Скандинавская культура смерти. Миф о Рагнарёке, воины Вальхаллы и башмаки Хель - Евгения Гулбис

Наконец, список фольклорных мотивов, перекочевавших в сагу, был бы неполон без какого-нибудь колдуна, а еще — без проклятий и зловещих предзнаменований. В «Саге о Гисли» все они связаны, во-первых, с фигурой еще одного Торгрима (не того, что женился на сестре Гисли и Торкеля) — Торгрима Носа (Þorgrímr nef), могущественного колдуна с восточного берега Реки Ястребиной Долины. Именно он и помогает Торкелю и другому Торгриму перековать копье. Он же после смерти другого Торгрима по просьбе его брата Бёрка наворожил, «чтобы не было ниоткуда помощи убийце Торгрима, хоть бы люди и пожелали помочь ему, и чтобы не было ему в стране покоя»[372]. Выходит, Гисли с тех самых пор проклят, как и Сигурд, но точно так же непреклонен перед лицом опасности.

Более того, сам Гисли постоянно видит вещие сны, которые указывают ему на будущую гибель Вестейна, а затем и на его собственную. Возможно, он неслучайно еще и искусный скальд. В саге приводится множество вис его собственного сочинения, и многие герои саг отличаются поэтическим даром, быть может, все они немного похожи в этом на Одина: умелые воины, поэты и провидцы.

Получается, что в историях о мести и кровной вражде из саг отражалась не только древнеисландская законодательная и исполнительная практика, но и фольклорные мотивы, которые пришли прямиком из мифа. В этом отношении желание асов отомстить за гибель Бальдра, описанное во «Младшей Эдде», — элемент куда более близкий к сагам, записанным примерно в ту же эпоху, когда жил и творил Снорри Стурлусон. Сюжет о мести за убитого родича совершил большое путешествие из истории о смерти Бальдра в историю о Сигурде, а потом во многочисленные саги[373], чтобы затем круг замкнулся и в XIII веке гибель Бальдра была описана заново.

СМЕРТЬ КАК НАКАЗАНИЕ: МИФЫ О ЖЕСТОКОСТИ ДРЕВНИХ СКАНДИНАВОВ

На уже знакомом вам Стура-Хаммарском камне со шведского острова Готланд, где изображена битва Хьяднингов, представлен еще ряд сюжетов, в том числе сцена с лежащим на животе человеком, над которым другой человек с копьем в руке производит некие манипуляции. Иногда это изображение называют свидетельством существования такой практики, как «кровавый орел» (др. — исл. blóðugr ǫrn, швед. blodörn, норв. blodørn, дат. blodørn)[374].

Если вы интересуетесь художественными произведениями о Скандинавии, особенно средневековой, вы наверняка сталкивались с изображением этой жуткой ритуальной казни. Например, ее демонстрировали в сериале «Викинги», играх Assassin’s Creed: Valhalla и Hellblade и даже в «Солнцестоянии» Ари Астера (впрочем, в фильме ужасов такой процедуре самое место). В общем, образ растиражированный, а потому он прочно закрепился в ряду доказательств жестокости эпохи викингов.

Что же это за ужасный «кровавый орел»? Пожалуйста, отложите эту книгу, если вы вдруг читаете ее за обедом или в принципе очень чувствительны к описаниям кровавых подробностей. Итак, согласно разъяснениям из саг и поэзии скальдов, человеку «вырезали орла» на спине, то есть прорезали кожу и мышцы напротив каждого ребра так, чтобы затем сломать и вытащить ребра наружу. После делали разрезы в верхней части спины, доставали из груди легкие и располагали их под ребрами, так что вся эта страшная конструкция напоминала птичьи крылья. Вот как описана эта казнь в «Пряди о сыновьях Рагнара»: «Они велели вырезать орла на спине Эллы, а затем разрубить мечом вдоль хребта и вырвать внутренности так, чтобы легкие были снаружи.

Так сказал скальд Сигхват драпу Кнута:

И спину Эллы вдоль хребта

разрезать повелел

Ивар конунг,

Йорвика правитель[375].

Подобными методами иногда пользуются герои саг, которые мстят за убитого родича. В данном случае месть настигла Эллу (Хеллу), короля Нортумбрии (Ælla), который, согласно сагам, виновен в гибели легендарного (и, скорее всего, в реальности не существовавшего) викинга Рагнара Лодброка (Ragnarr Loðbrók). «Ивар конунг» — это Ивар Бескостный (Ívarr hinn Beinlausi), один из сыновей Рагнара, отличавшийся умом и коварством. В «Саге о Рагнаре Лодброке» он хитростью и обманом втерся в доверие к убийце своего отца и сплел очень тонкую интригу, чтобы Элла в итоге встретил такой ужасный конец. А Саксон Грамматик добавляет еще одну жуткую подробность: якобы сыновья Рагнара велели сыпать Элле на раны соль, чтобы он как следует помучился:

«В назначенное время встретившись с ним (в бою), они взяли Хеллу в плен, после чего в качестве наказания приказали вырезать у него на спине орла, ликуя от того, что смогли уничтожить своего злейшего врага, пометив его изображением самой жестокой из птиц. Не довольствуясь тем, что нанесли ему эту рану, они приказали насыпать на его измученную плоть соли»[376].

Нортумбрия — одно из семи королевств, существовавших на территории современной Англии с V по IX век. Помимо Нортумбрии, находившейся на севере, на границе с Шотландией, это были Мерсия в центральной части, Уэссекс на западе, Сассекс на юге, Эссекс, Восточная Англия и Кент на востоке. Набеги викингов и установление «области датского права» во многом способствовали консолидации семи королевств, и ко второй половине X века практически все они объединились под властью уэссекских королей. Для обозначения периода существования семи королевств используется термин гептархия, однако в последнее время все чаще говорят о том, что он не отражает реального положения дел, поскольку, помимо семи основных (которые тоже не были во всем равны между собой как политические единицы), в разное время существовало еще множество малых королевств.

В «Пряди о Норна-Гесте» похожим образом погибает Люнгви (Lyngvi), один из сыновей конунга Хундинга, которым Сигурд (тот самый из «Старшей Эдды») мстил за смерть своего отца Сигмунда[377]:

Потом принялись совещаться, какой смерти предать Люнгви. Регин предложил вырезать у него на спине кровавого орла. Регин принял от меня [Геста] свой меч и рассек им спину Люнгви, вырезал из нее ребра и затем вытащил легкие. Так погиб Люнгви с большим мужеством. Регин сказал тогда:

Кровавый орел

широким клинком

у недруга Сигмунда

вырезан сзади.

Редкий смельчак,

поля обагривший,

конунга родич,

что радовал врана.

Var þá um þat talat, hvern dauða Lyngvi skyldi hafa. Reginn lagði þat til ráðs, at rísta skyldi blóðörn á baki honum. Tók Reginn þá við sverði sínu af mér ok reist með því bak Lyngva, svá at hann skar rifin frá hryggnum ok dró þar út lungun. Svá dó Lyngvi með mikilli hreysti. Þá kvað