Призвание: по методике 7 радикалов. Счастье в самореализации - Виктор Викторович Пономаренко

Гипертимный радикал снабжает нас безграничной общительностью, дарит способность в любой компании сразу чувствовать себя своим.

Внешность обладателя гипертимного радикала – приоритет одежды для отдыха. Свободной, не стесняющей движений, сведенной к минимуму. Гипертимам свойственна ситуативная небрежность, невнимание к принадлежности и стоимости того, что на них надето. Они вообще мало что ценят, ибо не имеют опыта кропотливого труда.

Тревожный радикал, образно говоря, представляет собой необходимый человеку поведенческий тормоз. Тревога – это переживание надвигающейся опасности. Весьма небесполезное переживание, согласитесь.

Обладатель тревожного радикала всегда помнит (и напоминает окружающим), что в жизни много непредвиденного, вредоносного, пугающе неизвестного. Поэтому надо быть настороже. Не брать на себя лишнего. По возможности, сокращать индивидуальную ответственность. И, конечно, избегать новизны.

Внешне – это антипод истероидного радикала. Истероидность изменчива, тревожность неизменна. Всегда в одном и том же. Истероидность яркая, вызывающая. Тревожность – блеклая, тусклая, скрадывающая. Истероидность старается быть в модном тренде, тревожность – всегда вне времени и моды. «Зимой и летом – одним цветом».

Отдельные радикалы в человеке разглядеть нетрудно. Важно только знать, на что смотреть, чего искать. Существенно сложнее составить так называемый психологический профиль индивида – схематическое изображение реального характера в виде иерархической последовательности входящих в него радикалов.

Подробно методология, этапность построения психологического профиля описаны мной в упомянутых выше книгах «Практическая характерология» и «Ключевые 7 радикалов». Здесь же дам несколько относительно простых рецептов работы с выявленными радикалами.

Собственно, таких рецептов два:

1. Несмотря на то, что реальный характер представляет собой смесь радикалов, в нем всегда есть некий доминирующий – самый главный – радикал, который определяет суть поведения этого человека. Поэтому, прежде всего, нужно искать ответ на вопрос «кто он?» (точнее, «кто я?»), выявляя тот радикал, внешних поведенческих признаков которого больше всего.

2. После выявления доминирующего радикала следует задаться вопросом: «А кто он еще? Кроме…?». Многоточие здесь означает установленную доминанту. Нужно помнить, что все прочие радикалы характера подпитывают, подкрепляют доминирующий радикал своими свойствами. Что формирует, в итоге, реальное поведение индивида.

Подскажу работающий прием: чтобы выяснить собственную доминанту, нужно вспомнить три-четыре события в жизни, имевшие судьбоносное значение.

Это может быть переезд в другой город, выбор учебного заведения, смена профессиональной деятельности, знакомство с интересным человеком, иной важный поступок. Нужно лишь ответить спокойно и объективно: что двигало мной тогда? Чем я руководствовался, поступая так, а не иначе? Как и в остальном, правильным ответом будет тот, что без вранья.

Мотивация престижа, вызова окружающим или желание уклониться от трудностей характерны для истероидного радикала.

Наведение порядка в делах и отношениях, соображения выгоды – социальной, материальной – характерны для эпилептоидного радикала.

Стремление к масштабным достижениям, к занятию лидирующей позиции в будущем вожделенном проекте – это про паранойяльный радикал.

Желание не ранить, не дай Бог, близких, взять на себя решение чужой проблемы, иные нравственные побуждения характерны для эмотивного радикала.

Жажда эксперимента, новизны, отсутствие рефлексии по поводу возможных последствий сделанного (ни страха, ни совести в понимании большинства) – так проявляют себя обладатели шизоидной доминанты.

Авантюра, «движуха», вызов, брошенный рутине бытия, – это стилистика гипертимного радикала.

А тревожные натуры, напротив, вспомнят о тех возможных выгодах, которые они упустили из-за своего бездействия. Вспомнят, и не расстроятся. Зато ничего плохого с ними не произошло.

Для удобства предлагаю перекодировать названия радикалов в цифры: истероидный радикал обозначим как 1, эпилептоидный – как 2, паранойяльный – 3, эмотивный – 4, шизоидный – 5, гипертимный – 6 и тревожный – 7.

Представим, к примеру, молодого человека, оставившего родной дом и уехавшего в столицу. Он жаждет прославиться, стать популярным (1), что недостижимо, по его мнению, в родном маленьком провинциальном городке. Однако он точно знает, на каком поприще его ждет слава, ведь он много лет упорно занимается в музыкальной школе (3). Его будущее – музыка. Перед отъездом он тщательно изучил варианты дальнейшего обучения по специальности, сопоставил со своими возможностями, выбрал оптимум (2).

Уезжая, он переживал о судьбе оставляемых дома близких, плакал в подушку, и постарался устроить свой отъезд минимально травматично для членов своей семьи и друзей. А любимого попугая взял с собой (4).

Вот такой, примерно, получился его психологический профиль: 1, 3, 2, 4. Добавим сюда еще и 6, поскольку достижение популярности для этого юноши сопряжено с переездом, новизной, авантюрой погружения в незнакомую среду. Итак: 1, 3, 2, 4, 6.

Более точный профиль у нас получился бы при так называемом «попарном сравнении» радикалов. Эта процедура подробно описана в моей книге «Практическая характерология». Однако для целей профориентации можно обойтись и тем, что есть. Важно, чтобы в будущей профессии человека зазвучал, или, как я порой говорю, «был накормлен», каждый радикал его характера.

Психологический профиль человека нужно постараться выстроить, поскольку в дальнейшем он подлежит сравнению с психологическим профилем («психограммой») профессии, о чем речь впереди.

Чтобы человеку было комфортно на избранном трудовом поприще, его психологический профиль должен совпадать с психограммой профессии. Хотя бы в главных чертах. Это – основа профориентации.

Да, характер определяет многое. Но не все. При выборе профессии большое значение имеет и стиль мышления, то есть склад ума, присущий индивиду.

Я отдаю себе отчет, что в данном вопросе вторгаюсь в сферу, в которой не имею достаточного опыта работы. Мне приходилось, в целях профессионального психологического отбора кадров, исследовать стилистику мышления людей. Я понимаю, насколько она значима для адаптации к избранной профессии. Владею соответствующей методологией. И все же. Если изучение характера – мое «все», то к анализу особенностей мыслительного процесса я прибегал спорадически. Поэтому от глубоких и точных советов, простите, воздержусь.

Отмечу лишь, что принято выделять несколько видов или стилей мышления: прежде всего, наглядно-образный, наглядно-действенный и абстрактно-логический (или, иначе, словесно-логический).

Не удивлюсь, если выяснится, что любому человеку все эти стили присущи, в той или иной степени. Только развиты неодинаково у разных людей.

Методов исследования стилистики мышления сегодня немало, в том числе – компьютерных. По сути, испытуемому предлагают отвечать на вопросы и решать задачи. В зависимости от подхода к ответам и решениям, избранного конкретным человеком, определяют его склад ума.

Когда ничего этого не было, мы спрашивали у людей, решавших определенные логические задачи (силлогизмы, где ответ дается на основании сопоставления трех разных величин), как они это делали.

Например, испытуемый должен был определить, что выше – А или Б, если известно, что А намного выше В, а В – несколько ниже Б.

«Как вы пришли к