Вершитель хаоса - Марина Адлер

— Я же говорил, что тебе не убежать от меня? – говорит он, сжимая меня уже обеими руками так, словно скоро начну с ним драться.

— Нет! — кричу я, пытаясь вырваться, но его хватка железная. — Отпусти! Отпусти меня!

— Не эта дверь! — кричит он в ответ, и в его голосе слышится отчаяние. Он крепко держит меня и тащит за собой, выбирая другую дверь — ту, которую я не захотела открыть. Зелёная, с витиеватыми узорами, похожими на переплетённые ветви.

— Чудовище! Чудовище! – Кричу, извиваясь в его руках, стараясь посмотреть туда, откуда жду нападения. Но Хаос не позволяет, просто открывает дверь и буквально втягивает меня внутрь, захлопывая её за нами в последний момент.

Практически слышу рев позади, звук когтей, скребущих о дерево. Или же это моя фантазия настолько разыгралась от ужаса? Но мы уже не там. Дверь схлопывается и исчезает. Я медленно поднимаю взгляд к лицу мужчины в объятиях которого нахожусь и почти не могу вздохнуть, настолько сильно его руки сжимают тело.

— Пусти. — Двигаю плечами, но Хаос только шире начинает улыбаться.

— Попалась, грязнуля, — склоняется он к моему уху и шепчет, а после аккуратно отпускает и наблюдает, немного хмуря брови, как качаюсь на месте, стараясь не упасть. – Выглядишь так, словно вылезла из могилы. Не буду спрашивать из какой именно, ведь знаю ответ на этот вопрос. Но у меня возникает другой – какого черта, Элис?

Как можно ответить на вопрос почему убежала от того, кто пытался запереть меня навсегда? Хаос должен и сам понимать, что к чему. И он знает, но продолжает настаивать на ответах так, словно это я совершила самую большую глупость в жизни. Это раздражает. Даже, если он правда раскаялся. Все равно раздражает.

Вместо ответа отворачиваюсь и смотрю вокруг. Мы в саду. И он до жути необычный. Это сад из сказки, из кошмара, из безумного видения. Цветы здесь растут вверх ногами, их корни тянутся к небу, а лепестки свисают вниз, как странные щупальца. Трава светится мягким голубым светом, и когда я смотрю на неё, вижу, что каждый стебель движется независимо от других, словно танцует под музыку, которую слышит только он.

Деревья здесь не совсем деревья. Их стволы спирально закручены, ветви переплетаются в сложные узоры, и на каждой из них растут не листья, а маленькие фонарики, которые сияют мягким жёлтым светом. Небо над нами не совсем небо — это скорее переход между днём и ночью, где облака движутся в разные стороны, а звёзды видны даже при свете солнца. Оно, к счастью, нормальное.

Посередине сада течёт ручей. Вода в нем светится, переливаясь всеми оттенками радуги.

— Если будешь вести себя тихо, то это место останется безопасным, — предупреждает Хаос. Он всё ещё держит меня за локоть, но его хватка становится мягче. — Это место... живое, но оно не враждебно. Просто нужно уважать его правила.

— Эту воду, — указываю я на ручей. – Ее можно пить?

Хаос кивает в ответ, воодушевляясь тем, что не пытаюсь больше сбежать или отгородиться от него. На самом деле я до одури хочу пить. Сейчас для меня просто нет ничего важнее, чем желание поскорее утолить жажду.

Я быстро иду к ручью падаю на колени у кромки радужной воды. Руки дрожат, когда я зачерпываю ее в ладони. Вода холодная, чистая, и когда я пью, чувствую, как она растекается по горлу, как мой организм впитывает каждую каплю, как будто я была мертва, а теперь возвращаюсь к жизни.

Я пью и пью, не в состоянии остановиться, пока Хаос не подходит и не опускается рядом со мной на колени. Его руки мягко касаются моих волос, собирая их вместе, и я вздрагиваю, но не отпрыгиваю. Он мочит руки в воде и начинает вытирать с моего лица кровь чудовищ — чёрную, красную, смешанную с грязью и потом.

Его движения нежные, почти ласковые, и я позволяю ему делать это, не сопротивляясь. Когда он заканчивает с лицом, его рука скользит вниз, к моей ноге. Он осторожно развязывает повязку, и я вижу, как его выражение лица меняется, когда он видит рану.

— Чёрт, Элис, — шепчет он, переводя взгляд на мое лицо. — Это инфекция. Серьёзная инфекция.

Его пальцы скользят по воспалённой коже, и я чувствую, как его магия начинает работать, как синий свет вспыхивает под его ладонью. Боль на мгновение становится острее, а потом начинает отступать.

Наши взгляды снова встречаются. Я вспоминаю его руки на моём теле, поцелуи, шёпот. Каково это, быть его полностью и без остатка. И чувствую, как щёки заливаются жаром, как сердце начинает биться быстрее. Тело предает меня слишком быстро, а он это сразу замечает. Хаос улыбается, и эта улыбка содержит столько нежности, сколько и желания. В это мгновение почти забываю, почему на него злюсь.

— Не смотри на меня так, — говорит Хаос, и слышу как его голос становится угрожающе низким. — Или я не смогу сосредоточиться на твоей ноге.

Я чувствую, как краски ещё больше заливают мои щёки, и отворачиваюсь, но его рука остаётся на моей ноге, продолжая работать.

— Я хотел бы сказать, что у меня достаточно сил, чтобы полностью исцелить тебя, — продолжает он. — Но я истощён, потратил слишком много магии. Поэтому могу только замедлить инфекцию. Когда ты выберешься отсюда... — он делает паузу, надсадно выдыхает, словно пытается собрать слова вместе, — когда ты выберешься, тебе нужно будет обратиться к врачу.

Он перевязывает мою ногу снова, используя ту же повязку, но уже почему-то чистую. Он опять использовал магию, хотя мог бы поберечь ее для себя. Движения Хаоса уверенные, профессиональные, и я понимаю, что он делал перевязку не один раз.

— Ты поднялась так высоко, — говорит он, когда заканчивает. — Я не думал, что ты сможешь. Но смогла. Ты сильнее, чем мог предположить. Еще и покромсала парочку чудовищ по пути. Молодец, — говорит он с улыбкой.

Я смотрю на него, и в его синих глазах вижу искреннее восхищение. И это почти разрывает моё сердце, потому что я знаю, что он говорит правду. Что он действительно верит в меня. Что он действительно хочет, чтобы я жила. Но я не могу остаться. Не могу позволить себе поддаться его чарам снова. Встаю, опираясь