Патология влечений. Руководство по профайлингу - Леопольд Сонди

точки зрения комплементарного сосуществования и кооперации противоположных полюсов, то придем к следующим выводам. В психике человека все противоположные импульсы, стремления и представления находятся в постоянном диалектическом взаимодействии, например:

– стремление максимально расширить свое всемогущество (эгодиастола) и в то же время навязчивое стремление загнать себя в узкие рамки (эгосистола);

– стремление наполниться духовностью и освободиться от власти побудительной природы;

– желание быть одновременно и мужчиной, и женщиной, т. е. притязание на совершенство двуполого существа;

– потребность в объективации и одновременно субъективации внутренних психических процессов;

– стремление видеть все в одном конгломерате, в комплексе, и одновременно желание представлять и воспринимать это соединение как единичное событие;

– стремление к осознанию бессознательных процессов и одновременно желание навсегда сделать это сознательное бессознательным.

Эти пары противоположностей, как и все другие, которые здесь не перечислены, встречаются у людей в разнообразном, взаимодополняющем сосуществовании и взаимодействии.

Но если в психической реальности все так и происходит, мы должны предположить существование более высокой душевной инстанции, некоего центрального административного органа, роль которого заключается в примирении частей («consensus partium») и разрешении противоположностей.

Другими словами, мы должны учредить над парами противоположностей инстанцию, которая сводит их воедино и сохраняет это взаимодействие и взаимодополнение. (Это и есть «consensus partium».) Данная инстанция берет на себя поистине министерскую задачу – выявить и соединить между собой противоположности, другими словами, реализовать функцию комплементарности.

Судьбоанализ видит эту руководящую инстанцию, строителя мостов между противоположностями, в «Я» и предлагает для него следующие определения:

«Я – это Pontifex oppositorum».

«Я» – это распределитель бытийной силы, организатор и администратор комплементарного сосуществования и дополняющей кооперации противоположных полюсов сознательной и бессознательной части психики.

«Я» социализирует и сублимирует, индивидуализирует и гуманизирует все противоположности человеческой природы побуждений.

«Я» – это мост, способный соединить между собой противоположные полюса души.

«Я» является сложной и комбинированной осью колеса судьбы, в качестве спиц которого выступают пары психических противоположностей,

«Я» не является ни всемогущим Богом, ни бессильным человеком; это – связующее звено между Богом и человеком.

«Я» – это не Дух и не природа; это – мост между Духом и природой побуждений.

«Я» – эго не объект и не субъект; это – посредник между объектом и субъектом.

«Я» – это не конгломерат функций и не какая-либо единичная функция; это «рука», которая соединяет отдельные функции в единый функциональный узел.

«Я» – это не мужчина и не женщина; это заложенная в нас взаимосвязь между мужчиной и женщиной.

«Я» – это ни центр сознания, ни периферия бессознательного; это – ось, один из полюсов которой связан с сознанием, а другой – с бессознательным.

«Я» – это ни бодрствование, ни сон; это – мост между бодрствованием и сном.

«Я» – это ни посюстороннее, ни потустороннее; это – мост между посюсторонним и потусторонним.

Но возможно ли, чтобы одна инстанция была способна соединить между собой, интегрировать все возможные противоположности?

Для ответа на этот вопрос назовем предварительные условия функционирования «Понтифекс-Я»:

1) трансценденция, т. е. способность к переходу из одной реальности в другую;

2) интеграция, т. е. способность к восстановлению целостности из ее комплементарных частей;

3) партиципация, т. е. способность «снова-становиться-единым-целым», объединяться с людьми и материальными объектами, миром и Вселенной.

Следовательно, в качестве Понтифекс оппозиторум понятие «Я» должно рассматриваться как трансцендирующая, интегрирующая и партиципирующая инстанция.

Только этот путь дает «Я» возможность действовать в качестве интегрирующей инстанции.

На древний вопрос Упанишад: «Что есть твое Я» мы можем ответить языком нашего времени:

Что распределяет силу и могущество души между властными инстанциями человеческого существования? – Твое «Я», распределитель могущества.

Что несет на своих полюсах эти пары противоположностей, подобно могучему колесу с множеством спиц? – Твое «Я», «Pontifex oppositorum», строитель моста между противоположностями.

Что движет навстречу друг другу противоположные части души и побуждает их к взаимодополнению? – Твое «Я», дополнитель и созидатель целостности.

Что подталкивает людей к совершенствованию своей природы, к соединению мужчины и женщины в совершенном двуполом существе? – Твое «Я», стремящееся к полному совершенству.

Что побуждает бессознательные содержания психического становиться осознанными и снова вытесняет их в бессознательное? – Твое «Я», способное осознавать и вытеснять.

Что связывает тело с душой, бодрствование со сном, посюстороннее с потусторонним? – Твое «Я», находящееся в непрерывном движении между ними.

Человеческое и животное существование, телесное и духовное, мужское и женское, пребывание в сознательном и в бессознательном, в бодрствовании и во сне, посюстороннее и потустороннее – все это только варианты, выбранные «Я», позиции на «командном мостике» души, частичные и эпизодические модусы существования, возможности судьбы, экзистенции «Я».

Существование «Я» – это начало и конец человеческой жизни. Жизнь без «Я» равноценна пребыванию в царстве животных, растений или минералов. Отсюда и утверждение: рождение «Я» – словно рождение души. Более того, это рождение человеческой жизни вообще – в противоположность животному существованию.

Новые ориентиры в вопросах расщепления «Я»

Общее о расщеплениях в «Я».

В 1911 г. Ф. Блейлер дал эвристичное название «расщепление» феномену, который уже фигурировал в литературе под различными именами – «диссоциация», «распад сознания» (Гросс), «сеюнкция» (Вернике). Сегодня эти термины прекратили свое существование, так же как и выражение «расщепление самосознания» (Фойер-штерлинг), обозначавшее приступы психомоторных расстройств. Чистому определению понятия мы обязаны Блейлеру, который посредством переименования психоза расщепления – Dementia рrаесох (Крепелин) – в шизофрению подготовил в психиатрии твердую почву для понятия «расщепление «Я».

Блейлер различал два типа расщепления: 1) первичное, при котором расщепляется изначально прочная ассоциативная цепочка конкретных понятий; 2) вторичное, при котором аффективно нагруженный комплекс все более обособляется, стремясь к постоянно возрастающей самостоятельности в психической жизни.

Под понятием «шизофрения» ученый хотел объединить оба типа расщепления, часто сплавляющихся в единое целое. Он выделяет следующие характерные признаки шизофренического расщепления: а) отсутствие задержки; б) аутизм. Вследствие отсутствия задержки вполне могут сосуществовать несовместимые идеи (например, шизофреник может видеть в одной и той же личности как своего недруга, так и врача). Вследствие аутизма больной заменяет неприятную ему реальность на ирреальный воображаемый мир.

Но два других важнейших утверждения Блейлера на сегодняшний день почти забыты. Во-первых, то, что феномен расщепления относится не только к шизофрении; здоровая психика также может расщеплять свое «Я» как в состоянии бодрствования, так и во сне. Следовательно, шизофреническое расщепление должно рассматриваться только как чрезмерное усугубление физиологического феномена расщепления. Во-вторых, то, что физиологическое расщепление целостной структуры может привести – в зависимости от обстоятельств – к истероидному, эпилептоидному, аутическому или параноидному расщеплению. Поэтому феномен расщепления может встречаться и при других психических заболеваниях.

Итого 2154

Итого 1087

По Блейлеру, степень расщепления у шизофреника является