Не ложися на краю - Галина Нифонтова

— Куда? Что там происходит? Откуда шум?

— Так на капище же пошли. Богов задабривать, да просить у них защиты от напасти и от злых духов.

У Анастасии было плохое предчувствие, но любопытство пересилило страх перед неизвестностью.

— Я всё же пойду посмотрю, — девушка обула тонкие кожаные ботиночки и тихонько пошла в сторону выхода.

— Ну, как знаешь. А я — спать. Всё равно скажут, что я ещё мал и внутрь капища не пустят, — мальчик отвернулся к бревенчатой стене и вскоре мирно засопел.

Анастасия взяла длинную накидку в виде платка, прикрыла плечи и вышла в прохладную предрассветную темноту.

На улице, в центре поселения стояли люди с горящими факелами в руках и что-то бормотали, периодически напевая монотонную песню. Настя заметила их странное поведение, поэтому не стала подходить близко, а держалась недалеко от них в тени. Толпа людей собралась в живой движущийся круг, словно один организм, после чего вышла из поселения и двинулась в сторону капища. Солнце вот-вот покажется из-за горизонта. Стараясь быть незамеченной, девушка покрыла накидкой голову, которая белым пятном маячила между зарослей ежевики, и шла следом за жителями.

Когда все, во главе с волхвом, подошли к капищу, то поклонились до земли возле первого каменного круга-ограждения. Перешли по колотым брёвнам небольшой ров и растянулись цепочкой возле внутреннего круга из мелких камней. В центр капища вышел волхв Несмеян с тремя помощниками. Перед самым высоким идолом зажгли костёр. Несмеян поднял руки вверх, держа в кистях связки с костяными фигурками и клыками. Он громко произнёс речь во славу богам и с рычанием, под звуки кожаных барабанов стал исполнять ритуальный танец вокруг высоких деревянных идолов. Настя разобрала в тянущейся речи Несмеяна несколько имён старославянских богов, о которых слышала из сказок — Род, Хорс, Перун, Макошь, Велес. Часть других слов девушка разобрать не смогла.

— Боги, духи и ушедшие предки, примите требы наши!

Каждый из присутствующих подошёл к плоскому камню и положил подношение, которое держал в руках — миски с молоком или мёдом, лепёшки, ягоды, вырезанные из дерева фигурки или кожаные плетёные браслеты. Все жители остались в центральном круге под высокими идолами. Анастасия стояла позади за спинами молящихся древним богам людей и чувствовала всем телом насквозь пронизывающий холодок. Присутствующие, все до одного, стали мычать, словно молча напевая песню и входя в некий транс. Толпа молящихся медленно раскачивалась из стороны в сторону, периодически приподнимая руки к небу.

Настя заметила, как волхв вытащил из корзины курицу и на жертвенном камне отрубил ей голову. Кровавыми пальцами он провёл по своему лицу и оставил след ладони на одном из идолов. Настю от этого зрелища чуть не вырвало. Она понимала, что стала свидетелем чего-то дикого, древнего, необъяснимого и пугающего. В душе девушка порадовалась тому, что в будущем не будет никаких кровавых ритуалов. На смену всему этому придёт спокойная, здравомыслящая религия. Анастасия по привычке, когда страшно, потянулась к груди, чтобы сжать в руке серебряный крестик, но нащупала лишь ворот рубахи и серенькую ниточку бус с деревянными шариками и фигурками. Настя хотела незаметно покинуть капище и больше не присутствовать на этом безумии, но как только она сделала несколько шагов назад, услышала тоненькое блеяние животного и следующую речь волхва:

— Великие боги, примите нашу вторую жертву, даруйте нам вашу защиту от хвори и любой напасти!

Анастасия вновь посмотрела в центр капища. К жертвенному камню подвели чисто-белого ягнёнка с чёрным квадратным пятном на лбу.

«Боже, это же Чип!» — девушка прикрыла рот ладонью и отрицательно покачала головой.

Несмеян подошёл к нему с жертвенным оружием в руке, погладил животное по голове и приставил остриё ножа к горлу ягнёнка.

— Не-е-ет! — тут же выкрикнула Настя, скидывая накидку с головы.

— Беляна? — удивились родители, ведь они оставили её в жилище.

Волхв замер.

— Что вы делаете? Дикие люди! Не смейте его убивать!

Анастасия подбежала, схватила на руки маленького ягнёнка и прижала к груди.

— Как ты посмела нарушать ритуал жертвоприношения! — возмущённо крикнул Несмеян.

— Нельзя просто так никого убивать! Даже животное! Человек вынужден это делать только для защиты или пропитания! Но богам не нужны жертвенные души! Они хотят, чтобы вы никого не убивали и жили в мире и согласии! Вы это когда-нибудь поймёте… Обязательно поймёте… — на глазах у девушки появились слёзы.

Все смотрели на неё, как на умалишённую. А Мирослав, Добран и Голуба — с жалостью.

— Верни ягнёнка! — злился волхв.

— Нет! — прижимая к себе малыша, Настя стала отступать назад.

— Беляна… — к девушке подошёл староста поселения и попытался её успокоить.

— Мирослав, не трогай меня! Я убегу! Убегу отсюда! Не могу здесь быть! Что вы творите, вы просто не ведаете… — по щекам девушки потекли слезы.

— И куда же ты собралась? Ты ведь не охотник, заблудишься и никого вокруг не найдёшь. Ближайшее поселение в пяти днях пути. Да и наткнуться можно на кочевников или лесных разбойников.

— Угомонись и образумься, дитя! Боги требуют жертвы! — обратилась к дочери Голуба.

— Нет! Это неправда! Так нельзя! Вы — дикари!

Настю напугало то, что она увидела. Девушка не хотела мириться с происходящим и не могла больше оставаться на капище. Качая головой и вытирая слёзы, девушка с Чипом на руках, который стал для неё настоящим домашним питомцем, изо всех сил помчалась в обратную сторону от поселения — в ближайший лес, который углом был направлен в сторону капища.

— Нет, Беляна, стой! — окликнул Добран, но дочь не обернулась.

— Нельзя в волчий угол! Дитя, вернись! — схватилась за волосы Голуба.

— Не ходите туда! Я верну её!

Мирослав схватил горящий факел и помчался вслед за Беляной.

Анастасия забежала в лес, перехватила сподручнее недовольного ягнёнка и, не оглядываясь, помчалась вперёд.

— Не переживай, Чип! Я тебя им не отдам! Ни за что!

Девушка обрадовалась, что первые лучи солнца начинают проникать сквозь ветки деревьев, хоть и тускло, но всё же освещая ей путь. Настя успокоилась и уже не плакала, а даже наоборот, разозлилась на жителей и решила не быть больше молчаливой овечкой, а во всём отстаивать своё мнение.

— Я буду жить по своим принципам! Так, как велит мне моё сердце, а не как хотят другие. И если получится, донесу до них то, о чём думаю, и попытаюсь объяснить, в чём они не правы. И это касается не только жертвоприношений, но и в целом, про отношение к миру, — разговаривала Настя с Чипом, периодически поглаживая его по маленькой курчавой головке между ушами.

Девушка устала бежать и перешла