Рождество трёх оборотней - Ариана Хоукис

Но его волк ошибся. Трэвис не искал себе пару. Спаривание приносило только неприятности и душевную боль. Его отец сломил его мать своими властными манерами. И когда его старшую сестру выдали замуж за альфу, которого она ненавидела, чтобы обеспечить мир между двумя семьями, она оказалась мертва. Нет, Трэвис ни за что не собирался участвовать в этом. Спаривание. Семья. Это было не для него.

Ветер завыл, когда дверь сарая открылась и вошёл Сандор, а за ним Джейсон. Трэвис повернулся к ним, и, прежде чем он смог взять себя в руки, его волк зарычал.

— Я хочу, чтобы они убрались отсюда, Джейсон! — прорычал он.

Джейсон оскалился, под кожей виднелся тигр, но при словах Трэвиса он разразился своим громким, непринуждённым смехом.

— Да, конечно, чувак. Я просто выгоню их всех на снег. Как насчёт этого?

Трэвис снова зарычал и пнул ещё одно бревно.

— Тебе не следовало приводить их сюда изначально.

Джейсон закатил глаза.

— Да, я намеревался высадить их в том пятизвёздочном отеле прямо у шоссе, но потом подумал, зачем это делать, когда мой старый друг Трэвис такой гостеприимный? Поверь мне, Меган нервничала из-за того, что привела сюда детей. Сейчас даже находиться в дороге небезопасно. Поверь мне, когда я говорю, что его не было. Другого. Варианта.

— Неважно. Я хочу, чтобы они ушли первым делом завтра утром, — прорычал Трэвис.

Джейсон склонил голову набок и посмотрел на него своим проницательным, прищуренным взглядом, который сводил его с ума.

— Почему ты так стремишься избавиться от неё, когда очевидно, что ты хочешь её?

— Я не хочу её! Ты несёшь чушь, — ответил Трэвис, его голос становился всё громче.

— Ну, если тебе не интересно, я собираюсь заявить на неё права, — вмешался Сандор. — Если она и чья-то пара, то моя. Ей нужен большой, сильный медведь, чтобы заботиться о ней. А дети — медведи-оборотни, как и я, так что им понадобится руководство, которое могу предоставить только я.

— Оборотень-волк мог бы понять, как управлять стаей медведей, даже если он не неуклюж и не туповат.

Трэвис не мог сдержать рост шерсти на руках и шее, а его зубы удлинились, чтобы впиться в верхнюю и нижнюю губы.

— Я увидел её первым, — произнёс Джейсон. Его голос был хриплым с рычанием, а на пальцах появились когти, когда он встал между ними, чтобы положить руки каждому на грудь.

— В том, чтобы быть медведем, есть многое, чего твой вид не поймёт. Она моя пара.

Лицо Сандора вытянулось, когда медведь начал всплывать на поверхность.

Это было больше, чем Трэвис мог вынести. Они провоцировали его, он понимал, что это так, но его волк начал вырываться из него, морда удлинялась, мощные челюсти обнажались. Джейсон подошёл к нему, кости на его лице расширились, когда оранжево-чёрный мех пророс по всей обнажённой коже, в то время как Сандор снял футболку, готовясь к появлению огромного тела своего медведя. Все трое двинулись вперёд, рыча, три пары острых, как бритва, зубов, готовые напасть.

Трэвис был зол, злее, чем когда-либо, и бросился на Сандора, щёлкая челюстями. Сандор сковал его, его рука ещё не совсем превратилась в огромную медвежью лапу, и Трэвис привалился спиной к двери сарая, но тут же отскочил, бросившись на предплечье Сандора.

— Хватит! — закричал Джейсон.

Трэвис сильно покачал головой, затем нахмурился на Джейсона, чей тигр уже отступил.

— Ты тоже хочешь её.

Он повернулся лицом к Сандору.

— И ты!

— И ты, приятель, — спокойно сказал Сандор.

Трэвис ткнул пальцем в Джейсона.

— Ты привёл её сюда, потому что она тебе понравилась. Ты заварил всю эту хрень.

— Мы это уже проходили. Я привёл её сюда, потому что должен был. Привлекала ли она меня, не имело к этому никакого отношения. И в любом случае, она не собирается быть ничьей парой, потому что завтра она исчезнет из нашей жизни.

— И потому что мы не собираемся драться из-за женщины, — добавил Сандор своим медленным, глубоким голосом. — Мы как братья. Мы через многое прошли вместе. И у нас нет планов жить порознь. Я не собираюсь терять вас, ребята, из-за этого.

Волк Трэвиса зарычал. Он всё ещё был готов сразиться с медведем и тигром, но Трэвис сдержал его. То, что говорил Сандор, было правдой. В военные годы они всегда прикрывали друг друга. Сандор однажды спас его от того, чтобы он не наступил на самодельное взрывное устройство. Затем он получил пулю в бок, спасая Джейсона от сильного огня в маленькой деревне в Кабуле. И Сандора часто называли Смоки, после того как походный костёр вышел из-под контроля, и только сообразительность Трэвиса и Джейсона спасла его палатку от пожара.

Трэвис был сломлен, когда его выгнали из армии. Они все были. Единственным способом, которым они выжили, была их связь друг с другом, и он не собирался разрушать её.

Его плечи поникли.

— Да, вы правы. Мы близки, и мы не позволим женщине встать между нами.

— Согласен. Никто из нас не хочет терять друг друга.

Глаза Джейсона всё ещё светились тем сигнальным звериным светом, но теперь его тигр был обуздан.

— Рад, что это прояснилось. Я собираюсь отправиться на охоту.

С этими словами он разделся, и ветер снова завыл в сарае, когда дверь с грохотом открылась и закрылась. Сандор последовал за ним, оставив Трэвиса одного. В гневе он схватил топор, воткнутый в колоду, схватил кусок бревна и принялся за работу. Знать, что Сандор был прав, и держать своего волка под контролем — это две разные вещи. И ему не нравилось то, что он ему говорил. Ни капельки. «Истинные пары». Он не верил в судьбу и уж точно не верил в истинные пары, пока его не поразил запах Меган. Трэвис взмахнул топором изо всех сил, заставив клин врезаться в дерево и расколоть его на большие неровные куски вместо более аккуратных палочек, как он намеревался. Она была единственной для него. Как бы ему ни было неприятно признавать это, он чувствовал это глубоко в своих костях, так же чисто и верно, как инстинкт. Ну и что с того, что она ему понравилась? Прошли годы с тех пор, как он был с женщиной. Ему нужен был секс. Какой чистокровный самец не стал бы этого желать? Желание секса не означало, что он хотел найти пару. Он не собирался терять парней из-за неё. И он не намеревался брать её в качестве своей пары. Ни за что.

Чем скорее она уйдёт, тем лучше.