Злобный рыцарь - Мария Александровна Барышева

присоединители, распределители, оповестители — ну и так далее. Способность управлять флинтом определить невозможно. Она проявляется только после присоединения — и отнюдь не сразу. Я слышал, проходит несколько лет.

— А тебе, конечно, сообщили, какие у меня способности? — насторожился Костя.

— Никаких. Выше хранителя тебе не подняться.

— Пока не понял, огорчил ты меня сейчас или обрадовал. Значит, в любом городе полно этих...

— Кукловодов очень мало, это редкая способность. Но они есть везде, и у них все схвачено и расписано, целые схемы. Они постоянно изучают прибывающих хранителей и приезжих флинтов и высчитывают, кто, кому, когда и как может пригодиться. Кто становится им интересен — сами его находят. Но предпочитают хранителей с опытом — от начинающего максимум, что можно получить — это впустить кого-то из хранителей в дом флинта. Или знания, как в твоем случае.

— Но ты был не прочь, что я имел дело с мусорщиком, — Денисов покачал головой. — Интересно.

— Всем нужны вещи, — проскрежетал Георгий, — этого не избежать, несмотря на их правила. Я знаю, чем ты платишь. Ничего такого в этом нет. И я предпочел бы, чтоб ты и дальше имел дело только с мусорщиками. Их просьбы чаще всего безобидны и...

-...мой флинт от них не пострадает — ни психически, ни физически, — закончил за него Костя, глядя на Аню, которая тихонько сидела вполоборота, о чем-то размышляя. — А у Кукловодов и товар поценнее, но и цены покруче, не так ли? И флинты, видимо, тоже входят в оплату? И, видимо, далеко не все хранители надеются на сказочную награду по окончании своей службы, раз идут с ними на сделку. Что ж, я понимаю, почему тебе так неприятно мне о них рассказывать. Ведь при наличии Кукловодов твой замечательный мир, где хранители так трогательно заботятся о своих флинтах, вовсе не выглядит таким уж замечательным. Это уже не чистилище. Это — все та же реальность, как и там, — Денисов махнул рукой в сторону окна, — все тот же вечный бизнес. И ты думал, я сразу же побегу к ним и за интересное предложение соглашусь на любую форму оплаты?! Поэтому ты так обрадовался, узнав о сегодняшнем инциденте? Ты надеешься, что теперь у меня будет выбор в оплате? Что я смогу заплатить не флинтом, а содержимым своих мозгов? Спасибо, Жора, я вижу, у тебя обо мне сложилось отличное мнение!

Георгий повернулся и холодно посмотрел на него.

— Еще скажи, что я не прав!

— А я не собираюсь тебе ничего доказывать! — Костя, плюнув на гордость, соскочил с дивана и, подойдя к Ане, уселся на подлокотник и оперся на ее плечо, отчего его ощущение самого себя тут же стало немного менее омерзительным. Когда ж ты уже пойдешь спать, флинт?! — Конечно, я никогда к ней не привяжусь. Возможно, со временем, я к ней привыкну, может, даже она станет мне немного симпатична — но не более того. Конечно, вероятно я попытаюсь заключить с Кукловодами сделку. Или они со мной. Но платить ею, — он кивнул на Аню, которая перебирала бумаги, — этого не будет.

— Смотря, что они тебе предложат, — наставник криво улыбнулся, — а они мнооого могут предложить. Я, например, знаю, что ты хочешь достать денег для улучшения облика своего флинта — понимаю, для тебя ведь это то же самое, что тюнинг сделать неважнецкой тачке...

— Я не работорговец, черт возьми!

— Что такое — внезапно осознал, что твой флинт, все-таки, тоже человек?

— Ты лучше спроси себя, — тут же увернулся от ответа Денисов, — кто хуже — Кукловоды, которых ты так презираешь? Или хранители, которые соглашаются на их условия?

— Я и не сомневался, что начнется философская размазня! — махнул рукой Георгий, и Гордей, которому этот жест не понравился, что-то угрожающе забормотал, и его глаза недобро вспыхнули в тенях среди листьев. Аня закурила, и Костя недовольно покосился на нее, подумав — не попробовать ли подтолкнуть ее пальцы, чтоб уронила сигарету. У него это получалось нередко. Он невольно вспомнил свой первый день работы, Гришу, который так откровенно огорчился его скорым успехам в донесении слов и действий до своего флинта, и внезапно его осенило.

— Уж не думаешь ли ты, что у меня есть все шансы стать кукловодом?! Вот почему ты злобствуешь?!

— Хорошая эмоциональная связь еще ничего не значит, — буркнул наставник. — Но ты бы этого хотел, а?

— Насколько бы это упростило мою работу, — Костя потянулся к пепельнице за сигаретой. Георгий подошел к нему вплотную и, одернув гимнастерку, наклонился, чуть ли не уткнувшись в замечтавшегося ученика носом.

— Послушай, парень, ты свою жизнь прожил. И закончил ее так, как закончил. Все! Не пытайся забрать чужую!

— Считай, я проникся, — насмешливо ответил Денисов. — А если да? Что тогда, Жор? Сдашь меня?

— Нет, ну что ты, сынок, — Георгий улыбнулся почти отечески. — Я просто сверну тебе шею.

— Что-то не припоминаю такого в рекламе твоих курсов, — Костя завел руку за спину, ощупал рану и помрачнел — меньше она не сделалась, хотя исходить сизью перестала. — А что скажешь насчет того, что тот бывший призрак в автобусе был кукловодом?

— Все никак не угомонишься? Призрак-хранитель, а теперь еще и кукловод! — Георгий фыркнул, выпрямляясь.

— Ты внимательно слушал, что я рассказывал?! — Костя вскочил, не отпустив, впрочем, Аниного плеча. — Водила вел себя, как управляемый робот!

— Тебе со страху померещилось! — заявил Георгий.

— Со страху?! — Костя скрежетнул зубами. — Знаешь что, Жора, а валил бы ты отсюда!

— Я не могу этого сделать, — сообщил Георгий с внезапным добродушием. — Сейчас к тебе кое-кто придет.

— Кто?! Еще какой-нибудь кретин?!

В эту секунду из прихожей протек сладчайший, легко узнаваемый голосок.

— Константин Валеееерьевич!

— Елки-палки! — Денисов чуть не уронил сигарету. — А он-то чего сюда приперся?! Меня переводят?! Или собираются арестовать?!

Георгий хохотнул, а Гордей, свалившись с подоконника, с грохотом выкатился из комнаты. Костя, метнувшись к дивану, схватил скалку и вентиляторный резак, бросил взгляд на своего флинта, все так же уютно посиживавшего в кресле, дернулся было к выходу из комнаты, но тут же развернулся, растерянно глядя на свое оружие, после чего посмотрел на наставника почти жалобно.

— Ему плевать, — сообщил Георгий, смахнул пластмассовый меч с табуретки и толчком ноги отправил его под диван, — а вот это я, пожалуй, приберу.

— Константин Валеееерьевич, — снова пропели из-за входной двери. — Будьте любезны впустить меня. Георгий Андреевич должен был известить вас о моем визите.

— Да уж, — Костя иронически скривился, — должен был.

— Да ты ж мне слова вставить не давал.

Денисов, чертыхнувшись, выбежал в коридор, где домовик, настороженно поглядывая на