Кости - К. Л. Спир

на неё сверху вниз, чувствуя себя до ужаса опустошённой. Я вспомнила, как Трей говорил, что смерть возлюбленного сломала что-то внутри Мадам, — и задумалась, не случилось ли то же самое со мной. Я определённо чувствовала себя сломанной. Я подошла ближе и опустилась на колени рядом с ней, глядя прямо в её ледяные голубые глаза. За её свирепым взглядом скрывалась отчаяние — словно у зверя, попавшего в капкан. Я всё ещё ощущала тот приторный аромат, который всегда её окружал, — частично заглушённый потом, грязью и кровью.

Я наклонилась вперёд и положила руку ей на плечо.

— Немо меня не посылал.

Глаза Мадам сузились.

— Тогда что…

Я подняла вторую руку и вонзила в её горло нож, который дал мне Трей.

Всё замедлилось — так же, как тогда, когда я воткнула этот нож в грудь Джака. Сознание словно уплыло куда-то, пока острое лезвие глубоко врезалось в плоть. Тёмно-красная кровь потекла по её шее.

«Яремная вена», — подсказало сознание.

Я продолжала давить, сильнее, пока она пыталась вырваться, ударившись головой о стену. Она издала ужасный хрип.

«Трахея».

Тёплая ярко-красная кровь брызнула с такой силой, что попала мне в лицо. Я даже не вздрогнула.

«Сонная артерия».

Я вытащила нож. Её глаза расширились от паники и страха, когда она начала задыхаться от крови, заполнившей дыхательные пути, — а я просто стояла на коленях и смотрела, как она умирает, как и обещала. Её широко раскрытые глаза не отрывались от моих, пока не остекленели, а тело не осело набок. Мадам была мертва.

Я не была уверена, что её смерть заставила меня чувствовать себя лучше, — но уж точно не хуже.

Я повернулась и села у стены рядом с её телом, откинув голову назад и прислонившись к прохладным камням. Я старалась ни о чём не думать, но в голове снова и снова звучали последние слова Трея: «Я люблю тебя, Боунс». Когда охранники вернулись проверить, что со мной, начался настоящий ад.

Шум и суета взорвались вокруг. Меня рывком поставили на ноги и вырвали нож из сжатой ладони. Остальные опустились на колени возле тела Мадам, осматривая его. Они уставились на меня с широко раскрытыми глазами, увидев кровавый разрез на её горле.

— Это ты сделала? — спросил тот, кто проверял пульс на окровавленной шее Мадам.

Я не ответила.

— Боунс, это ты сделала? — потребовал ответа Смит, но я молчала.

— Она мертва, — объявил тот, что был на полу, будто это не было и так чертовски очевидно.

— Кто-нибудь, позовите Немо!

— Ты убила Мадам?

— Что произошло?

Вопросы слились в сплошной гул.

— Боунс?

Я подняла взгляд: на меня смотрел Немо, его брови были нахмурены. Он перевёл взгляд с меня на тело Мадам, затем — на Смита.

— Простите, сэр, мы просто не знали, что с ней делать, — сказал Смит.

Немо ещё мгновение изучал меня, затем жестом велел следовать за ним:

— Пойдём, Боунс. Поднимемся наверх.

— Хотите, я… — Смит достал наручники.

— Нет, в этом нет необходимости. Но позови Мака, будь добр.

Я последовала за Немо вверх по лестнице, делая вид, что не замечаю встревоженных взглядов. Остатки двери кабинета Мадам прислонились к стене — изрешечённые пулями и изрубленные в щепки. Внутри кабинет выглядел почти так же, только на окровавленном полу стояла коробка с бумагами.

— Извини, я только начал тут прибираться, — сказал Немо.

Я безжизненно застыла посреди комнаты. Он сел за стол и указал на стул напротив. Я помедлила, но всё же села. Он откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком и внимательно посмотрел на меня.

— Должен сказать, это было неожиданно.

Я молчала.

— Ты не в беде, Боунс, — продолжил он. — Мы собирались устроить публичную казнь. Это было не моё решение, а выбор большинства. Кое-кто, возможно, разочарован, но я не думаю, что кто-то станет винить тебя за то, что ты сделала.

Я уставилась на свои руки, покрытые засохшими разводами крови Мадам.

— Я уж точно нет.

Я подняла на него взгляд — он слегка улыбнулся.

— Я хотел бы поговорить с тобой об этом подробнее позже, но сейчас, думаю, не самое подходящее время.

Словно по сигналу, послышались торопливые шаги, и в дверь ворвался Мак — на редкость встревоженный. Сначала его взгляд нашёл меня, осмотрел, затем обратился к Немо.

— Всё в порядке, Мак, — сказал Немо. — Можешь отвести Боунс обратно в лечебницу?

Мак уставился на него, тяжело дыша, будто бежал всю дорогу сюда.

— И это всё?

— Да, всё, — ответил Немо.

Мак схватил меня за руку, рывком поставил на ноги и почти вытолкнул за дверь, словно боялся, что Немо передумает. Оказавшись снаружи, он взглянул на меня — в его серых глазах вспыхнули искры.

— Какого чёрта ты творишь, совершая такую безрассудную глупость? — прорычал он.

Я не стала отвечать. Он выругался себе под нос и повёл меня обратно в лечебницу. Когда он втащил меня внутрь, там уже ждали Гриз и Рэйвен.

— Ты правда только что убила Мадам? — спросила Рэйвен, и на её лице отразилось удивление и что-то вроде гордости.

— Рэйвен, — предостерегающе произнёс Гриз.

— Да, она, — ответил за меня Мак, голос его всё ещё звенел от гнева.

— Чёрт, — Рэйвен даже улыбнулась. — Отлично.

— Рэйвен! — резко оборвал её Мак, подтаскивая меня к раковине.

Я посмотрела в зеркало — на щеке виднелись разводы крови.

— Тебе стоит умыться, — буркнул Мак.

Я взглянула на его отражение — его тёмные глаза следили за мной, а в линиях челюсти всё ещё читался гнев.

Я включила воду, смывая кровь с рук и лица, пока он отворачивался, чтобы отвечать Гризу и Рэйвен короткими одно- или двухсложными фразами. Мои запавшие глаза смотрели на меня из зеркала — тусклые и пустые. Кто-то зашёл с вывихнутым запястьем, дав мне повод отвлечься, но никто из команды Мака не ушёл. Они провели остаток дня, бесцельно слоняясь по лечебнице и делая вид, будто не следят за мной так, будто боятся, что я сорвусь и убью кого-то ещё.

Если бы у меня были силы, я бы заверила их, что всё кончено. Это и был весь мой план мести.

Теперь не осталось ничего.

29

Жизнь пошла своим чередом после того, как я убила Мадам.

Никто толком со мной об этом и не говорил. Кое-кто бормотал что-то себе под нос, когда я проходила мимо, а многие смотрели с новой настороженностью — но не более того. Всё вышло настолько буднично, что порой я задавалась вопросом: а действительно ли я это сделала или всё приснилось? Я готовилась