

Мой отец был вовлечен в дело о мошенничестве и шесть лет пытался добиться правды с помощью суда. В итоге он умер от сердечного приступа из-за пережитой несправедливости. Мне было сложно забыть тот случай: в детстве я видел судебные материалы, которые занимали более 10 000 страниц.

Это произошло, когда я учился в шестом классе начальной школы, в эпоху действия комендантского часа. Одним зимним утром, сразу после снятия комендантского часа, родители повели меня к каменной стене, окружавшей здание суда. Они дали мне что-то, попросили руками вырыть яму под стеной и закопать это. Несмотря на сонливость и холод, я, всхлипывая, копал замерзшую землю голыми руками и зарыл предмет. Позже я узнал, что это был амулет. Гадалка сказала, что, если старший сын закопает этот амулет своими руками, семья выиграет судебный процесс.

Но в тот день после обеда наш дом наполнился рыданиями. Мы проиграли дело. Я не совсем понимал, что это значит, но тоже плакал вместе с родителями. Этот опыт рано научил меня осознавать ограничения закона. Я понял, что мир населен не только добрыми и честными людьми. Именно тогда у меня выработалась привычка тщательно изучать все законы, постановления, акты и инструкции, связанные с любым делом, за которое я берусь. Эта привычка сыграла решающую роль в моем бизнесе и в том, как я стал богатым.

Например, игра на рынке недвижимости через аукционы – это ведь тоже про то, кто лучше разбирается в законах. Если раньше приходилось искать все в книгах, то сейчас доступно множество сайтов для поиска юридической информации. Выясните, чего требует закон, и станьте его другом. Это повысит вашу ценность.

Социология массовых увольнений

Когда я только начинал зарабатывать на аукционах недвижимости, кто-то дал мне такой совет: «Аукционные объекты часто связаны с чьей-то бедой. Люди пытались добиться успеха, но потерпели неудачу, и их имущество, заложенное в качестве гарантии, было выставлено на продажу. Может быть, стоит задуматься, этично ли зарабатывать деньги, используя чужие несчастья?»

В этом есть доля истины. Среди объектов на аукционах много таких, где жильцы теряют свои авансовые платежи за аренду и оказываются на улице. Если подумать об этом, может показаться, что участие в аукционах – это не по-человечески. Однако если вспомнить о кредиторах, которые выдали займы под залог, становится очевидно, что эти активы должны быть реализованы.

Вы когда-нибудь играли в этические игры? Поздно ночью в аптеку ворвался грабитель. Завязалась драка, в ходе которой фармацевт был смертельно ранен ножом, а грабителя задержали. Конечно, вы решите, что грабитель виноват. Но на следующий день в газете выходит статья: «Фармацевт изобрел лекарство от неизлечимой болезни. Грабителем оказался бедняк, чья жена умирала от этой самой болезни. Он продал все, что имел, чтобы собрать 1 миллион вон, и пошел за лекарством, но фармацевт отказался продать его меньше чем за 10 миллионов. В отчаянии мужчина решил ночью украсть лекарство, но его поймали, и в ходе борьбы он случайно убил фармацевта».

Теперь кто из них виноват? Вам трудно дать ответ? А на следующий день выходит еще одна статья. Выясняется, что фармацевт вложил все свое состояние в разработку лекарства. Из-за этого он не смог отправить своих детей в школу и даже развелся. Заболевание, от которого излечивает его лекарство, встречается только у одного человека из 10 миллионов, а цена в 10 миллионов вон была ничтожна по сравнению с его затратами и временем, потраченным на изобретение. Ему нужны были деньги хотя бы для того, чтобы отправить детей в школу. Теперь кто из них виноват? Никто не сможет однозначно назвать «плохого» в такой этической дилемме.

Такие же ситуации возникают и в экономике. Когда компания объявляет о планах массовых увольнений, профсоюзы возмущаются: как так можно?

И тут я хочу задать вопрос. Если у вас есть дом, который вы можете сдавать в аренду, то за какую цену вы его сдадите? Скорее всего, вы назовете рыночную цену, по которой сдают другие. Владелец жилья никогда не принимает во внимание личные обстоятельства арендатора при определении стоимости аренды. Так работает капиталистическая экономика.

Теперь представьте, что у вас двое детей, а доход ограничен, и вы можете позволить себе отправить в университет только одного из них. Вы попробуете сократить расходы, возможно продадите дом, чтобы получить дополнительные средства. Но если этого все равно будет недостаточно, не придется ли вам отправить в университет ребенка с наибольшими шансами на успех, а второго лишить возможности продолжить обучение?

Компании находятся в той же ситуации. Когда структура доходов становится уязвимой, им приходится сокращать постоянные издержки. Почему руководители за это не несут ответственности? Я тоже считаю это прискорбным.

В процессе накопления капитала я старался понять и осмыслить конфликтную структуру, возникающую между работодателями и работниками. Конечно, сейчас я отношусь к типичным представителям буржуазии. Французское слово «буржуа» означает «люди, живущие за стенами замка», и, несомненно, я живу в том «замке», где обитают богатые капиталисты.

Однако моя молодость пришлась на начало 1970-х годов,