В годовщину развода. (не)бывшие - Слава Зорина

Достала банку с верхней полки кухонного шкафа, открыла крышку. Запах был тот же — мята, ромашка, что-то еще. Но когда я зачерпнула ложкой порошок, чтобы насыпать в чашку, заметила что-то странное. Между светло-зелеными травинками виднелись серые вкрапления. Мелкие, почти незаметные, но их не должно было быть.

Я поднесла банку к свету, присмотрелась. Да, точно. Какой-то серый порошок, смешанный с травами. Может, это часть сбора? Какой-то корень, растертый в пыль?

Но что-то внутри меня поддалось тревожке, я закрыла банку, поставила обратно в шкаф. Достала телефон, нашла номер Ларисы, знакомой фармацевта. Мы познакомились на одной свадьбе, где я делала цветочное оформление, и с тех пор иногда общались.

— Привет, Лар, можешь помочь с одним вопросом?

— Конечно, Ясь. Что случилось?

— У меня есть травяной сбор от токсикоза, пью его два месяца. Но сегодня заметила в нем какие-то серые вкрапления. Это нормально?

— Серые? Хммм, травы обычно зеленого, коричневого или желтого цвета. Серого быть не должно. Можешь привезти мне образец? Я сделаю экспресс-тест.

— Сейчас?

— Да. Я в аптеке до девяти.

Благо, Людмила Сергеевна вошла в положение и приехала быстро. Я взяла банку, накинула куртку, крикнула Соне, что выбегу на полчаса. Доехала до аптеки за десять минут. Лариса встретила меня в лаборатории за основным залом, надела перчатки, взяла пробу из банки.

— Подожди минут пятнадцать, — сказала она, доставая какие-то реактивы.

Я сидела на стуле в углу лаборатории, сжимая руки на коленях. Наверное, все в порядке. Просто какой-то корень или примесь. Ничего страшного.

Но почему тогда у меня так сводит живот от страха?

Лариса возилась с пробирками, капала что-то, перемешивала. Потом замерла, посмотрела на меня.

— Яся, где ты брала этот сбор?

— Мне посоветовала акушерка. Покупала в травяной лавке, проверенной и сертифицированной, а что?

Она сняла перчатки, подошла ко мне, села рядом.

— В этом сборе следы очень опасного вещества, доза небольшая, но если пить регулярно…

— Что? Как… как это возможно? — я не могла дышать, комната поплыла перед глазами.

— Не знаю. Фантастический вариант, что кто-то подсыпал, но более вероятно, производитель накосячил, а это подсудное дело. Но более важно, Ясь, ты пила это?

— Два месяца, каждый день по небольшой чашке.

Лариса схватила меня за руку.

— Слушай внимательно, тебе нужно срочно к врачу. Сдать анализы на наличие препарата в крови, это антикоагулянт, он разжижает кровь. В малых дозах не смертелен, но во время беременности может вызвать кровотечение, угрозу выкидыша, отравление плода.

— Господи…

— Ты должна ехать в больницу. Сейчас же.

Я встала, пошатнулась, Лариса подхватила меня под локоть.

— Соня дома, с няней, она и так приехала внеурочно… Мне нужно… я должна…

— Позвони кому-то. Мужу, подруге, пусть посидят с ребенком. Но ты едешь в больницу. Это не обсуждается.

Я кивнула, вышла из аптеки. Села в машину, но руки тряслись так, что я не могла вставить ключ в замок зажигания. Два месяца я пила отраву, не зная об этом. Травила себя и ребенка!

Телефон завибрировал сообщением от Людмилы Сергеевны: «Ясминочка, все хорошо?»

Я набрала ответ дрожащими пальцами: «Простите, задержалась. Скоро буду».

Нужно ехать домой, забрать Соню, потом в больницу. Или сначала позвонить Марине? Нет, она далеко, не успеет приехать быстро. Вадим. Он ближе, он… каким бы козлом он ни был, но любит Соню больше жизни. Он приедет, знаю, что приедет.

Я набрала его номер. Гудки… два, три, четыре.

— Яся? — голос удивленный. — Что-то случилось?

— Приезжай. Срочно. Мне нужна твоя помощь.

— Что случилось? Соня в порядке?

— Приезжай к нам, сейчас, пожалуйста.

Я вбежала в квартиру, крикнула, что мама дома, тем временем сама прошла на кухню, плеснула себе воды и выпила залпом. Руки все еще тряслись.

— Мам! — дочка выбежала из комнаты, размахивая чем-то блестящим. — Смотри, что я нашла!

Я замерла. В руках у Сони была вязальная спица — длинная, металлическая и острая.

— Соня, отдай мне это, — сказала как можно спокойнее.

— Но Даша сказала, что в розетке живет фея! Если сунуть спицу, она выйдет!

Кровь отхлынула от лица. Я бросилась к дочери, выхватила спицу из ее рук, отшвырнула в сторону. Схватила Соню за плечи, тряхнула.

— Ты что делала⁈ Ты же могла погибнуть!

Соня заплакала.

— Но Даша обещала… она сказала, что фея красивая…

— Даша! — я почти закричала. — Опять Даша! Когда ты ее видела⁈

— Вчера. Она приходила, и говорила про фею…

Я опустилась на пол, обняла дочку, и мы обе плакали. Даша. Конечно, Даша. Она подсыпала яд, подговаривала Соню на опасные вещи. Она пыталась… что? Убить меня? Ребенка? Навредить Соне?

Я подскочила от звонка в дверь. Вадим стоял на пороге бледный и испуганный.

— Что случилось?

Я втянула его в квартиру.

— Меня кто-то травит, подсыпает яд в травяной сбор, а Соня говорит, что Даша приходит и учит ее делать опасные вещи.

Вадим замер, лицо его стало каменным.

— Я знаю, — сказал он тихо.

— Что?

— Знаю, что Даша приходит. У меня есть доказательства.

Он достал телефон, открыл какое-то приложение. Ткнул пальцем в экран и протянул мне.

Я смотрела на запись с камеры. Наша квартира. Людмила в гостиной спящая беспробудным сном и… и вот входная дверь открывается, входит Даша. Светлые волосы, знакомая куртка. Она идет по квартире, открывает шкафы, что-то достает. Я не могла оторваться от экрана. Вадим пролистал дальше, показал еще одну запись. Даша что-то шепчет Соне, протягивает коробочку.

— Откуда у тебя эти записи? — прохрипела я.

— Установил камеры неделю назад, когда Соня сказала, что Даша приходит.

— Ты… ты следил за нами?

— Я защищал нашу дочь, — в его взгляде читалась такая боль, что я не смогла злиться. — Прости, но я должен был узнать правду, собрать доказательную базу, чтоб нашего ребенка не сделали той, у кого травма и воображаемая подружка. Она, кстати, мне сказала, что Даша приходит, когда няня в туалете, а на самом деле, вот, — он ткнул пальцем в экран телефона. — Сон краткосрочный, но, видимо, очень глубокий. Думаю, если она сдаст анализы в крови будет какое-то запрещенное вещество. Хоть бы у женщины сердце крепкое было. А то… ну ты понимаешь.

— Она пыталась убить нас, — Я опустилась на диван, уставившись в телефон. — Меня и детей, отравить няню…

Вадим сел рядом, обнял меня за плечи. Я даже не оттолкнула его. Сейчас было не до гордости и обид. Я просто прижалась к нему и позволила себе эту слабость.

— Мы вызываем полицию, прямо сейчас. У меня есть все записи, ты отнесешь банку с ядом на экспертизу. Ее посадят.

Я