Искушение Снежной Королевы - Татьяна Михаль

И очень крепкого, возможно, даже с чем-то покрепче, какао.

— Ладно, — вздохнула Инесса, поглаживая самую безобидную дымящуюся сферу. — По крайней мере, скучно не будет.

— Будет, — мрачно парировал Умник. — Будет очень страшно. И, я подозреваю, очень жарко. Готовь свои охлаждающие амулеты, фея. Начинается великая битва за холодное, но такое желанное сердце королевы. А я пойду, прилягу и подумаю. А то у меня от этих страстей шерсть дыбом встала. А ведь только утро!

Глава 6

СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА СНЕЖАНА

Дни до приезда женихов пролетели в лихорадочной подготовке.

Я провела генеральную репетицию с Бураном Буранычем: «Никаких улыбок от наших! Только лёд в голосе и величие во взгляде!»

Я отрепетировала позу на троне, такая, чтобы казаться одновременно недоступной и заинтересованной.

Провал.

Я выглядела так, будто у меня сильно болела спина.

И вот настал час Икс.

Вернее, день Икс.

Вернее, целая вечность Икс.

В тронный зал хлынули женихи.

Это было похоже на нашествие пёстро одетых, громко говорящих и странно пахнущих инопланетян.

Воздух, всё ещё пропитанный ароматом ледяных роз, теперь был коктейлем из дорогих духов, конского пота, жжёной магии и… чего-то тухлого.

Я сидела на своём увеличенном троне, стараясь не морщиться.

Рядом, у моих ног, расположился Умник, принявший вид эталонного безразличия.

— Напоминаю, величество, — пробурчал он, не открывая глаз. — Ты можешь заморозить любого, кто начнёт тебе надоедать. Это твоё королевское право.

Первым шёл принц с Огненных Земель, хотя я ему послала отказ.

Вот же наглец.

Он был в плаще из живой лавы, который шипел и потрескивал, капая на мой идеальный пол, и оставлял маленькие дырочки во льду.

— О, Владычица Холода! — возгласил он, и от его голоса потекли стены. — Я принёс тебе пламя своего сердца!

— Он же тебе весь тронный зал испортит, — беззвучно прошептал Умник. — Жаль, что мы страховку от пожара не оформили.

— Очень… темпераментно, — сказала я. — Но нам не по пути. Следующий!

Следующим был король с гиблых болот.

От него действительно пахло альпийским лугом… если на этом лугу только что взорвался завод химических удобрений.

Он запустил в воздух иллюзию наших будущих шестерых наследников, и все они были зелёными и склизкими.

— Мне кажется, или у твоих наследников жабры? — поинтересовался Умник. — Интересно, они в воде будут жить?

Потом был бард.

Он закатил глаза и завёл песнь «О, заморозь меня в объятьях своих…»

Умник издал звук, похожий на то, как кошку рвёт шерстью.

— Если он не замолчит через десять секунд, я сам его заморожу, — пообещал он. — Использую твою левую туфельку.

Я делала вид, что слушаю, кивала и чувствовала, как моя душа медленно умирает от скуки и пафоса.

Они все были похожи на яркие обёртки от совершенно несъедобных конфет.

И тут я заметил в толпе нечто иное.

Группа мужчин в практичной, неброской одежде скромно стояла у колонны.

Среди них был молодой мужчина с взъерошенными волосами и упрямым подбородком.

Он не выпендривался, а с интересом разглядывал ледяные розы на потолке, словно пытался понять их ботаническую природу.

Рядом с ним стояли какие-то ящики с мерцающими стеклянными панелями.

— Кто это? — тихо спросила я у Бурана Бураныча.

— Учёные-ботаники, Ваше Снежество. Специалисты по экстремальной флоре. Прибыли изучать… э-э-э… ваши ледяные розы. И попытаться что-то вырастить.

В этот момент молодой человек, почувствовав мой взгляд, поднял голову.

Его глаза встретились с моими.

Они были не восторженными, не подобострастными, а… заинтересованными.

Как у исследователя, нашедшего новый вид.

— Ага, — фыркнул Умник. — Смотри-ка, скромняга. И ящики с собой принёс. Наверное, инструменты для вскрытия. Будет тебя препарировать, чтобы понять феномен «вечной мерзлоты с розами».

Молодой человек, не смутившись, сделал несколько шагов вперёд и поклонился, но без раболепия.

— Кай, — представился он. — Ботаник. Мы получили разрешение на исследования от вашего первого министра. У вас уникальная экосистема, ваше величество.

Он указал на свои ящики.

— Я привёз образцы. Попробую вырастить здесь морозостойкие культуры. Если, конечно, не возражаете.

Он говорил просто. Он говорил о растениях. О деле.

— Морозостойкие культуры? — переспросила я, и мой голос прозвучал хрипло от долгого молчания.

— Ну да, — он улыбнулся уголком рта.

Умник медленно открыл один глаз.

— О, — сказал он. — Хоть кто-то не умничает.

Принц огня, стоявший рядом, фыркнул:

— Что может вырасти в этом ледяном царстве? Только тоска!

Кай повернулся к нему, и в его глазах вспыхнул азарт.

— О, вы ошибаетесь! Жизнь гораздо упрямее, чем, кажется. Она найдёт способ быть даже здесь. При должном уходе и уважении к местным условиям.

Он снова посмотрел на меня.

И в этот момент шумный, пафосный зал словно исчез.

Остались только его спокойные глаза и странная надежда, что среди этой толпы самовлюблённых королей, принцев, чародеев нашёлся кто-то, кто говорит не о том, что хочет взять, а о том, что может создать.

— Ваше Снежное Величество! — снова напомнил о себе бард, настраивая лютню. — А сейчас я спою «Балладу о ваших ледяных ресницах»!

— Замолчи, — ледяным тоном сказала я, не отрывая взгляда от Кая.

В зале воцарилась шокированная тишина.

Умник тихо рассмеялся, точнее, фыркнул.

— Ну вот, — пробормотал он. — Ты нашла себе садовника. Теперь жди, что в тронном зале картошка взойдёт. Но, честно говоря, после этих поющих и палящих даже вариант с картошкой выглядит интересно.

Следующие несколько дней мой тронный зал напоминал то ли аукцион, то ли сумасшедший дом с элементами конкурса красоты.

Женихи шли нескончаемым потоком, и каждый был хуже предыдущего.

Явился король-ростовщик и сразу начал оценивать стоимость моих сосулек и ледяных роз.

— Ваше Великое Снежество, я вижу большой потенциал для монетизации! Мы можем продавать бутилированный воздух вашего королевства как «Эликсир чистоты»! А ваш образ — это же бренд! «Морозная невинность»!»

— Он тебя в рекламу мыла хочет записать, — прокомментировал Умник. — Или на конфеты «Холодок». Отказать.

Потом был принц-нарцисс, который привёз с собой три зеркала в полный рост и постоянно в них поглядывал.

— Ох, простите, я просто проверяю, не растаял ли от вашей красоты? Ах, нет, всё в порядке, я всё так же ослепителен…

— Если он ещё раз скажет «ослепителен», я его ослеплю по-настоящему, — пообещала я Умнику сквозь зубы.

— Не стоит, — возразил барс. — Лучше сразу такого прибить.

Был и воин-завоеватель, который, вместо признания в любви, разложил передо мной карту и начал показывать, какие земли мы можем захватить вместе.

— Ваш холод парализует всех врагов, а моя армия их добьёт! Мы будем непобедимы! Навечно!

— Романтика, — хмыкнул