Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес

Коннору, что ему не обязательно оставаться со мной, но он настоял. Ханна и Джон завезли нас домой перед тем, как отправиться с остальными. Вся семья, должно быть, уже там, где бы они ни собирались продолжать праздновать: Сиенна полна решимости выжать максимум из своего особенного дня, Нико подружился с маленькими кузинами Альберта, и мне даже показалось, что я видела, как Лука флиртует с одной гостьей.

Коннор весь день не сводит с меня глаз – возможно, потому что, как и я, прекрасно помнит: свадьба, которую я должна была праздновать в этом году, была вовсе не свадьбой Альберта и Сиенны. Я думала, что мне будет трудно пережить этот день после разрыва помолвки с Майком, но оказалось иначе. Я чувствовала себя только немного… странно. Церемония была прекрасной. Сиенна и Альберт не могли оторвать глаз друг от друга, и за версту было видно, как сильно они влюблены. Пока они обменивались клятвами, я пыталась представить нас с Майком в такой же ситуации – как мы венчаемся под сводчатым потолком какой-нибудь красивой церкви в Майами. Не смогла. Наша помолвка теперь кажется мне чем-то настолько далеким, что трудно поверить: когда-то это было реальностью.

Но оно было.

Я много думала о наших отношениях с Майком и о причине, по которой мы были вместе столько лет. Теперь я понимаю, что он давал мне стабильность, что с ним было легко, что если я следовала его указаниям, то мне не нужно было принимать собственные решения и отвечать за последствия. Я знала о его чувствах ко мне, и это меня успокаивало. Лия говорила, что я больше не влюблена в него, но теперь, со временем, я начинаю задаваться вопросом, была ли я вообще когда-нибудь влюблена. Возможно, я путала понятия. Может быть, это была не влюбленность. Я любила Майка. Очень сильно. Но между нами было что-то совсем иное.

То, что я сегодня видела между Сиенной и Альбертом, – другое.

То, что я чувствую к Коннору, – другое.

– Не беспокойтесь о нас, – успокаиваю я Ханну. – У вас впереди долгая ночь. Повеселитесь.

– О, еще как повеселимся, не сомневайся, – заявляет она и глупо хихикает.

Джон, сидящий рядом с ней за рулем, слегка улыбается.

– Увидимся завтра, – говорит он и поднимает стекло. Вскоре машина исчезает в конце улицы.

Мы с Коннором входим в дом. Туфли окончательно добивают меня, так что я скидываю их на пороге, пока он возится с замком. Внутри царит тишина. Отопление не включено, но здание построено так, чтобы сохранять тепло, поэтому температура вполне комфортная. Следовать за ним в его комнату – уже почти инстинкт. В последнее время я почти не захожу в свою. Использую ее, только чтобы переодеться, поговорить с Лией по видеосвязи или посплетничать с Норой.

– Смотри-ка, кто тут у нас. – Коннор приседает у приоткрытой двери своей спальни, чтобы погладить Онни, который, похоже, воспользовался нашим отсутствием, чтобы вволю все обследовать.

Кот потягивается и мурлычет под ласками хозяина.

– Не могу поверить, что мне пришлось съехать из своей комнаты, чтобы он тоже оттуда убрался, – жалуюсь я.

Коннор одаривает меня красивой улыбкой с ямочками – из тех, что всегда согревают мне сердце.

– Скорее, я бы сказал, теперь это его комната. А твоя здесь. – Он кивает в сторону своей спальни. – Пойдем, я вижу, что ты устала.

К счастью, Онни быстро теряет к нам интерес и исчезает. Полагаю, он вернется на крышу моего шкафа – свое любимое место в доме. Коннор включает свет и начинает расстегивать рубашку. Я распускаю пучок перед зеркалом. Тишина кажется уютной и естественной. Я улыбаюсь, когда вижу в отражении, как его массивная фигура подкрадывается ко мне сзади.

– Тебе помочь? – Он проводит пальцами по молнии на спине.

Я киваю и перекидываю волосы на одно плечо, чтобы он мог расстегнуть платье. Он делает это осторожно, словно боится порвать ткань. Тем временем я смотрю на себя в зеркало. Я прекрасна. Весь день я чувствовала себя принцессой. У фиолетового платья, которое сшила для меня Ханна, такая пышная юбка, что мне весь день хотелось кружиться, кружиться и кружиться, чтобы видеть, как она движется вместе со мной. Это потрясающе.

– Твоя мама проделала отличную работу.

– Ну, ей было легко. Модель тоже великолепная.

Коннор заканчивает расстегивать молнию. Но вместо того чтобы отойти и дать мне снять платье, обнимает меня сзади за талию и упирается подбородком мне в плечо.

– Что такое? – спрашиваю я, услышав его вздох. Мои встревоженные глаза встречаются с его в зеркале.

– Не могу перестать думать обо всем, что произошло сегодня.

В животе что-то кольнуло, хотя я знаю, что он говорит не о том, что тревожит меня. Ранее он рассказал мне, что Лука поговорил с родителями. Следовательно, они уже все знают. Теперь Коннор свободен согласиться на стажировку, уехать и жить той жизнью, о которой всегда мечтал. Полагаю, мысли об этом немного пугают его. Это очень резкая перемена, даже если она к лучшему. Он уже смирился с тем, что останется здесь. Наверняка это нарушило все его планы.

– День выдался очень эмоциональным, – отвечаю я, накрывая его руки своими.

– Мама сказала мне, что они ищут того, кто мог бы направлять Луку на его пути. Он очень настроен измениться. За весь вечер я не видел, чтобы он выпил хоть каплю. Учитывая свободный бар и всех гостей с бокалами в руках, должно быть, ему было очень тяжело. – Я киваю, потому что тоже следила за Лукой весь день. Сегодняшняя обстановка совсем не благоприятствовала ему. – Он извинился передо мной перед свадьбой. Хочет начать все с чистого листа.

– И ты сказал «да».

– Он мой брат, Мэйв.

– И он заслуживает еще один шанс, знаю. Я согласна. – Я поворачиваюсь в его объятиях, чтобы посмотреть ему в глаза. – Дальше все будет только лучше, вот увидишь.

Вместе со словами во мне рождается желание исполнить это обещание. Я не хочу чувствовать, что лгу ему. Я хочу видеть Коннора счастливым. Хочу слышать его смех и наслаждаться всеми хорошими моментами рядом с ним. Он заправляет прядь волос мне за ухо. Его пальцы слегка касаются моей щеки, и от одного этого движения у меня внутри все переворачивается, а сердце трепещет. И вот тогда, посреди тишины его комнаты, я снова ощущаю это сильное чувство, что витает между нами. То самое, которое я уже несколько недель вижу в его глазах, но которое он решился озвучить лишь несколько часов назад, когда мы танцевали в зеркальном зале, выполнив