Антагонизм - Натали Ният

У нас тоже продают "Бебипапу", но есть немного и других товаров: перловка, пшено, хлеб тот же. Иногда какие-нибудь консервы. Кстати, мне очень нравится "Бебипапа". Продавщица сказала, что этот порошок надо разбавлять водой и потом есть как кашу. Мы попробовали: нет, не разбавляя водой, гораздо вкуснее. Я вообще разрываю пакетик, насыпаю в ладошку и ем. Вкусно! Очень вкусно!

Бабуля умерла. Моя бабулечка. Ее больше нет.

Рано утром, как только папа пришел на работу, ему позвонили из больницы:

— Лилия Леонидовна Майская кем вам приходится?

— Тещей.

— Примите наши соболезнования, сегодня ночью она скончалась.

Папа сразу же вернулся домой и рассказал всё нам. Было воскресенье.

"Ничего не понимаю, — думала я. — Накануне я была у бабули в больнице, разговаривала с ней, мы шутили, смеялись. Как же так могло произойти?"

Надо отдать должное папе, он сразу всё устроил. Договорился на работе, там его поддержали, определили место на кладбище, выдали некоторую денежную сумму, помогли приобрести гроб. Ещё сказали, что он может не выходить на работу и спокойно заниматься всем необходимым. Папа позвонил Вадиму и спросил его, не против ли он, что его маму похоронят на кладбище в Светлом? Вадим сказал, что не против, совсем наоборот. Будет рад, если папа сможет быстро всё организовать.

Бабуля лежала в гробу в нашей гостиной. Приехала тётя Оля, Лидка, её братья. Приходили коллеги с папиной работы, приносили цветы и соболезновали. Ещё приезжали бабулины знакомые и соседи по Осмаку. Несколько бабушек прочитали молитвы.

Я машинально делала работу по дому, помогала маме, но мысли были как в тумане. Поделаю что-нибудь и иду, сажусь на стул рядом с дедулей. И вот так сидеть с ним мы можем долгое время: сидим и смотрим на бабулю. Потом я снова встаю и иду делать необходимое по дому, возвращаюсь. Он, конечно, плакал, и мне его очень жалко. И себя жалко. И бабулю.

После нашего звонка Наде остался тяжелый осадок на душе. Она кричала, обвиняла нас в её смерти, говорила, что это мы её довели, мы её убили. Потом Надя просто бросила трубку. Я знаю, что Надя любила бабулю, и ей очень тяжело сейчас. Наверняка она обижалась на неё за то, что та оставила её и уехала, мечтала, что она вернется к ней однажды. А сейчас её больше нет. На всём белом свете её больше нигде нет.

Бабулю похоронили, поставили деревянный крест на могиле, помянули. Когда закапывали бабулин гроб, я вспомнила о бабушке.

— Пожалуйста, помоги ей, — попросила её мысленно.

Бабушка умирала долго, долго болела, а бабуля умерла внезапно. Может быть, я ещё не осознала этого? Её смерть? Всё время ловлю себя на мысли, что вижу её рядом. Как будто она смотрит на меня и улыбается.

После похорон папа жаловался маме, что сильно потратился на всё это, а Вадим, видимо, не собирается вернуть ему хоть часть денег.

— Собирается, — неожиданно для себя говорю им. — Я слышала нечаянно их разговор с Тасей.

Родители заинтересованно повернулись в мою сторону.

— Вадим сказал Тасе, что Витя потратился и надо бы ему дать денег, она же его мать. Тася спросила: «Сколько?» Вадим ответил: «Не знаю, надо прикинуть». Так что, наверное, он даст тебе деньги.

— Надеюсь, — усмехнулся папа. — А что ещё он говорил?

— Больше ничего.

— Гадёныш, — процедил сквозь зубы папа. — Вообще-то он должен меня отблагодарить ещё в сто раз больше: я и место на кладбище организовал, и похороны. Если бы не я, где бы он мать похоронил? У себя в огороде?

— Он всю жизнь такой, — всхлипнула мама. — Бедная моя мамочка, может быть, сейчас, с того света, посмотрит и наконец-то поймёт, какой он неблагодарный.

Сейчас я волнуюсь за дедулю, он очень плох. Когда он уезжал от нас, Вадим придерживал его, усаживая в машину. Он чуть не падал.

А ещё я была очень зла. На похоронах, когда бабуля лежала в гробу, я подошла к маме и сказала:

— Она просила накрасить ей помаду.

Мама посмотрела на меня удивлённо.

— Кто?

— Бабуля. Она просила накрасить ей помаду.

— Когда? — не понимала мама.

— Ещё в Уцике, и потом она мне всегда это говорила. И вам с Тасей.

— Но, Линда, — растерялась мама, — не знаю, нужно ли это.

— Нужно, я сама накрашу. Она просила накрасить ей помаду! — повторила я твёрдо.

Мама пристально посмотрела на меня и проговорила:

— Хорошо.

Затем она направилась к Тасе, и они стали шушукаться. Я подошла к ним и снова повторила:

— Она просила накрасить ей помаду.

— Накрасим, — решилась Тася и вышла в прихожую. Затем вернулась, неся в руках тюбик помады. Она осторожно накрасила бабуле губы.

— Спасибо, — поблагодарила я её.

— Я помню, она говорила, — согласилась Тася.

Моя бабуля лежала в гробу в платочке. Всезнающие старушки сказали, что так надо, и ещё ей на лоб положили бумажную молитву.

— Мам, нельзя её убрать у неё со лба?

— Нет, Линда! — отдернула меня мама. — Так принято!

— Бабуля никогда не носила платков, она их не любила. Притом такой ужасный, белый, и нитки торчат.

У бабули были лёгкие прозрачные платочки, которыми она обвязывала шею наподобие шарфиков. Платочки были такие красивые: красный с золотыми нитками, чёрный с серебряными, и приятно пахли духами. А ещё бабуля любила разные шляпки: зимой — пушистые, как у Снегурочки, а когда на улице было слегка прохладно, надевала кокетливые шляпки-таблетки. Бабуля всегда одевалась со вкусом!

— Мам, она не носила платок на голове. Она как старушка.

— Линда, прекрати! Мы и так накрасили ей губы. Это многим не понравилось.

— Кому? Этим старухам? Зачем их вообще слушать?

— Прекрати, Линда! — зашипела на меня мама и больно сдавила мое запястье.

Вот поэтому я и была зла. Неужели нельзя было похоронить бабулю так, как ей понравилось бы? И, насколько я помню, у нас в Уцике не хоронили людей с платками на голове и с молитвой на лбу.

Внезапно мне вспомнился Незнайка. Он бы, наверное, попытался меня успокоить и сказал:

— Линда, не переживай, твоя бабуля уже на небесах. Это главное, ей там спокойно.

— Незнайка милый, а мне совсем сейчас не спокойно, — шепчу беззвучно пространству.

Глава 84

Глава 84

Сестра Таси и родители уехали в Германию: им пришли нужные бумаги, и они уже там. Тася нервничает:

— Почему наши документы всё никак не приходят?

После смерти бабули мы стали встречаться с Вадимом и Тасей гораздо реже. А значит, и с дедулей тоже. Мама не