Опальная жена для кронпринца. Право на любовь - Мария Вельская

Но в этот момент кинжал Осы изогнулся немыслимым образом, удлиннился, и… Я поняла, что сейчас он устремится вперёд. Прямо к сердцу принца.

Разум был кристально чист. Я сжала в ладонях оба кинжала, расслабила руки.

— Сумрак сохрани и дай силу моему оружию.

Я приподнялась. Последний раз взвесила оружие в руках. И быстрым плавным движением отправила кинжалы в полёт. Хищные черные птицы вспыхнули жаждой убийства.

В эту же секунду металл чужого клинка раскалился и задрожал. Рука Осы дрогнула. Всего на долю мгновения. Но этого хватило, чтобы мои клинки нашли свою цель. Оба.

Смерть была мгновенной. Женщина с тёмными смоляными волосами ещё тянулась вперёд, желая уничтожить свою жертву. Она не поняла, что мертва. Не успела осознать.

Мысли были холодными, тяжёлыми.

Я видела, как жутко закричав, упал красавчик. Как принц отклонился танцующим движением, чтобы не попасть под росчерк клинка Осы. Она всё-таки успела его выпустить.

Тело убийцы упало на землю. Остекленевшие глаза смотрели на потолок.

На лице кронпринца виднелась царапина. Он медленно окинул взглядом последнюю из убийц. Остановился на трепещущем в её теле клинке.

Поднял взгляд на меня.

В его глазах горело не пламя — пожар. Он тёк по пылающим крыльям, освещал боевой узор, тающий на кончиках его пальцах, высокие скулы, сжатые губы, сильные плечи.

Я смотрела на него и думала об одном. Ради того, чтобы этот мужчина выжил, я бы убила снова. Сожалений не было. Глупо было отрицать — я была рада уничтожить тварь, которая хотела убить Кэса, сама. Я не пустышка. Не бесполезная кукла. Не принцесса игрушечного королевства.

Что-то надломилось с хрустом в душе, подёрнулось тонким льдом и стало… правильным.

Не отводя взгляда от Шаннера Мъярга, я шагнула вперёд. А он мне навстречу.

Шаг я. Шаг он. Шаг я. Шаг он. Метроном сердца тихо отсчитывал мгновения. Тик-так. Тик-так.

В комнате сгустился туман. Или это в воздухе висела взвесь после схватки? Дневной свет почти исчез, и только пламя, обнимающее фигуру принца, освещало путь.

Мы поравнялись. В полном молчании кронпринц поднял руку. Его пальцы остановились напротив моей щеки. Он не касался меня, нет. Но ощущение пугающей ласки не проходило. Пальцы танцующим движением коснулись воздуха над щекой, пробежались по скуле, скользнули ниже, очертили овал губ, линию носа и бровей. Казалось, он запоминал моё лицо. Рисовал. Впитывал. В горле медленно зарождался стон.

Шаннер запрокинул голову. Кроме длинной царапины на щеке он успел обзавестись раной на шее и множество мелких порезов. Казалось, принц их не замечал. Медленно взмахнули крылья. Мир закружился.

Мужчина прищурился. На его лице мелькнуло непонятное выражение — и тут же исчезло.

Раздался протяжный лязгающий звук — и принц резко шагнул назад, разрывая невидимую связь.

Я потянулась за ним — и вздрогнула. Что я творю⁈

Сердце выскакивало из горла.

— Не стоило рисковать собой. Это было слишком опасно. Но благодарю, моя принцесса, — отрывистый низкий голос принца прозвучал почти мягко, — я восхищён. И не забуду.

Слова отозвались щекоткой в горле. Хотелось расхохотаться и расплакаться одновременно, но я не могла себе этого позволить.

— Я не могла знать, что вы успеете увернуться. Защищать вас — честь, мой господин, — в моём голосе против воли промелькнула ирония.

Лучше так, чем задумываться о происходящем всерьёз.

— Истинно так, — в глазах Шаннера Мъярга промелькнули ответные огоньки.

Смех над самым страшным — иногда то единственное, что удерживает тебя на краю.

Он понял. Он меня понял. Как никто и никогда не понимал. Не стал лезть с бессмысленными утешениями, не стал вообще ничего больше говорить. Только едва заметно склонил голову. Колкая магия кронпринца едва заметно скользнула по моим плечам — как будто обнимая.

Почему-то стало легче.

Я отвернулась и бросилась к Кэсу. Сейчас брат был для меня важнее всего на свете.

Я не видела, как мужчина за моей спиной наклонился, почти без усилий выдергивая мои кинжалы из тела убийцы. Повертел их в пальцах, а потом поднес лезвие к носу, как будто к чему-то принюхиваясь. На его лице застыло странное выражение недовольства и восторга.

Я склонилась над Кэсом. Если бы не те несколько оставшихся ран, казалось бы, что он спит. Да и то… Я осторожно стащила с брата обрывки рубашки. Сердце ёкнуло. Так и есть. Большая часть ранений уже исчезла без следа. Так работает божественное чудо? Иначе эту странную магию объяснить не удавалось. Мысли путались.

Он жив. С ним всё в порядке. Он просто спит.

За спиной послышались шаги. Кронпринц вышел на улицу. Я не стала прислушиваться. Тихое пение дара в крови говорило, что Маэни с горгулом расправились со своими противниками.

Я склонилась над братом, медленно коснулась его лица, провела пальцем между бровей, погладила короткие волосы, в которых отчётливо виднелись седые пряди.

Сегодня смерть обошла стороной только чудом. И имя этому чуду…

Я решительно поднялась с колен, отряхнула безнадежно испорченные штаны и обернулась к вошедшим в разрушенный зал людям.

— Нам нужно поговорить, Ваше Высочество. Срочно, пока мы не вернулись во дворец, — произнесла, спокойно поднимая взгляд на принца.

Лучшего случая может и не представиться. Пора найти этот загадочный храм и отблагодарить моего спасителя. Да и… — я запнулась на этой мысли.

Стоило рассказать, что именно я нашла в вещах своего мужа.

— Если вы так желаете, — раздался низкий глубокий голос, — прошу, — едва заметный жест рукой в стороны грубых камней.

— Доргат перенесёт раненного. Я посторожу, — коротко отозвалась Маэни.

Я обернулась на принца и едва заметно кивнула.

Нам действительно стоило поговорить сейчас. Другого момента может ещё долго не предоставиться.

Глава 3

Тайны Тристана

Магэйр медленно остановился возле дворцовой стены. Мне казалось, что с того момента, как мы уехали отсюда, прошло не несколько часов, а несколько месяцев.

Мысли о том, что сейчас нужно будет переодеваться в платье, общаться с фрейлинами, мило щебетать и строить из себя недалёкий оранжерейный цветочек вызывала тошноту.

Радовало одно — план под названием «Принцесса больна» будет приведён в действие уже через неделю-полторы. Шаннер его одобрил и даже объяснил, в какую из загородных императорских резиденций будет удобнее организовать мне ссылку.

Я бросила быстрый взгляд на кронпринца. Он сидел, положив ладони на круглую пластину «ру-ля» и молчал.

С тех пор, как Кэса унесли, и мы остались в кабине магэйра одни, никто не произнес ни слова. Молчание не было тяжёлым, но в воздухе висело странное ощущение недоговорённости.

— Мы