Дочь твоего врага - Эве Лин

Он не шутит. И меня правда будет ждать наказание. Я чувствую, как по щекам опять сейчас польются слезы. Поэтому быстро скрываюсь за дверью.

Через несколько секунд выхожу обратно. Он стоит на том же месте.

— Молодец, быстро учишься, — довольно произносит он. — Но я все же предпочел бы тебя наказать. Может, в следующий раз… — усмехается он, облизывая свои губы и смотря на меня сумасшедшим взглядом, от которого у меня бегут мурашки. — Пошли, у нас первый танец молодожёнов.

Он сам тянет меня обратно в зал, где нас и правда ждут. Остальная часть вечера мне кажется бесконечной. Многочисленные люди, с которыми я практически незнакома. Тут нет моих друзей или даже знакомых. Мои родители даже не спросили, хочу ли я кого-либо пригласить, но чиновника из столицы они не могли не позвать. Поэтому мне приходится по сто раз здороваться и натягивать счастливую улыбку. К концу вечера у меня болят мышцы лица. У меня начинает болеть голова. А еще в голову приходит осознание того, что Глеб не отпускал меня весь вечер, и я не смогла осуществить задуманное. Это значит — у меня есть только единственная попытка. В отеле, куда мы поедем.

В конце праздника выносят огромный торт. Все восхищенно аплодируют и начинают снимать, как мы разрезаем его. Еще одна череда пожеланий и все.

Глеб сам ведет меня к черной тонированной машине. Лихорадочно думаю, что же делать дальше. Через некоторое время мы останемся одни, и мне уже никто не сможет помочь. Сжимаю в руках маленький флакончик в кармане. Боюсь, что он заметит его, поэтому делаю это украдкой.

Мы едем не долго, и приезжаем в пафосный отель в центре города. Парень, не отпуская мою руку, ведет меня к входу, где нас уже ждут с ключ-картой. Чувствую, как у меня начинает дрожать все тело. Времени остается все меньше, катастрофически мало, я могу просто не успеть. Мы едем в лифте на пятнадцатый этаж. Глеб, не отрываясь, смотрит на меня, и с каждой минутой его взгляд становится все темнее, а мне от этого становится все страшнее.

Мы выходим, тут всего лишь одна дверь, и мы направляемся к ней.

Как только заходим, мой взгляд сразу же мечется по всей комнате, единственной комнате!

— Мне нужно в туалет… — говорю неуверенно, и почти бегу в его сторону, но меня резко хватают за руку и почти отшвыривают в сторону, так что я падаю.

— Никуда не пойдешь, сучка! — почти рычит Глеб нечеловеческим голосом. — Думаешь, я не знаю, чего ты хочешь!

И он кидается на меня, дергая карман моего платья, почти разрывая его, и достает мой маленький флакончик.

— Думаешь блять, что я такой тупой! — он с силой дает мне пощечину, так что меня не удерживают руки и я ложусь спиной на ковер. Смотрю на этого уже обезумевшего зверя, а он звереет еще больше.

— Ты думаешь, я не знаю, что ты хочешь! Хотела весь вечер! — орет он мне в лицо, вторая пощечина сильнее первой, у меня темнеет в глазах, а на губах я чувствую металлический привкус крови.

Я уже молюсь, чтобы все это закончилось. Чтобы я как можно скорее потеряла сознание. Я боюсь боли, которая может последовать потом.

— Они все так хотели! Но это слишком просто для таких шлюх, как ты, — и он хватает меня за шею, притягивая к себе, вынуждая смотреть на его безумный взгляд. — Ты такая же, как они, хочешь все быстро! Но я не дам тебе этого! Ты будешь мучиться дольше всех!

Он начинает меня душить. И это правда самое страшное. Когда тебе не хватает кислорода, и ты понимаешь, что вот оно, все. Но ты не хочешь умирать, любой человек хочет жить. И я только сейчас поняла, что тоже хочу. Поэтому я борюсь, царапаю его, стараюсь отодвинуть или хотя бы расслабить руку. Но чем больше я делаю это, тем хватка на моем горле становится все сильнее. Я уже ощущаю, как уплываю куда-то в невесомость, сил становится все меньше. И я вот-вот не смогу сопротивляться…

И тут мы оба слышим стук в дверь. Настойчивый и сильный.

— Блять! Кто это! — рычит Глеб, убирая свою руку. Я начинаю с шумом дышать, хватая спасительный воздух, голова все еще кружится от нехватки кислорода, тело дрожит, а на глазах слезы.

Он отходит от меня и идет к двери. Я начинаю лихорадочно думать, что мне может помочь. Любой предмет, чтобы хотя бы защититься от него, но ничего такого тут нет.

— Кто?! — с рыком спрашивает Глеб, открывая дверь. — Ты…. — ошарашено.

А потом происходит то, чего я никогда не смогла бы представить даже в своих страшных кошмарах.

Я слышу выстрел. Оглушительный. Который на секунду оглушает меня. Потом тяжелое тело падает, и я вижу, как струйка крови начинает распространяться по белому ковру уродливым пятном.

Шаг. Тяжелый. Чувствую его давящий взгляд.

— Я забираю тебя!

Глава 8

Мое тело немеет. Я не могу пошевелиться, не могу оторвать взгляд от безжизненного тела. Это шок. Мой мозг просто не может осознать произошедшего. Клима это не удивляет. Он подходит к Глебу и смотрит на него.

— Он… он ме-ертв? — спрашиваю я, наконец-то обращая взгляд на него.

Клим пинает еще раз тело, а потом смотрит на меня своим тяжелым взглядом. На его губах легкая улыбка, словно не он несколько секунд назад убил человека.

— Да, хотя для него это очень легкая смерть, — отвечает он, а потом двигается ко мне. Мне становится страшно, потому что в одной руке у него все так же находится пистолет.

— Не-е надо, — заикаясь, проговариваю я и почти вжимаюсь в стену. Закрываю глаза, не хочу видеть этого всего. Хочу проснуться в своей комнате и понять, что это просто сон.

Шаги, а потом я чувствую его дыхание совсем рядом.

— Что не надо, Арина? — я чувствую его усмешку, а еще горячее дыхание совсем рядом.

— Уби-ивать… п-пожалуйста… — произношу я, все так же не глядя на него, зажмуриваюсь, по щекам уже начинаю течь слезы.

— Смотри на меня! — Приказ, а я не могу этого сделать, мне слишком страшно. — Не испытывай мое терпение, Арина. Глаза на меня!

Он опять давит, а я опять подчиняюсь. Открываю глаза и вижу его. Его холодный и одновременно устрашающий взгляд. Слишком близко. Сглатываю.

— Если бы я хотел убить тебя, то сделал бы это незамедлительно. Но пока