Скандинавская культура смерти. Миф о Рагнарёке, воины Вальхаллы и башмаки Хель - Евгения Гулбис

После похорон Вестейна портятся отношения между Гисли и Торгримом, которого Гисли подозревает в убийстве Вестейна. Во время предзимнего пира Гисли убивает Торгрима тем же самым копьем. Ему удается вовремя скрыться с места преступления неопознанным.

Какое-то время жизнь идет своим чередом. Тордис, вдова Торгрима, выходит замуж за его брата Бёрка Толстяка (Börkr enn digri). Однажды Тордис слышит из уст Гисли вису, в которой разгадывает намек на вину Гисли в смерти Торгрима. Она рассказывает об этом Бёрку, и тот решает отомстить Гисли. Торкель, который присутствует при этом разговоре, предупреждает брата об опасности, но отказывается как-либо ему помогать. Бёрк начинает с Гисли судебную тяжбу, из-за которой Гисли приходится продать свою землю, а затем и вовсе пытается убить Гисли. Последний вместе с семьей сбегает, и его вскоре объявляют вне закона. Такой результат не удовлетворяет Бёрка, и он нанимает Эйольва Серого (Eyjólfr hinn grá) и его людей, чтобы те разыскали и убили Гисли — так в итоге и выходит. Торкель же погибает от рук юных сыновей Вестейна.

Таковы ключевые события саги. Следующее, в чем нам точно следует разобраться, — это причины мести.

Кто бы ни был убийцей Вестейна, его убийство названо в саге launvíg — «тайное убийство», от laun, «тайна, секретность, сокрытие, утаивание»[353], и víg, «убийство оружием в бою или в ходе вражды»[354]. Этот термин встречается только в «Саге о Гисли», и нам не до конца ясно, как он согласуется с двумя другими терминами из древнескандинавских законов: víg и morð[355]. Первый означает убийство, в котором убийца сознался, а второй — убийство, ответственность за которое никто на себя так и не взял. Процесс признания в совершенном убийстве был регламентирован, и для него даже существовал отдельный юридический термин: víg-lýsing (досл. «объявление об убийстве»)[356]. В «Законах Гулатинга» указано, что человек, совершивший убийство, обязан сообщить об этом жителям ближайшего к месту убийства дома, если только там не живут родственники убитого — в таком случае нужно сообщить в следующий дом, но если и там живут родичи убитого, то сообщить необходимо было в третий по удаленности от места убийства дом, уже вне зависимости от того, кто там живет[357]. В таком случае это будет víg, за которое можно потребовать и заплатить вергельд. Если же убийца утаил факт убийства, он становился morð-vargr[358] — убийцей — и объявлялся вне закона.

Именно такой приговор на тинге выносят Гисли, который убивает Торгрима спящим ночью и не признаётся в содеянном. Однако и убийство Вестейна, и убийство Торгрима, которое совершает Гисли, в саге называется launvíg[359]:

«Og því næst gekk maðurinn út. En Vésteinn vildi upp standa; í því fellur hann niður fyrir stokkinn, dauður. Auður vaknar við og kallar á Þórð hinn huglausa og biður hann taka vopnið úr undinni. Það var þá mælt að sá væri skyldur að hefna er vopni kippti úr sári; en það voru kölluð launvíg en eigi morð ef menn létu vopn eftir í beninni standa».

«И человек этот тотчас ушел, а Вестейн попытался встать и, вставая, упал у лавки мертвый. Проснулась Ауд, и зовет Торда, и просит его вынуть копье из раны. Тогда считалось, что мстить надлежит тому, кто извлечет клинок из раны, и, если убийца оставлял оружие в ране, это называлось тайное умерщвление, а не убийство».

Неясное launvíg сначала противопоставляется именно morð, но в том же эпизоде воспитанница Гисли, Гудрид, идет сообщить о случившемся Торгриму, и в саге говорится: «Hon sagði víg Vésteins eða morð» («Она рассказала про смерть Вестейна или, вернее, про его убийство»). Выходит, что в какой-то момент убийство Вестейна все-таки стало считаться morð, но в какой именно — неясно. Тем не менее оно уже само по себе вполне становилось поводом для вражды.

Помимо того что Гисли, Торкеля, Торгрима и Вестейна — четырех героев саги, которые являются главными участниками конфликта, — объединяют родственные связи (двое братьев, муж их сестры и брат жены одного из них), помогать друг другу, в том числе свидетельствовать на тинге или даже кровно мстить, их обязывают два исландских понятия: vinfengi и fóstbræðralag. Первое означает взаимную дружбу, которая предполагает приглашение на пиры и обмен дарами, поддержку в трудной ситуации, защиту друг друга. Такие взаимовыгодные дружеские отношения могли заключаться как между кровными родственниками, так и между членами семей, связанных браком[360]. В первых главах «Саги о Гисли» много говорится о взаимоотношениях Гисли, Торкеля, Торгрима и Вестейна, и их дружба обозначается именно термином vinfengi. В какой-то момент Гисли предлагает скрепить эту дружбу побратимством — fóstbræðralag. Побратимство предполагало целый ритуал, после которого принесшие клятву становились eiðbróðir — побратимами, буквально «братьями по клятве»:

«Вот идут они на самую стрелку косы и вырезают длинный пласт дерна, так, что оба края его соединяются с землей, ставят под него копье с тайными знаками такой длины, что стоя как раз можно достать рукою до того места, где наконечник крепится к древку. Им, Торгриму, Гисли, Торкелю и Вестейну, надо было, всем четверым, пройти под дерном. Потом они пускают себе кровь, так что она течет, смешиваясь, в землю, выкопанную из-под дерна, и перемешивают все это, кровь и землю. А потом опускаются все на колени и клянутся мстить друг за друга, как брат за брата, и призывают в свидетели всех богов»[361].

Обряд, впрочем, омрачается неприятным обстоятельством: Торгрим не хочет подавать руки Вестейну, что уже свидетельствует об антагонизме между ними. В этой сцене постепенно формируются две пары родичей, которые затем станут враждовать: Гисли и Вестейн против Торкеля и Торгрима.

Итак, клятва побратимства обязывает Гисли мстить за Вестейна, и в этом отношении важно, что именно Гисли вынимает копье из раны убитого шурина: «Торд так боялся мертвецов, что он не решился даже приблизиться. Тут вошел Гисли, и увидел, что произошло, и сказал Торду, что не надо ничего делать. Он сам вынул копье из раны и, никому не показав, бросил его, все окровавленное, в ларь и сел на лавку»[362]. Иными словами, Гисли таким поступком дает понять, что придерживается своей клятвы — для него вообще огромное значение имеют родовая честь и данное слово.

Например, когда Тордис обвиняет его в убийстве Торгрима, Гисли в разговоре с Торкелем отзывается о сестре так: «И, по-моему, я не заслужил