Причина и следствие - Пайпер Рейн

У меня нет хрустального шара, который подскажет, когда рейсы будут перенесены, но все вы будете лететь в порядке живой очереди. Это означает, что вы можете ждать несколько дней. Если вы еще не нашли жилье в этом районе, я предлагаю вам сделать это сейчас.

По всему залу разносятся стоны. Пары смотрят друг на друга, решая, какой вариант для них лучший. Может, это какой-то знак, чтобы поехать домой на машине. Дать себе немного больше времени, прежде чем придется видеться с семьей. Больше времени, чтобы подготовиться к их разочарованию. Я, черт возьми, не хочу торчать в аэропорту, слушая рождественскую музыку и питаясь дерьмовой едой несколько дней.

Я хватаю свою сумку, в последний раз смотрю на Тессу и ухожу. С ней все будет в порядке. Она определенно может сама о себе позаботиться. Я ей не нужен. Более того, она, вероятно, возненавидит меня за попытку опекать ее. Плюс, если машин ограниченное количество, мне нужно успеть взять одну.

ГЛАВА 6

ТЕССА

Ощущение, что кто-то хлопает меня по плечу, заставляет меня резко проснуться, и я смотрю в глаза сотруднику авиакомпании. Он улыбается, демонстрируя свои идеально белые зубы.

— Доброе утро. Я просто хотел, чтобы вы знали, что все рейсы отменены, так что вам, вероятно, стоит решить, что вы будете делать.

Я сбрасываю с себя одеяло и ставлю ноги на пол, оглядываясь вокруг — терминал совершенно пуст. А за окнами чистейшая белизна от снега, гонимого воющим ветром.

— Отменены?

Он кивает, предлагая свое самое сочувствующее выражение лица, которое, я уверена, ему приходилось использовать много раз сегодня.

— Боюсь, что да. Прошел сильный шторм. Ураганный ветер. Никто не предсказывал, что будет так плохо. Я полагаю, аэропорт будет закрыт по крайней мере на сегодня. Когда все снова откроется, вы будете в списке ожидания, так что если останетесь, вы играете в лотерею. Вы можете заселиться в отель и позвонить в авиакомпанию, но, насколько я слышал, вас будут долго держать на линии, и они все равно не смогут перебронировать рейсы до открытия аэропорта.

— О. — паника начинает охватывать меня, но я подавляю ее.

— Так что же мне делать? — я снова оглядываюсь. — Куда все делись?

— Некоторые уехали в отели, но многие направились к стойкам проката машин, решив, что доберутся быстрее, если поедут на машине. Мне не нужно говорить вам, какий тут начнется ад, когда аэропорт откроется. — он морщится и откидывает голову назад. — Помолитесь за меня, а?

Я улыбаюсь, но потом понимаю: если никого нет здесь наверху, значит, все внизу.

— Спасибо. — я собираю все свои вещи и протягиваю ему одеяло и подушку, но он отмахивается.

— Это ваше.

— Спасибо. — я апихиваю их в свою ручную кладь и качу чемодан по терминалу. — Ухххх, — стону я про себя.

Пока я еду вниз на эскалаторе к зоне выдачи багажа и проката машин, я вижу, что внизу царит еще больший хаос. Люди мечутся, спорят о своих сумках и о том, когда они их получат. Странно, что у стоек проката машин нет очередей. Так что я решаю сначала взять машину, а потом свой багаж.

Но у меня в животе сосет, когда я прохожу мимо контор по прокату. На всех висят самодельные таблички, сообщающие, что машин нет.

Паника снова просыпается во мне, мое сердце колотится, а живот крутит, как в салатнице. Что, если я не смогу взять машину? К счастью, Эндрю заплатил за мой билет, но я не планировала тратить много денег на эту поездку. Я закрыла свой бизнес-проект мечты всего две недели назад, вложив в него каждый свой пенни. У меня есть небольшое наследство от двоюродного деда, но его ненадолго хватит.

Я бросаюсь к стойке, за которой все еще остается один сотрудник, помогающий клиенту. Я жду, наблюдая за хаотичной сценой, пока не смотрю вперед дольше секунды и не понимаю, что парень передо мной — Джо-солдат. Я не узнала его со спины без формы.

Сотрудница проката печатает, она наклоняется мимо него и смотрит прямо на меня.

— Мэм, простите, но это моя последняя машина. Хотела предупредить вас, чтобы вы могли обратиться к другим стойкам.

Я поворачиваюсь и смотрю на длинный ряд пустых контор проката.

— Вы последняя, кто еще работает.

Она следует за моим взглядом и поджимает губы, бросая на меня свой самый сочувственный взгляд.

— Мне жаль. Но это моя последняя.

Джо-солдат решает обернуться как раз в тот момент, когда слезы наворачиваются мне на глаза.

— Эй, Спящая красавица. Не снилось, что тараканы заползают тебе в рот?

Слезы мгновенно исчезают из моих глаз, словно их и не было.

— Нет, потому что он сейчас ползет по твоей ноге.

Даже женщина за стойкой приподнимается на цыпочки и смотрит, как наш бесстрашный солдат подпрыгивает и трясет джинсы. Я хихикаю, и я замечаю, как женщина пытается подавить смех, уткнувшись головой в компьютер.

— Мне нужны только ваши права и кредитная карта, — говорит она ему.

Он достает удостоверение и кредитку и кладет их на стойку.

— А если я заплачу вдвойне? — спрашиваю я, удивляясь сама себе, подходя к стойке рядом с ним. Как этот мужчина может так хорошо пахнуть после ночи, проведенной в аэропорту?

— О, нет. Я не могу этого сделать, — говорит она.

Он поворачивается ко мне.

— Теперь ты можешь отойти.

— О, боже, — говорит она, глядя на его права, его кредитная карта осталась на стойке.

Внутри меня вспыхивает надежда.

— В чем проблема? — спрашивает он, явно не видя ее. Словно она говорит «о, боже», потому что фотография на его водительских правах настолько потрясающая, что она не может оторвать от нее взгляд. Да, конечно.

Ее взгляд поднимается с прав на него, и ясно, что она угодник, потому что она борется сама с собой, чтобы сказать ему.

— Они просрочены. — она прикусывает губу, словно на это ушли все ее силы воли.

— Нет, это не так.

Она протягивает права, он берет их, внимательно изучает. Когда его плечи бессильно опускаются, тот крошечный огонек надежды внутри меня вспыхивает ярким пламенем.

— У меня есть права! — я поднимаю руку и открываю сумочку, чтобы достать их.

— Должно быть, они истекли, пока я был за границей. А как насчет моих военных прав? Правительство США доверяет мне управление Хамви. Они стоят чертовски дорого, уж поверьте, я могу управлять вашей машиной.

— Я не могу выдать машину без действительных водительских прав, — с сожалением говорит она.

Я продолжаю копаться в сумочке, гадая, куда я