Королевские клятвы - Люси Дарлинг

вокруг моей головы. Я не останавливаюсь. Не могу. Продолжаю вылизывать её, продлевая наслаждение, пока она не начинает дрожать и отталкивать меня за плечи, став слишком чувствительной.

Я поднимаю голову и облизываю губы, желая собрать каждую каплю её сладости.

Она великолепна такой: раскрасневшейся и полностью потерявшей контроль, с волосами, рассыпавшимися по подушке. Я ползу вверх по её телу, целуя живот, грудь и горло.

— Это было… — начинает она, но замолкает.

— Только начало, — обещаю я и целую её, позволяя почувствовать собственный вкус на моих губах.

Я опускаюсь на неё всем весом, стараясь не придавить, и чувствую её жар даже сквозь одежду. Мой член твёрдый и ноет так, как я никогда прежде не ощущал. Но сейчас дело не во мне. Всё ради неё. Ради того, чтобы показать, что она со мной делает и что я могу сделать с ней.

Медленно и намеренно трусь о неё, и она ахает, чувствуя меня сквозь брюки. Я хочу, чтобы она почувствовала, до какого состояния меня довела. Скучная и унылая, как же.

— Уэллс…

Я ничего не могу с собой поделать, мне нравится, что Мэйбл придумала для меня прозвище.

— Не сегодня, — шепчу ей в губы, хотя это едва меня не убивает. — Ты такая красивая, — говорю ей, потому что ейнужно это услышать, потому чтомне необходимо это произнести. — Такая идеальная. Такаямоя.

Она меня не поправляет. Я целую её в лоб, веки и губы, а затем укладываю рядом с собой и крепко прижимаю, положив её голову себе на грудь.

Я всё ещё твёрдый, пульсирующий от желания, но игнорирую это. Этого достаточно. Более чем достаточно.

— Колдуэлл, — шепчет она сонным голосом. — Это было… Я не знала, что может быть так.

— Я тоже, — целую я её волосы.

Она приподнимает голову и смотрит на меня широко распахнутыми глазами.

— Правда?

— Правда, — отвечаю, снова прижимая её к себе.

Она засыпает в моих объятиях, её дыхание становится ровным и тихим, а я смотрю в потолок, отсчитывая часы до того момента, когда мне придётся рассказать ей правду.

Чувство вины тяжёлым грузом давит мне на грудь. Она думает, что всё это лишь отпускное волшебство, которое останется здесь, когда она вернётся к своей библиотеке и тщательно продуманным планам.

Она понятия не имеет, что я уже планирую, как её удержать. Если понадобится, я построю для неё собственную библиотеку.

ГЛАВА 7

Мэйбл

Я тихо вздыхаю, начиная просыпаться. Провожу рукой по прохладным простыням, ожидая найти его, но не нащупываю ничего. На короткое мгновение задаюсь вопросом, не было ли всё это сном, но затем чувствую его запах.

Сандал, соль и что-то более мужественное и тёмное. Я зарываюсь лицом в его подушку и вдыхаю, и всё моё тело вспыхивает и покалывает от воспоминаний о том, что он со мной делал. Как целовал каждый сантиметр моего тела, словно просто не мог остановиться. Настолько, что разбудил меня посреди ночи, уже устроившись ртом между моих ног и прижимая бёдра ладонями к матрасу, заставляя меня снова рассыпаться на части, до того, как я успела окончательно проснуться.

Никогда прежде я не чувствовала себя настолько желанной. Я несколько раз прикасалась к себе, но всё заканчивалось ничем. Из-за этого и слов тех мужчин на свиданиях я начала бояться, что, возможно, во мне просто нет этого огня. Я ошибалась, нужен лишьправильный человек, который его разожжёт.

Я неосознанно прикасаюсь к себе, до сих пор чувствительная, всё ещё испытывая непривычную ноющую боль. Он меня испортил. Одна ночь с ним, и я уже испорчена для всех остальных.

Осознание этого тут же пронзает меня острой болью, в груди образуется узел, который я хочу игнорировать. Между нами лишь мимолётный роман, и я не думаю, что когда-нибудь снова встречу кого-то похожего на него. Человека, который, кажется, видит меня лучше большинства. До сих пор я чувствовала, что по-настоящему видит меня только моя лучшая подруга Трули.

Я сажусь, оборачивая вокруг себя простыню. Точка невозврата уже пройдена. Я приехала сюда развлекаться, и именно это собираюсь делать.

В люксе тихо. Я беру гостиничный халат с двери ванной, надеваю, туго завязываю пояс и босиком выхожу в гостиную.

Он там, стоит у окна с телефоном у уха. На нём только серые спортивные штаны, низко сидящие на бёдрах, и я вижу, как двигаются мышцы его спины, пока он говорит тихим голосом. Я не могу разобрать слов, но не двигаюсь с места, желая понаблюдать за ним незаметно. Однако он замечает меня в отражении стекла, тут же заканчивает разговор и кладёт телефон экраном вниз на стол.

— Ты проснулась, — он поворачивается, и на его лице расплывается такая тёплая и искренняя улыбка, что узел в моей груди ослабевает. — Я надеялся удивить тебя завтраком в постель.

Он пересекает комнату за три шага, обхватывает моё лицо ладонями и целует так, словно нас разлучили на годы и мы наконец снова нашли друг друга. Отчаявшиеся влюблённые. Будто прошлой ночью он не брал меня дважды. Его язык скользит в мой рот, и я таю в его объятиях, мои ладони находят его обнажённую грудь. Я провожу ими вверх, обвиваю его шею и сцепляю пальцы. Мне приходится подняться на носочки, чтобы дотянуться.

— Я всё ещё могу принести тебе завтрак в постель, — бормочет он мне в губы, обхватывая мою талию и отрывая от пола. Я обвиваю его ногами. — Или могу съесть тебя прямо здесь, — Колдуэлл усаживает меня на край стола.

— Тебе нужнанормальная еда, — смеюсь я. Неужели он действительно хочет только вылизывать меня? В смысле, я не жалуюсь, но мне тоже хочется увидеть его больше.

— Мне нужна только ты, — он снова целует меня, на этот раз нежнее, а его большой палец очерчивает мою челюсть. — Но сначала я тебя накормлю. Тебе понадобятся силы, — он прикусывает мою нижнюю губу, взгляд опускается к моей груди, и я вижу, как его глаза темнеют.

Полы халата распахнулись спереди.

— Под ним на тебе ничего нет, — говорит он хриплым голосом.

— У меня не было времени одеться.

— Хорошо, — его ладони скользят вверх по моим бёдрам, раздвигая полы халата ещё шире. — Оставь его распахнутым. Позволь мне на тебя смотреть.

Я должна чувствовать себя уязвимой. Должна стесняться. Но он смотрит на меня так, словно я самое прекрасное, что он когда-либо видел, и от этого я чувствую себя сильной. Я позволяю халату распахнуться и упираюсь руками в стол позади. В конце концов, я должна делать всё, что