Вершитель хаоса - Марина Адлер

выживешь? — Он делает паузу, позволяя словам проникнуть в мой разум. — Я могу открыть любую дверь, куда входишь ты, мой гость. Могу пройти сквозь любую стену. Появиться даже там, где меньше всего ожидаешь меня увидеть. Ты не сможешь спрятаться от меня, даже если захочешь.

— Тогда почему ты просто не поймаешь меня? — бросаю я, чувствуя, как гнев поднимается в груди, вытесняя страх. — Почему ты следуешь за мной, вместо того чтобы просто схватить?

Хаос медленно спускается. Шаг, второй, третий. Я инстинктивно отступаю. Мы оказываемся в одной точке, разделённые лишь одним пролетом лестницы. Расстояние, которое кажется одновременно слишком маленьким и слишком большим.

Он выглядывает за перила и смотрит прямо на меня, пронизывая взглядом.

— Потому что, — говорит он, и его голос становится мягче, — я не хочу, чтобы ты смотрела на меня как на врага. Я хочу, чтобы ты позволила мне помочь тебе. Просто позволила.

Я издаю короткий, резкий смешок.

— Помочь? Ты держал меня взаперти! Ты лгал мне! Ты...

— Я знаю, — перебивает он, поднимая руку. — Я знаю всё, что я сделал неправильно. И я не собираюсь больше просить у тебя прощение, потому что знаю, что ты его не дашь. Но позволь мне просто... — он делает паузу, и в его глазах вспыхивает синее глубинное мерцание, — позволь мне позаботиться о том, чтобы ты выжила.

Я качаю головой, чувствуя, как ноги начинают дрожать не только от усталости, но и от противоречивых эмоций, которые поднимаются внутри. Я не хочу верить ему. Не должна верить. Но его слова звучат так искренне, что почти поддаюсь.

— Нет, — произношу я, и голос звучит слабее, чем хотелось бы. — Ты не переубедишь меня остаться с тобой здесь. Я уйду. Я выберусь отсюда.

Хаос тяжело вздыхает, и этот вздох звучит как признание поражения. Он опускает голову, и на мгновение выглядит совсем не как опасное существо, а как человек, который просто устал.

— Я уже понял это, — говорит он, снова вскидывая свой взгляд на меня. — Я понял это давно. Ты не останешься. Будешь идти вверх, пока не найдёшь выход. И я... — он делает паузу, в его синих глазах блестит влага. — я просто хочу, чтобы ты жила.

Что-то в его словах цепляется за мою броню. Маленькая трещина ползет по ней все дальше. Я чувствую, как сердце сжимается, в груди поднимается волна сочувствия, которую отчаянно пытаюсь подавить, но не могу.

— Знаешь, почему я не лгу? — продолжает Хаос убеждать, а я аккуратно прячу кинжал в сумку подальше от его глаз. В голосе Хаоса появляется знакомая насмешка, которая почти заставляет улыбнуться несмотря ни на что. — Просто потому, что мог бы поймать тебя уже сейчас и сразу вернуть к себе в комнату. Сама посуди. Но мне важно то, что ты чувствуешь и готов пойти на дерзкие авантюры, которые зреют в этой милой головке. — Указывает он когтем на меня. Потом широко улыбается. — Плюс, я надеюсь, что, когда ты достигнешь цели, подаришь мне еще хотя бы один поцелуй на прощание. За все мои старания. – Подмигивает Хаос так, будто дойти до выхода – сущий пустяк. Так, словно простить его – нечто обыденное.

Несмотря на всё, я чувствую, как тепло смущения заливает щёки. Это так типично для Хаоса — пытаться разрядить напряжение шуткой, флиртом, попыткой заставить меня забыть о том, почему злюсь на него. И это работает. Почти работает.

Я разворачиваюсь и начинаю бежать вниз по ступеням, не оглядываясь. Я бегу потому, что знаю, что если остановлюсь, если позволю себе пробыть ещё хоть минуту рядом с ним, то поддамся его хитрости. Я бегу потому, что боюсь самой себя, своих чувств, своего желания согласиться с его словами. Подошвы ботинок стучат по ступеням, эхо разносится по лестнице. Считаю шаги, вдохи и выдохи, отвлекаюсь на всё, что угодно, только бы не думать о его словах, улыбке, синих глазах, которые смотрят прямо в душу.

И тогда всё становится тихо. Слишком тихо. Я замираю, прислушиваясь. Шаги Хаоса больше не преследуют. Его голос больше не слышен. Только мой собственный хрип дыхания, только биение собственного сердца. Я спускаюсь ещё на несколько ступенек, и в этот момент вижу её. Тень.

Но это не просто тень. Это реальность, мой самый страшный кошмар. Чудовище материализуется из темноты на одном из нижних пролётов, и мой крик застревает в горле, превращаясь в беззвучный вопль. Оно огромно — уже успела забыть, насколько. Его тело соткано из самой ночи, из чёрного дыма, который извивается и пульсирует. Красные глаза горят как два раскаленных угля, и когда оно смотрит вверх, прямо на меня, я чувствую, как холод пронизывает до костей.

Спина унизана шипами — огромные, острые, светящиеся зловещим красным светом. Пасть открывается настолько широко, что кажется, может проглотить целый этаж. Вижу зубы — бесчисленные острые зубы, которые блестят как осколки черного льда в его пасти.

Мой разум на мгновение отказывается производить какие-либо мысли. Я стою на ступеньке, не в состоянии даже пошевелиться, дышать. Напротив меня, хоть и ниже расположилась сама тьма, обретшая плоть и зубы. Смотрю на бра и понимаю – до ночи еще далеко, оно выбралось на охоту слишком рано. Но размышлять об этом не смею.

Оно издаёт звук — не рычание, не рев, а что-то среднее между ними, звук, который разрывает воздух и заставляет мои барабанные перепонки вибрировать от боли. Инстинкт самосохранения срабатывает мгновенно. Я разворачиваюсь и начинаю бежать вверх по ступеням, забывая о боли в ноге, об усталости, да обо всём, кроме одного — бежать!

В этот же момент позади раздаётся звук когтей, скребущих по дереву. Бросаю взгляд через плечо. Чудовище движется быстро, слишком быстро, и я слышу, как оно поднимается по лестнице, прячась в тени. Боится света? Но я не думаю, я бегу. Лёгкие горят, ноги ломит, но я не останавливаюсь. Не могу остановиться.

Этаж. Ещё один. Ещё один. Я считаю их, пока бегу, слышу рев позади, он совсем близко, и в этот момент вижу дверь. Красивая деревянная дверь с позолоченной ручкой, выглядит совершенно неуместно в этом аду. Я тянусь к ней, пальцы уже касаются холодного металла ручки, когда... Из чёрной дымки и синего света появляется Хаос.

Визжу, вздрагивая от неожиданности, почти падая назад, но его рука хватает меня за запястье и