Мастер Ночи и белая кошка - Дарья Нико

По всей видимости, никаких дел больше здесь не предвиделось и Подполье можно было покидать.

На обратном пути Эрфарин все равно не смогла перебороть ошеломление. Кажется, чем больше она вглядывалась в этот «внутренний город», тем больше поражалась самому его существованию и грандиозности.

— Почему… закон позволил ему обрести такие масштабы? К тому же сюда явно приходят за теми развлечениями, которые в городе запрещены и за которые там, наверху, карают безжалостно.

Дархад посмотрел на все это движение, что кипело вокруг.

Да, бои, игры со ставками, вещества, что запрещены к распространению… Здесь границы почти стирались. Но все же «почти»…

— А как это остановить? Те, кто преступает закон, есть везде. Подполье же сосредоточило всех в одном месте. В самом сердце прячутся его хозяева. Вполне возможно, там сплошь представители высшего света. И это благо и зло в одном лице. Вроде бы доказательства вечной алчности и порока, но с иной стороны… Подполье нередко берет на себя воспитание беспризорников. Поэтому в Карда-Ормоне ты почти не встретишь маленьких оголодавших детей, не имеющих крова. Да, здесь из них воспитывают нечестных личностей, но они сыты и не спят под открытым небом. А пятьдесят лет назад, когда наша страна воевала с соседним Княжеством, Подполье самым жестким образом пресекло любое воровство на улицах верхнего города, предотвратило мародерство, а также выступало неплохой шпионской сетью.

Эрфарин обдумывала эти слова, хмуря брови. Она не могла определиться, уравновешивает ли подобное чашу весов.

— Да, здесь обитают убийцы и мошенники, — продолжил Дархад рассказывать то, что когда-то услышал от других, — но здесь своя иерархия и свои законы. То, что здесь происходит, трудно разделять на чёрное и белое, как в обычном мире. Но противостояние света и мрака было, есть и будет. Не думаю, что когда-нибудь победит одна из сторон. Невозможно жить только под светом солнца или бесконечно прятаться во тьме. Мир — это баланс между всем, что в нем существует.

Эрфарин все еще не могла согласиться, но не знала, какие слова произнести, чтобы они не прозвучали обычным детским капризом.

И хотелось бы верить, что мир способен вытравить из себя зло, но, по всей видимости, это была глупая романтическая утопия.

— Хото, покажи арены для боев, — обратился к командиру «волков» Дархад.

Тот, не задав ни единого вопроса, кивнул и повел их к лестницам, чтобы спуститься в самый низ.

Однако Эрфарин привлекло то, что она не ожидала услышать. Впрочем, она вообще пребывала в смешанных чувствах от Подполья.

Тем временем звук становился все громче и ближе.

Музыка. Быстрая, ритмичная, тяжелая. Ничего общего с классическим звучанием.

Классике присуще услаждать слух, быть красивой, стройной, элегантной, воспевать в душе и разуме лучшее…

Музыка, звучавшая здесь, рушила вообще все. Она добиралась до кожи прежде, чем до слуха. И вцеплялась в жилы и мышцы, переплетаясь с ними и требуя начать дикий танец.

— Эрфарин? — обратился Дархад к девушке.

Супруга резко остановилась и теперь смотрела в сторону огромного зала, откуда доносились бешеные ритмы.

Танцующие по одиночке и парами люди полностью отдались звучанию, что поглощало все остальные шумы в округе. Музыка ложилась на танцевальный круг гнетом, заставляя полностью себе отдаться.

Эрфарин не отрываясь смотрела на танцующих, потом мигнула, словно очнулась, и обернулась к мужу со смущенной улыбкой на губах.

— Понравилось?

— Да, неплохо, — уклончиво ответила она.

В самом деле, им сейчас не до этого. И вовсе незачем сожалеть, что они отдаляются от музыкального круга: от гулко звучавших барабанов, тамбуринов и туб.

Вот как Подполье соблазняет? Кажется, Эрфарин в эту минуту что-то об этом месте по-настоящему поняла…

Хото провел их дальше.

И они наконец вышли к боевым аренам: окруженным сетками или канатами высоким подъёмам.

Многие из них оказались заняты. Эрфарин почти не удивилась тому, что увидела среди бойцов девушек. И те дрались с неменьшей остервенелостью, что мужчины.

Вокруг каждой из арен обязательно присутствовали зрители. А еще, кажется, за ближайшими столами сидели кто-то вроде судей, а также те, кто принимал ставки.

Велись споры, слышался смех, доносились выкрики. Бойцов подбадривали и оскорбляли. Звучали скабрёзные шутки. Кто-то расстраивался проигрышу, кто-то целовал выигранный артефакт со множеством монет.

Дархад наблюдал. Хото с подчиненными проявляли полное равнодушие.

Эрфарин хотела было задать вопрос, но передумала.

Она видела, что бойцы дрались до крови, до ран, переломов, выбитых зубов и потери сознания. Харды знают, что хочет Шад, каковы будут ставки и кто выступит против Хото. Поэтому командир наемников, конечно, может не согласиться.

К чему ему развлекать здешнюю толпу?

Бойцы на ближайшей арене сменились. Один из них спустился по короткой лестнице, принял выигрыш и отошел к скамье, на которой лежали его вещи.

— Армант⁈ — ошеломленно произнесла Эрфарин.

Дархад тоже обернулся и всмотрелся в юношу, что жадно пил воду и тут же утирал полотенцем пот с плеч и груди.

— Неожиданно видеть его здесь, — изрек Мастер Ночи.

Помощник Глав Ангарет словно бы почувствовал взгляды супругов среди всех присутствующих, обернулся и безошибочно выискал их глазами среди толпы.

На лицо молодого человека набежали тени, а затем он неловко улыбнулся и едва заметно взмахнул рукой в приветственном жесте.

Мастер Ночи пошел в его сторону, потянув супругу за собой.

— А ты здесь как свой…

Армант смущенно усмехнулся и быстро стрельнул светло-карими глазами по сторонам, как будто присматриваясь к этой части Подполья и обдумывая, насколько дурно то, что он вписался в эту обстановку.

— Ну, понимаете, когда служишь лично айису Амиражу, приходится тренировать определенные навыки. Иначе есть шанс просто сломаться, когда ему в очередной раз захочется развеять скуку, — поделился сокровенным помощник Гильдмастеров.

Дархад рассмеялся, понимающе кивая головой.

— Гильдмастер Раирнес избивает подчиненных? — испугалась Эрфарин.

— Ты посмотри на него, — кивнул в сторону Арманта Дархад, — попробуй такого избей.

Девушка присмотрелась. Армант всегда казался слишком тощим из-за своего высокого роста, но сейчас он был лишь в штанах, без рубашки, и стоило признать — на его костях определенно имелись хорошо очерченные мышцы. А следы от ударов хоть и краснели кое-где, но не выглядели опасно, да и было их немного. Армант явно не позволял превратить себя в грушу для битья…

Помощник Глав Ангарет тем временем тяжело вздохнул.

— Глава называет это спаррингами, — добавил он почти по-детски обиженно, комкая в руках полотенце. — Но да, иногда мне кажется, что он просто хочет меня избить.

Мастер Ночи усмехнулся.

— Вы простите меня, следующий бой уже скоро. Я пойду, — быстро произнес Армант и, подхватив вещи, пошел на другую