Хозяйка скандального салона "Огонек" 2 - Марика Полански

Скрестив руки на широкой груди, Карл покачивался на носках вперёд-назад. На веснушчатом лице застыло выражение терпеливого учителя, столкнувшегося с особо бестолковым учеником. Рыжая бровь приподнялась, уголки губ слегка дрогнули то ли от сдерживаемой улыбки, то ли от желания закатить глаза.

— Не получается, потому что вы пытаетесь слишком сильно. Вы буквально давите на магию. Но она не любит насилия над собой. Она как… — он задумался, барабаня пальцами по локтю, — как кошка. Вы когда-нибудь пытались поймать кошку? Попробуешь схватить силой — она фыркнет, выпустит когти и умчится, задрав хвост. А вот если будешь заниматься своими делами, — он сделал пару шагов в сторону и плюхнулся в ближайшее кресло, — она сама придёт. Запрыгнет на колени и уляжется клубочком. Магия работает точно так же.

— У меня не было кошек, — соврала я, вспомнив серую кошку из прошлой жизни. — Зато есть белый ворон, который сейчас непонятно где шляется.

Слова не успели слететь с губ, как в высокое стрельчатое окно библиотеки настойчиво постучали. Карл вскочил с кресла, широкими шагами пересёк комнату и распахнул тяжёлую створку.

В помещение влетел Негодяй. В полумраке сверкнули белоснежные перья. Он сделал круг над головой изумлённого Карла, громко и обиженно каркнул и с видом оскорблённой королевы уселся на резную спинку ближайшего кресла.

— Обиделся, — констатировала я с тяжёлым вздохом, опуская руку. — Серьёзно обиделся. Я в жизни не видела такого обиженного ворона. Я обещала устроить ему тихую.

Будто в подтверждение слов, Ворон взъерошил перья, став похожим на разъярённый белый шар размером с небольшую подушку. А потом и вовсе демонстративно повернулся ко мне хвостом.

— Фамильяры очень чувствительны к эмоциональной связи с хозяином, — пояснил Карл. Прикрыв окно, возница вернулся в центр комнаты. — Они не домашние животные, а часть вас. Они ощущают ваше состояние, эмоции, местонахождение. Иногда даже мысли улавливают. А вы пообещали устроить ему взбучку за то, что исчезли.

— Он сунул мне медальон. Я больше, чем уверена, что если бы он его не достал, то я спокойно бы спала в кровати. А вместо этого оказалась чёрте где! И хорошо, что ван Кастер оказался человеком чести. А если нет? А если бы медальон выкинул меня куда-нибудь в океан? Я, между прочим, ещё и без волос осталась!

Негодяй медленно повернул голову и презрительно, с невероятным скепсисом каркнул. Потом снова отвернулся, делая вид, что игнорирует меня.

— Извиняться я не буду, — надулась я, но всё же подошла к креслу и осторожно протянула руку и провела пальцами по вороньей голове. — Но в следующий раз пересчитаю все перья на хвосте за такое.

Несколько секунд Негодяй сидел неподвижно, словно решая, осуществима ли моя угроза. Потом недовольно клацнул клювом, наклонил голову набок и тихо заворковал, точно довольный кот.

— Вот и славно, — Карл громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Семейная драма закончена, можем продолжать занятие. Раз уж ваш фамильяр решил присоединиться к нам, то это упростит дело в разы. Вороны — отличные проводники магии. Негодяй поможет вам почувствовать то, что вы пока не способны ощутить самостоятельно.

— И как именно он мне поможет?

Вместо ответа Карл запустил руку в карман своих штанов, пробормотав что-то вроде «куда я его засунул?», и достал небольшой кристалл размером с грецкий орех. Кристалл был полупрозрачным, молочным с синеватыми прожилками, похожими на морозные узоры на зимнем стекле.

— Это лунный камень, — пояснил возница, демонстрируя камень на вытянутой ладони. — Он реагирует на присутствие магической энергии. Когда рядом находится источник силы — маг, артефакт, заряженный предмет, место силы — камень начинает светиться изнутри. Чем сильнее источник магии, тем ярче и интенсивнее свечение. Попробуйте заставить его засветиться.

Карл почти церемонно положил камень мне на раскрытую ладонь.

— Что мне делать? — растерянно спросила я, разглядывая узор на поверхности кристалла. — Потрясти его? Подуть? Постучать?

— Вот это, миледи, вы и должны понять сами. Почувствуйте камень. Почувствуйте магию внутри себя и представьте, как она плавно перетекает из вас в кристалл. И помните, без усилий.

Я уставилась на камень, сощурилась и сосредоточилась изо всех сил. Представила, как из центра моей груди исходит светящаяся энергия — золотистая, тёплая, похожая на мёд или расплавленное солнце. Как она течёт по телу, спускается по руке, собирается в ладони, впитывается в кристалл, наполняет его и…

Ничего не произошло.

Камень продолжал лежать безжизненно, таким же тусклым и мёртвым, как обычный булыжник с дороги.

Я попробовала ещё раз. Закрыла глаза, глубоко вдохнула, представила энергию ещё ярче. Мысленно толкала, тащила, пихала её в направлении камня, умоляя: «Ну пожалуйста, сработай!»

Тишина. Ничего. Пусто.

— Может, нужно сказать какое-то заклинание? — с отчаянной надеждой предположила я минут через несколько бесплодных попыток. В груди разрасталось удушающее разочарование и желание швырнуть этот камень в окно. — Какое-нибудь магическое слово-пароль? Что-то в этом духе?

— Заклинания, миледи, — терпеливо, почти с отеческой снисходительностью покачал головой Карл, — это просто слова. Они помогают магу направить энергию в определённое русло. Но сами по себе они абсолютно, совершенно ничего не значат. Как ключ к двери. Можете сколько угодно вертеть ключом в воздухе, но, если двери нет, он бесполезен. Можете хоть весь день орать «абракадабру» до посинения — если магии нет магии или вы не можете её уловить, ничего и не произойдёт.

— Абракадабра, — упрямо попробовала я, чувствуя себя последней идиоткой, цепляющейся за последнюю соломинку надежды.

Камень, разумеется, лежал тусклым и безжизненным.

Я нахмурилась, сдвинув несуществующие брови.

— Крибле-крабле-бумс? — попробовала ещё раз, уже без особой веры.

Ничего.

— Сим-салабим-ахалай-махалай?

Тишина.

— Халяль-маляль?

Карл фыркнул, прикрывая рот рукой, но плечи его затряслись от еле сдерживаемого смеха.

— Видите? — наконец выдавил он отсмеявшись. — Абсолютно бесполезно. Хоть с бубном танцуйте — без магии это просто цирк.

На книжных полках раздалось растерянное шушуканье:

— Она совсем, совсем не чувствует магии…

— Бедная девочка, может, у неё действительно нет таланта?

— Но это же дочь Айрэн Миррен!

— Может, приёмная дочь?

— Или подкидыш?

— Тише, она услышит!

— Тише вы там! — рявкнул Карл, резко обернувшись к полкам. — Или я превращу вас всех в растопку для камина! Не мешайте ученице концентрироваться.

Книги обиженно замолчали. Только корешки недовольно поёживались да страницы шелестели