Не ложися на краю - Галина Нифонтова

После еды все работники развалились на мягкой траве. Какое-то время они отдыхали, прячась от палящего солнца под густыми кронами деревьев.

«Вот за какие грехи я сюда попала, а? Нет бы меня занесло в тело какой-нибудь боярыни или королевы…» — мечтала Анастасия, осматривая простых работяг.

Она легла на спину, подложила руки под голову и, жуя травинку, любовалась пышными белыми облаками, неспешно проплывающими на чисто-голубом небе.

«Прям полное единение с природой. Красота… Не то что наш шумный, загазованный каменно-стеклянный город Москва, где постоянно кто-то куда-то спешит. А тут тяпай себе „на здоровье“ не спеша… дотемна… Птички поют, ветерок свежий, без выхлопов. Ну подумаешь, там кондиционеры и доставка еды… Зато здесь продукты натуральные, а некоторые ещё в лесу, их поймать надо…» — Настя с сарказмом пыталась себя приободрить, но получалось у неё не очень.

После отдыха все продолжили работу в поле. Трудиться во второй половине дня девушке оказалось труднее, чем до обеда, когда были силы после сна и спасала утренняя прохлада.

«Странно… Ведь тело Беляны приучено к жизни в таких тяжёлых условиях. Но почему же тогда мне так тяжко? Видимо, не последнюю роль тут играет сила духа и моральный настрой», — рассуждала она, продолжая спасать урожай от сорняков и стараясь не обращать внимания на новые мозоли, появившиеся на ладонях.

К её удивлению, женщины в поле периодически запевали песни, которые поднимали настроение и помогали работать дальше. Настя пыталась немного подпевать и улыбалась, замечая великую силу духа этого народа, который восхваляет своих богов и просит щедрости от матушки-природы.

Рабочий день кончился с наступлением сумерек и завыванием со стороны ближайшего леса.

— Что это? — испугалась Анастасия. — Волки, что ли?

— Замолчи, Беляна! — оборвала её речь ближайшая к ней женщина.

— Работы на сегодня окончены! — крикнул мужчина с короткой русой бородой. — Быстро возвращаемся в поселение! — обеспокоенно осмотрелся вокруг и положил руку на костяную рукоять ножа, закреплённого на поясе.

— А хотя что я удивляюсь… Вокруг почти одни леса, — буркнула под нос Настя, подняла мотыгу и со всеми поспешила в сторону поселения.

Когда все покинули поле с репой и шли по тропинке между редких деревьев и зарослей высокой травы, Анастасия неожиданно остановилась и замерла. Из зарослей высоких кустов на неё смотрели два хищных ярко-жёлтых глаза. Серая волчья морда, которую девушка видела во сне, будто появилась перед ней из ниоткуда.

— А… Там…

— Беляна, ты чего? Пойдём скорее, ещё омыться надобно от пыли, пока совсем не стемнело.

Девушка посмотрела на Голубу, которая за руку потянула её вперед.

— Там в… во… — Настя повернулась обратно, но в зарослях уже никого не было.

Когда все вернулись в поселение, жители взяли чистые одежды и пошли к реке. Мужчины мылись отдельно от женщин. Анастасия после изнурительного жаркого рабочего дня в поле была рада окунуться в прохладную воду, смывая с себя грязь и усталость во всём теле. Чуть позже вернулись охотники. Жители сидели у костров, сушились, ужинали и готовились ко сну. Когда на улице окончательно стемнело, все находились в своих протопленных жилищах, с закрытыми на засов дверями.

В эту ночь Анастасия была готова уснуть хоть стоя, настолько девушка устала, что не было сил даже мысленно возмущаться жёсткостью спального места. А вот братец Изяслав, который был на охоте, ворочался и всё никак не мог уснуть. Девушка удивлялась, как такой ребенок, да и все дети с малых лет приучены работать чуть ли не наравне со взрослыми. Насте стало жалко малыша, который кряхтел и вздыхал, постоянно переворачиваясь на шкурах. Она подошла к нему и присела на край лавки, укрыла голые ножки меховой шкурой и погладила по светлым мягким волосам. Мальчик улыбнулся и прикрыл глаза, сжимая в руке вырезанную батюшкой деревянную фигурку лошади. Ночная тишина нарушалась лишь тихим потрескиванием догорающих поленьев в печи. Девушка баюкала Изяслава, думая о том, что ему не повезло родиться в таком суровом мире и у него не будет беззаботного весёлого детства с горой игрушек, аттракционами, разнообразными сладостями и другими радостями современной жизни.

Настя вспомнила единственную колыбельную, которую слышала от своей пожилой нянечки, и решила её спеть Изяславу.

— Баю-баюшки-баю! Не ло-жи-ся на краю. При-дёт се-рень-кий вол-чок и уку-сит за боч…

— А-а-а! Матушка-а-а! — неожиданно завопил ребёнок, прячась под шкурой.

— Что ты! Что ты болтаешь, дерёха! — крикнула Голуба на Беляну, подскочила, подбежала к ним и стала успокаивать сына.

— Да что такое? Что я сделала? — растерялась девушка. — Песенкой колыбельной, что ли, испугала? Ну извините… Не думала, что вы такие впечатлительные…

— Нельзя его упоминать!

— Кого его-то? Волка, что ли?

— Угомонись, Беляна! Беду накличешь! — поругался Добран со своего спального места. — Совсем без ума осталась, как с Нави вернулась! Да простят меня боги…

— Говорю же, я ничего не помню! — попыталась выкрутиться Настя, не понимая вообще, что у них здесь происходит. — Давайте вы мне сразу перечислите всё, о чем нельзя говорить и что делать, а? — высказала с сарказмом.

Успокоившийся Изяслав, Добран и Голуба посмотрели на неё, как на лишённую ума душу. Матушка ушла обратно на свою лежанку. Все заново пытались уснуть.

«Ну что ж… Я хотя бы попыталась найти выход, чтобы меньше чудить в будущем. Но, кажется, получилось ещё хуже…» — подумала Анастасия и молча ушла спать на свою лежанку, пока опять что-нибудь не натворила.

Прошло несколько дней. Настя пыталась привыкнуть к суровым условиям обитания, в которых оказалась непонятным образом.

— Ну-кась, Беляна, Изяслав, пойдёмте в лес! В жилище ни дров, ни лучины! — проворчал Добран и пригладил мозолистой ладонью бороду.

— А зачем? У нас же дров полно! — Анастасия показала рукой на заготовки, сложенные недалеко от полуземлянки.

— Ты что, первый год живёшь? Зима долгая, а огонь всё перемелет, ты и обернуться не успеешь! Нужно как можно больше дров и хвороста!

Мужчина взял топор, а мальчик несколько плетёных шнуров. Пока матушка занималась штопанием прохудившейся одежды, ловко орудуя тонкой острой косточкой, остальные трое отправились в лес.

Настя удивлялась красоте дикой нетронутой природы. Вместо консервных банок и сигаретных бычков девушка заметила большое разнообразие трав и необычных цветов. Некоторые из них она видела только в Красной книге, как исчезающие виды растений. Смешанный лес удивлял разнообразием деревьев, на которых то тут, то там шмыгали белки и с ветки на ветку перелетали небольшие птицы. По наказу Добрана все собирали сухие упавшие ветки, складывали их вместе, перевязывали шнурком и шли дальше со связкой на спине.

— О! Погодите-ка, — мужчина остановился и