Рождество по чужому рецепту - Синди Лу

Ладони обожгло. Я вскрикнула, только сейчас осознав, что всё это время держала руки под горячей водой. Из раковины валил густой пар, кожа покраснела, но, к счастью, осталась целой.

Выдохнув, я перекрыла кран. Эта резкая, понятная боль принесла почти облегчение — она, пусть и ненадолго, заглушила то, что сжигало меня изнутри.

Глава 11

Я снова опаздывала в художественный класс, но, несмотря на это, замерла перед дверью, не решаясь войти.

С той самой ночевки с Итаном прошло два дня, и всё это время я успешно его избегала. С общих уроков я уходила, прежде чем он успевал заговорить, а после школы готовилась к конкурсу, почти не вылезая из ресторана. Даже к окнам старалась не приближаться, чтобы случайно его не увидеть.

Глубоко вдохнув, я толкнула дверь, надеясь спрятаться в дальнем уголке класса, но Итан сразу же меня заметил и махнул рукой.

Он уже сидел рядом с моим мольбертом, вежливо уступив мне место, которое нагло занял в прошлый раз. Стиснув зубы, я спросила себя — не будет ли странно просто пройти мимо и сделать вид, что я его не увидела?

Но момент был упущен. Казалось, все в классе уставились на меня, понимая, насколько отчаянно я пытаюсь игнорировать Итана.

— Привет, Хлоя, — тихо произнёс он, когда я проходила рядом с ним.

Клянусь, я собиралась уйти в дальний угол, но вместо этого, не поднимая глаз, промычала что-то и опустилась на своё привычное место.

Чувствуя на себе его взгляд, я достала скетчбук и принялась копаться в огромной сумке, пытаясь нащупать краски.

— Ты… — он запнулся, казалось, ожидая от меня хоть какой-то реакции. — Ты открывала папку? Ту, что я вернул?

— Нет.

— Ты её выбросила?

— Нет. А что?

Я подняла на него взгляд, пытаясь понять, чего он от меня хочет. Итан выглядел подавленным — совсем не таким уверенным, как в то утро, когда я проснулась у него на груди.

— Ничего. Может, туда всё-таки стоит заглянуть… некоторые рисунки удалось спасти.

— Ладно.

К счастью, в этот момент зашёл мистер Грейвс, избавив меня от необходимости продолжать разговор.

Сам урок прошёл как в тумане. Я механически водила карандашом по бумаге, даже не вникая в то, что говорил учитель. В голове крутились обрывки рассказов отца, образы «нового» Итана, с которым мы, кажется, перестали ненавидеть друг друга. А ещё я изо всех сил старалась не думать о том, что он сидит меньше чем в полуметре от меня, и о том, насколько тёплым бывает его взгляд.

— Моретти, Хансен, — лениво протянул мистер Грейвс, когда уже прозвенел звонок и класс начал собираться. — Задержитесь на минуту.

Мы с Итаном переглянулись, и я подумала, что это просто насмешка судьбы. Вселенная словно специально сталкивала меня с тем, от кого я старалась держаться подальше. И я сейчас не про Грейвса. Тот вообще сидел, закинув ноги на стол, и листал какой-то журнал.

— Знаете, что я вижу, когда смотрю на ваши последние работы? — И, не дожидаясь ответа, продолжил: — Скуку.

— Но… — одновременно начали мы с Итаном, однако Грейвс лишь отмахнулся.

— У тебя, — он ткнул пальцем в Итана, — техника, как у робота. А у тебя, — он перевёл взгляд на меня, — сплошные эмоции и никакой структуры. Вы оба в тупике, и я не могу вам помочь.

— Что? Вы выгоняете нас из класса? — вырвалось у меня.

Мистер Грейвс посмотрел на меня так, будто я сморозила глупость, и рассмеялся.

— Это обычная школа, Хлоя, а не академия искусств. Сюда может ходить любой желающий. Но… — Он сделал паузу, и я напряглась. — Вы оба хотите поступить, и тут я бессилен.

— Но как… — начала я, но Грейвс поднял руку, прерывая меня.

— Если вы хотите чего-то добиться, — он резко подался вперёд, спуская ноги со стола, — вам нужно перестать быть собой. По крайней мере, на какое-то время.

— И что вы предлагаете? — настороженно спросил Итан.

— Симбиоз, — Грейвс улыбнулся, понимая, что мы заглотили наживку. — Совместный проект. Если вы сможете заставить ваши противоположные стили работать вместе, это будет бомба. То, чего приёмная комиссия ещё не видела.

— Совместный проект? — переспросила я, чувствуя, как холодеют руки. — Вы наверняка знаете, что наши семьи…

— Да, Хлоя, я был на прошлогоднем конкурсе и видел летающие фрикадельки. Какая драма, Монтекки и Капулетти! — Он махнул рукой. — Послушайте, мне плевать на ваши фамилии, мне важен только результат. И вам советую думать о том же.

Он встал и подошел к нам вплотную, понизив голос:

— Это не школьное задание. Я не поставлю вам двойку, если вы откажетесь. Но если вы хотите портфолио, которое откроет вам двери за пределами Холли-Спрингс, придётся рискнуть. Создайте что-то новое, или... — он пожал плечами и вернулся к своему журналу, — продолжайте рисовать идеальные кувшины и экспрессивные пятна в гордом одиночестве. Выбор за вами.

— Если решитесь, жду эскизы к концу следующей недели. Свободны.

Мы с Итаном молча побрели к выходу, не глядя друг на друга. И тут до меня дошло, что он даже не пытался отказаться.

— Он сумасшедший, — выдохнула я, прислонившись спиной к прохладной стене в коридоре. — Мы же поубиваем друг друга раньше, чем договоримся о теме проекта. А если не мы, то наши родители сделают это.

— Вполне вероятно, — согласился Итан, и уголок его губ едва заметно дёрнулся. — Но он прав. Нам нужно что-то сильное для портфолио, так что я готов попробовать. Выбор за тобой.

Итан задержал взгляд на мне, а затем кивнул на прощание и быстрым шагом направился прочь. Я тихо простонала. Только этого мне не хватало!

Впереди отборочный тур и рождественская ярмарка, в которой траттория, разумеется, будет участвовать. Нужно готовиться ко всему сразу, и в этом хаосе, кажется, нет места для мыслей о будущем.

Добравшись домой, я проскользнула мимо входа в ресторан и взбежала на второй этаж, в свою комнату. Хотелось уснуть на пару месяцев и проснуться, когда все проблемы решатся сами собой.

Мой взгляд упал на стол, где лежало портфолио, возвращённое Итаном.

Ты открывала папку?

Вздохнув, я подошла ближе и, помедлив секунду, откинула покоробившуюся от влаги обложку. Я перебирала рисунки один за другим, чувствуя, как сжимается сердце. Краска поплыла, контуры размылись, но сама бумага была почти ровной, словно кто-то бережно разгладил и высушил каждый лист.

Я представила Итана, склонившегося над столом. То, как