Ведьма и драконий военачальник - Алекс Найт

Глядя на них, и я взволновался, ведь впервые проводил подобную церемонию. А когда услышал их брачные клятвы, увидел отчаянное стремление друг к другу, даже испытал добрую зависть, ведь сам никогда не влюблялся так бесповоротно и яро. Я слишком рационален и сдержан для подобных чувств.

— В честь вашего союза сегодня на ужин подадут праздничный пирог и грог, — сообщил я счастливым молодожёнам.

— Спасибо вам за участие в нашей судьбе и предложение, но, боюсь, сегодня… мы не выйдем на ужин. Мы с Делией были в разлуке три недели, нам многое нужно друг другу сказать, — вежливо ответил Никос.

Ну да, им не до наших поздравлений. Невооружённым взглядом видно, как они истосковались друг по другу. Поэтому я не стал настаивать, вручил им в подарок вино из своих запасов и отправил в их новую комнату. Никос поступал на службу в звании на ступень ниже моего.

Новоиспечённые супруги поблагодарили меня и ушли. Им предстояла первая брачная ночь. Я остался в кабинете один. Душой владело странное одухотворение, будто мне посчастливилось коснуться чего-то особенно чудесного. Видимо, потому работа и не клеилась.

Я перебирал отчёты, но не видел букв. Перед мысленным взором то и дело возникали образы счастливых Никоса и Делии. И в какой-то момент мне внезапно представилась Рени в таком же голубом платье, с улыбкой на губах и нежностью в зелёных глазах.

Она ведь такая красивая…

— Жнец Сеймур, если не будет распоряжений, на сегодня мы закончили, — в кабинет после стука заглянул Келли.

— А… нет. Распоряжений нет, — протянул я, с трудом отпуская притягательный образ. — Хотя… отправь ко мне Рени. То есть мисс Санглер.

Я мотнул головой в попытке собраться. С ведьмой у нас сложились ровные и приятные деловые отношения. Несмотря на рассеянность в общении, она оказалась ответственным и трудолюбивым специалистом. Я не спешил развеивать слухи о нашей связи, часто вызывал её, оставался с ней наедине. Моей репутации это никак не мешало, зато Рени была защищена от посягательств. Но мы никогда не переходили черту, придерживались официального общения, да и разговоры наши ограничивались работой. Так почему я вдруг представил её в подвенечном платье?

— Да, конечно. Прямо сейчас? — уточнил Келли.

— Или после ужина, — кивнул я. — Ты свободен, — махнул рукой, обдумывая странные мысли.

А перед глазами вновь сияла Рени. Только теперь я вспоминал тот вечер и лунный блеск дождевых капель на обнажённой коже.

— Нет, так нельзя, — я снова помотал головой, и комната будто качнулась.

Это насторожило. Тревога стиснула горло.

Я поднялся с кресла, но ощутил слабость в ногах. Колени задрожали. Комната будто сузилась и подёрнулась теменью. Стало трудно дышать.

— Жнец Сеймур, вам нехорошо? — пробился сквозь шум в ушах звонкий голос.

Обоняние защекотал запах леса.

— Рени? — позвал, пытаясь дотянуться до приятного аромата.

Пахло луговыми цветами после дождя. Так приятно…

Мысли совершенно спутались, потом и вовсе отдалились. В голове вереницей заиграли образы: неясные, жаркие, невозможные, притягательные, обволакивающие, словно липкая плёнка. Я не мог избавиться от них, не мог вырваться. Разум пребывал в смятении. Ощущение собственного тела исчезло.

Не знаю точно, сколько продлилось это странное забытье. Сознание пересекла вспышка наслаждения. Только тогда чувства проснулись, заставляя меня вынырнуть из душного полусна.

Меня потряхивало. Тело ощущалось тяжёлым. Реальность с трудом выстраивалась перед спутанным взором. Тихие всхлипы прорывались сквозь грохот пульса в ушах. Зрение прояснялось с трудом, рывками, пока я не увидел Рени, распластанную подо мной на столе. Такую несчастную, испуганную, обессиленную.

— Рени?

Меня повело, и я грузно опёрся руками на столешницу по обе стороны от её плеч.

— Жнец Сеймур, — прошелестела она, судорожно всхлипнув.

А ощущения возвращались с пугающей скоростью. Прохлада воздуха на обнажённой спине, испарина на коже, дрожь хрупкого тела, отдающая в позвоночник. И осознание происходящего, от которого всё внутри перевернулось.

Не может быть!

— Что происходит? — я резко рванул назад, пошатнулся на слабых ногах, но устоял.

Рени вся сжалась и перевернулась на бок. Словно хотела исчезнуть, стать как можно меньше. Сбежать от меня…

Железистый запах крови бил по обонянию, разливаясь омерзением в душе.

Нет… Только не это…

— Рени? — я сделал шаг к ней, на рефлексах коснулся плеча девушки, а она закричала в ужасе и попыталась отползти прочь.

Боялась меня, смотрела словно на чудовище. На монстра из кошмаров.

Неужели это правда? Я… сделал это с Рени?

— Хватит, пожалуйста, — попросила она, давясь всхлипами.

Горло сдавило спазмом. Ладони судорожно сжались в кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

Я попадал во множество опасных ситуаций, сотни раз без страха смотрел смерти в лицо, но при виде испуганной и истерзанной мною же невинной девушки меня накрывала настоящая истерика.

— Рени, это не я… Я не хотел, — прошептал я в бессмысленной попытке оправдаться.

В конце концов, что ей мои слова и моё чувство вины, когда ей пришлось пройти через этот кошмар?

Но вслед за ужасом в голову пробились и здравые мысли. Я ведь действительно не мог наброситься на неё без причины, наоборот, избегал даже лишних прикосновений. Кто-то специально довёл меня до беспамятства, а при моей защите это довольно проблематично. Вряд ли постарались просто так, из желания ударить по мне или по ней.

— Рени… это же… отвлечение. Нас отвлекли. Столб в опасности.

Санглер дёрнулась и будто перестала дрожать, видимо, приходя к тем же мыслям, что и я.

— Сможешь встать?

Я протянул ей руку, чтобы помочь подняться.

— Не трогайте, — прошелестела она, самостоятельно слезая со стола, и отвела взгляд от моей груди.

За время беспамятства я успел сбросить и мундир, и рубашку, разве что штаны лишь приспустил. Вряд ли Санглер сможет забыть этот образ. Да и мне ни за что не забыть. Никогда не думал, что стану насильником. Но реальность сложилась именно так, и всё из-за интриг неизвестного врага.

Он поплатится за содеянное. Обещаю.

— Я этого не хотел, Рени. На меня воздействовали.

Злость накрыла с головой, мои слова напоминали рычание. Рени практически на них не среагировала. Лишь кивнула и неуверенно двинулась к двери, пытаясь на ходу опустить задранный подол и подтянуть повыше порванный рукав.

Скользнув взглядом по обнажённым ногам девушки, скрывшимся за тканью платья, я торопливо нагнулся к своей рубашке. Рядом лежала разорванная тряпка, похоже бельё Рени. Ярость и омерзение вскипели в душе, разливаясь кислой желчью на языке. Тяжело сглотнув, я твёрдым шагом двинулся за девушкой.

Как только покинул кабинет, связь с резервом восстановилась. Слабость чуть отступила, как и туман из сознания. Рени тоже