Минус на минус дает плюс - Хлоя Лиезе

с этой мнимой покупкой, — говорю я ей, — чем я обязана чести раннего визита в утро понедельника? Разве ты не должна до сих пор спать, учитывая то, что вы с Жан-Клодом до трёх утра стонали как панды в течке?

Джулс смущённо улыбается и слизывает с большого пальца капельку тающего шоколада.

— Прости за это. Мы давненько не виделись, потому что наши рабочие графики не совпадали. А когда я на взводе, я бываю...

— Очень громкой? Да. Да, именно так. Теперь давай перестанем обсуждать твою интимную жизнь.

— Ну, тебе недолго ещё придётся знать о моей интимной жизни. Жан-Клод и я начнём искать себе своё жильё.

Моё сердце ухает в пятки.

— Уже?

— Не беспокойся, — быстро говорит она, сжимая мою ладонь. — Мы найдём тебе соседа по комнате, прежде чем я съеду. Ты меня знаешь — какая я привередливая, да и к тому же в здешнем районе сложно найти съёмное жильё по нормальной цене, так что нам потребуется время, чтобы найти то, что понравится нам обоим.

Я делаю глубокий вдох, но это ощущается как глоток слишком горячего чая.

— Конечно. Само собой.

— Мы разберёмся со всем вместе, хорошо? — Джулс мягко улыбается.

Я хочу сказать ей, что сложно ощущать «нас» как нечто единое, когда её бойфренд — прошу прощения, жених — растаскивает нас в разные стороны. Но я наверняка просто веду себя как типичная Би, не желаю принимать перемены, особенно когда я так сильно далека от её приоритетов выскочить замуж, нарожать детей и уехать в закат.

— Ага, — я киваю и выдавливаю улыбку.

Отпустив мою ладонь, Джулс улыбается ещё шире, затем прочищает горло и говорит:

— Так что поэтому я здесь: я хочу поговорить. С самой вечеринки ты какая-то кислая. Дело в том, что случилось с Вестом?

— Джейми. И да, это ваша вина, хулиганы вы этакие. Вы подталкивали и подпихивали нас друг к другу, пока я не оказалась заперта с ним в кладовке!

«Где мы оказались пи**ец как близки к поцелую».

Это я оставляю при себе. Я не стану признаваться, что мы чуть не поцеловались, пока он не передумал и не дал дёру. Хватит с меня унижения.

— Мы этого не планировали! — говорит Джулс, всматриваясь в мои глаза. — Почему ты расстроилась? Что-то случилось?

— Я же тебе сказала, что нет!

Она поднимает руки в жесте капитуляции.

— Окей, окей! Просто ты казалась взволнованной. До сих пор кажешься.

— Потому что это был ужасный, кошмарный, бестолковый, катастрофический вечер.

Джулс шаркает ногами, царапая свои туфли от Mary Jane на высоких каблуках о широкие доски пола в магазине.

— Не думаю, что он хотел оскорбить тебя, уйдя так, будто...

— Будто он только что сбежал из клетки с бешеным животным? — подсказываю я.

— Он иногда нервничает. Жан-Клод говорил мне, что Вест очень строг к себе, и что в компании людей его одолевает тревожность.

— Добро пожаловать в клуб. За мной такого поведения не наблюдается, а я тоже страдаю от социальной тревожности.

— Да. Ты только заливаешь коктейлями одежду других людей.

Я сверлю её сердитым взглядом.

Она выгибает бровь.

— Я не пытаюсь тебя стыдить. Я просто хочу сказать. У вас было не лучшее начало. Этот вечер показал его не с лучшей стороны. И тебя тоже, определённо.

На это у меня нет ответа. Потому что она права. И это очень грубо.

— Давай перейдём к сути, — говорю я ей. — К тому, чего ты на самом деле хочешь и зачем пришла сюда.

Джулс награждает меня одним из своих долгих, проницательных взглядов близняшки, и меж её бровей формируется небольшая складка.

— Я... у меня для тебя кое-что есть.

Ооо, я люблю подарки. Но ненавижу сюрпризы.

— Что это?

Её лицо проясняется, и она протягивает руку.

— Дай свой телефон и узнаешь.

Я инстинктивно хлопаю ладонью по карману юбки.

— О нет, чёрт возьми. Когда я в последний раз дала тебе телефон, моя заставка была изменена на фото твоей единственной татуировки, и мы обе знаем, где она находится.

Джулс хлопает глазками.

— Я была пьяной, когда сделала это. Теперь я трезвая как монашка, и поверь мне, ты это захочешь.

— Объяснись, ДжуДжу.

Повернувшись, моя сестра осматривает флаконы парфюма, стоящие вдоль стенки вместе со свечами и благовониями по знакам Зодиака. Я виню Сулу в своём новом помешательстве на всём астрологическом.

— БиБи, я знаю, тебе не нравится, когда я тебе указываю, но некоторые вещи понимают только старшие и мудрые люди. И я старше тебя.

— Аж на целых двенадцать минут!

— Мудрость перворожденной не отнять, — безмятежно заявляет Джулс. — Двенадцать лет или двенадцать минут, без разницы, — пшикнув в воздух облачко парфюма, она проходит сквозь него.

— Это даже не твой знак зодиака, — бурчу я.

Она игнорирует меня и надевает колпачок обратно.

— Слушай, я просто хочу, чтобы ты была счастлива, а ты не счастлива. Ты больше не ходишь на свидания. Ты целую вечность не выходила в свет...

— Я счастлива, потому что я больше не хожу на свидания и потому что я целую вечность не выходила в свет.

Джулс вскидывает бровь.

— Да что ты?

— Да! Это правда.

Ну, частичная правда. Я счастлива, что мне не разбивают сердце. А моё сердце невозможно разбить, если я никому его не вручаю. Но я скучаю по сексу. Я просто не хочу, чтобы мои чувства влезали во всё это, потому что они ещё более чувствительны, чем моё тело. Перепихи без обязательств — идеальное решение, но найти кандидата для них не так просто, когда я не могу найти в себе силы пообщаться с кем-то вне моей группы людей, а они все имеют партнёров или ощущаются для меня как родственники.

Короче говоря, я загнана в угол: секс для меня обычно имеет место быть в отношениях; я не хочу заводить отношения, и я не стану делать то, что требуется для поиска секса вне отношений.

Изучая свои ногти с идеальным маникюром, Джулс небрежно говорит:

— Ладно, если ты счастлива, тогда когда у тебя в последний раз был секс?

Я сверлю её сердитым взглядом, потому что она знает ответ на этот вопрос. Мы близнецы. Мы рассказываем друг другу почти всё.

— Ты знаешь, что я наслаждаюсь затянувшимся периодом воздержания.

Джулс громко хрюкает и опускает руку.

— Наслаждаешься? БиБи, давай честно.

— Ладно, хорошо! — я брызгаю на стеклянную витрину самодельным чистящим спреем Сулы и сердито протираю. — Я счастлива, если не считать того факта, что у меня целую вечность не было секса.

— Верно. Что означает, что ты на самом