Полуночный комендантский час - Пенелопа Дуглас

Каллум кривит губы в фальшивой улыбке, пытаясь скрыть, что в одиночку он мало на что способен.

Убрав клюшку в сумку, он подхватывает пиво и делает глоток. Я собираюсь уходить.

— Если вернешься домой в пятницу вечером, — бросает он мне в спину, — я отменю комендантский час.

Пятница. Завтра вечером.

Развернувшись на каблуках, я сую руки в карманы и жду продолжения.

— На одном условии, — говорит он.

— Я внимательно слушаю.

Он снова подходит ко мне, а дружки тут же берут меня в полукольцо.

— Вы играете с нашими девчонками, — заявляет он. — Приведи одну для меня.

Прошу прощения? Мой мозг лихорадочно переключается: с одной стороны, я отлично помню, на что он способен после истории с Лив, с другой — зная его отношение к сводной сестре, трудно поверить, что он говорит всерьез. На кой черт ему сдалась девчонка из Залива?

— Кто-нибудь, кто проявит ко мне терпение, — шепчет он.

И тут до меня доходит. Кто-то, кто понимает, что ему нужно делать вид, будто происходящее доставляет ему удовольствие.

— Та, с мощными бедрами. — Он смотрит на Уотсона. — Как ее звали?

— Диас, — вклинивается Джером, в упор глядя на меня.

Арасели? С какого перепугу она?

— И если вы оба успеете вернуться домой к сроку, — объявляет Каллум, — комендантский час будет снят.

Значит, ставки повышаются. Я устраиваю ему шоу, которое он так жаждет разыграть в «Комнате Вулфа», а он дает нам шанс.

Его голубые глаза задорно блещут.

— Если у тебя хватит духу привести ее...

— Она сама кого хочешь затащит, — отрезаю я.

Он понятия не имеет, что происходит, когда кто-то бросает вызов Арасели Диас.

Резко развернувшись, я беру курс на выход и всю дорогу домой расплываюсь в широкой улыбке.

Пока не вспоминаю, что завтра вечером она нужна ему. Ей-то он будет противен. Вряд ли это ей понравится.

Хотя... кто знает.

Она будет целовать его, и это станет репетицией того, что ждет его впереди. Даже нелюбимая жена будет обладать такой степенью близости с ним, какой никогда не добьется тот, кого он по-настоящему полюбит.

А Арасели с меня за это еще шкуру спустит. Деньгами тут не отделаешься, но я точно знаю: мне придется отдать ей что-то, с чем расставаться мне совсем не хочется. Она обожает выводить из себя меня и Айрона.

В прошлом пара из нас была так себе.

Зарулив в Мариетту, я проскальзываю через кухню и останавливаюсь у ее кабинета — здесь она заправляет всеми делами ресторана и еще дюжиной вещей, которые брат доверил только ей.

Я прислоняюсь плечом к косяку.

— Ты ведь знаешь, что я ради тебя на всё готов, да?

Она поднимает глаза и прожигает меня тяжелым взглядом.

Глава 26

Каллум

Арасели Диас занимает уникальное положение. Мало того, что она управляет «Мариеттой» — культовым для любого туриста на нашем побережье местечком с его знаменитыми лаймовыми пирожными и простыми дарами моря, которые вываливают прямо на застеленные газетами столы, — она еще и держит в руке всё расписание Мейкона Йегера, координирует общественную жизнь, знает всех в лицо, вовремя докладывает семье о любых проблемах в Заливе и держит руку на пульсе каждой горничной, повара, официанта и разнорабочего, что ежедневно тащится на заработки в Сент-Кармен. В каком-то смысле у нее под колпаком каждый дом в радиусе десяти миль. Хотите узнать, сколько карманных денег дают дочке Миллеров? Требуется выяснить, из-за чего вчера лаялись Стивенсоны? Арасели будет знать всё, а если нет — точно знает того, кто в курсе.

Когда в Заливе случается какая-нибудь херня, звонят именно ей. А она уже передает всё Крисджен или Мейкону.

К тому же она молода, красива и близка со всей этой семейкой. Она успела побывать в постели сначала у Айрона, а потом у Далласа еще до того, как я уехал в колледж, и я готов поставить голову на кон, что за прошедшие годы они не раз и не два снова падали в койку.

Взгляд Далласа встречается с моим — мы втроем сидим на заднем сиденье машины. Блики от уличных фонарей скользят по его лицу, пока мы катим вперед.

А ведь я мог бы на ней жениться. В конце концов, мне не нужна девица с деньгами, а она была бы круглой дурой, упусти она шанс обеспечить своим будущим детям куда более сытное детство, чем выпало ей самой.

Мне нужна лишь та, кто разделяет мои цели, но меня терзают смутные сомнения, что Арасели болеет за Залив так же сильно, как за власть и строительство чего-то грандиозного. А я могу дать ей это в десятикратном размере.

— Ты сама выбирала шмотки? — спрашиваю я ее.

Она сидит рядом с Далласом, закинув ногу на ногу. На ней черная школьная юбка в складку и мешковатая черная футболка вся в дырках. Высокие кожаные ботильоны на шпильках и с массивными пряжками эффектно блестят на фоне ее смуглой оливковой кожи.

Она не отвечает, но и взгляд не отводит. Ее глубокие карие глаза изучающе смотрят на меня с легкой издевкой. Я-то знаю, что она отлично говорит по-английски.

Этот прикид вообще ни разу не для «Комнаты Вулфа», но в этом-то вся и соль. Я уже скинул Далласу инструкции насчет перформанса. Надолго она в этих тряпках не задержится.

И я искренне рад, что она согласилась.

— Ты выглядишь потрясно, — говорю я, и это чистая правда. Кожа идеальна, макияж безупречен, длинные темные волосы рассыпаны по плечам. — Хотя бегать на таких каблуках тебе будет тяжеловато.

Я делаю глоток водки, пока она бросает взгляд на Далласа, выразительно говоря глазами что-то вроде: Если эта хрень пойдет по пизде, я тебя прикончу.

Я тихо усмехаюсь про себя. Ее взрывной характер — никакой не секрет. Она просто мужская версия его самого.

— Если хочешь, чтобы все поверили в этот цирк, — добавляю я, — тебе стоит смотреть на меня. А не на него.

Но она молча протягивает руку, пристроив на коленях