Вершитель хаоса - Марина Адлер

Внутри скручивается что-то. Все чувства, что подавляла эти дни после возвращения в свой мир, вдруг обрушиваются на меня как цунами. Глаза начинают гореть от подступающих слез.

— Пожалуй, так и поступлю, — говорит он, протягивая мне руку ладонью вверх с подрагивающей улыбкой на губах. — Скучала, малышка? Ведь я просто с ума сходил без тебя.

Я смотрю на его руку. На пальцы, которые совсем недавно держали монетку, но та вдруг бесследно исчезла. На ладонь, которая когда-то касалась моего лица и кажется самой знакомой из всех. И кладу свою руку в нее. Сжимаю крупную теплую руку, не думая о последствиях, а только о том, что хочу убедиться — он реален. Хаос не плод моего воображения!

Его пальцы сжимаются вокруг моей ладони, и я чувствую, как вся боль последних недель, все одиночество, вся тоска вдруг находят свое место, заполняя пустоты внутри. Находят причину. Находят смысл.

— Я думала, ты мертв, — шепчу я, не отводя от него глаз.

— Я был, — отвечает он просто. — Но ты спасла меня.

— Я вонзила в твое сердце кинжал, — напоминаю я с истеричным смешком, чувствуя, как слеза скатывается по щеке, как губы дрожат. Сжимаю руку Хаоса еще сильнее и вижу, как его другая ладонь тянется ко мне, накрывает мою руку сверху. — Я уже успела поверить, что просто сошла с ума. Что все произошедшее мой дурной сон или галлюцинация.

И я улыбаюсь. По-настоящему улыбаюсь в первый раз за долгие недели. Внутри смешивается облегчение, страдание и радость.

— Дыши, Лис, — шепчет мне Хаос. — Это я. Я здесь. Я с тобой.

Его рука в моей руке кажется единственной реальной вещью в этот момент. Теплая, настоящая. Я смотрю на наши переплетенные пальцы, не в состоянии поверить, что это происходит на самом деле. Что он здесь. Что он жив.

— Ты выглядишь так, словно видишь привидение, — говорит Хаос, и в его голосе слышится та самая насмешка, которая когда-то до безумия меня раздражала. Теперь же она звучит как лучшая музыка.

Я пытаюсь ответить, но голоса нет. Просто смотрю на его лицо, изучаю каждую деталь, словно боюсь, что он вот-вот исчезнет, если отведу взгляд. Темные круги под глазами, тонкие линии у уголков губ, которые раньше не замечала. Он выглядит уставшим. Истощенным. Но живым. Боже, какой же он живой

— Ты очень странно молчишь. Скажи что-нибудь, — продолжает Хаос, наклоняясь ближе. Его синие глаза светятся весельем и тоской одновременно. — Может быть, мне стоит доказать, что я не плод твоего воображения?

Я хочу спросить, как, но в этот момент чувствую странное движение вокруг своей ноги. Что-то мягкое, гибкое, обвивающееся вокруг щиколотки. Мой взгляд инстинктивно падает под стол, и я вижу его хвост. Синий, светящийся слабым мерцанием, обвивающийся вокруг моей ноги как живая змея.

Я издаю звук, похожий на смесь смеха и вскрика, и вздрагиваю. Хвост тут же спешит отпрянуть, но не исчезает полностью — просто лежит рядом, кончик его едва заметно подергивается из стороны в сторону.

— Это... это твой хвост, — выдыхаю я, и смешок, который вырывается из груди, звучит почти истерично.

Хаос улыбается шире, и эта улыбка настолько знакома, что сердце пропускает удар.

— Так что скажешь, Лис? — спрашивает он, наклоняясь еще ближе, его синие глаза горят весельем. — Готова ли ты пойти за мной? Готова ли ответить взаимностью на чувства очень странного человека?

Я смотрю на Хаоса, на его улыбку. На то, как синие глаза, смотрят на меня с любовью и понимаю, что давно отдала сердце этому дьявольски притягательному мужчине.

— Не человека вовсе, — поправляю с ухмылкой. — Ты совсем не человек.

— Именно, — соглашается он. — Я существо, которое похитило тебя, но— он делает паузу, его улыбка становится нежнее, — полюбило тебя больше жизни и готово загладить вину. Обещаю, Лис, я постараюсь все исправить. Не буду тебя пленить. Только иногда забирать, чтобы сильно любить и заботиться. А когда пожелаешь, буду возвращать обратно.

Я приподнимаюсь со своего места, опираясь на локти, не отпуская его руки. Мой взгляд скользит по залу кафе — смотрю на Ника, который глядит на нас с открытым ртом, на посетителей, которые тоже начинают замечать необычную сцену. Но мне все равно. Мне абсолютно все равно, что они подумают. Я недавно встретила того, кого похоронила в своей душе, сердце, памяти и готова кричать от счастья, что он жив.

Я склоняюсь над столом и целую Хаоса в губы. Просто целую, не думая о последствиях, о том, что это происходит на глазах у всех. Его губы горячие, знакомые, и когда он целует меня в ответ, чувствую, как все внутри встает на свои места. Как боль последних недель исчезает.

Когда отстраняюсь и сажусь обратно, наблюдая за мужчиной, который смотрит на меня с таким диким восхищением, что все сжимается внутри, улыбаюсь и говорю:

— Как же ты до сих пор не понял? Я уже давно ответила тебе взаимностью. Та дверь наружу. Она была самым откровенным признанием. Я отдала тебе свое сердце, хотя тогда сама еще не была уверена в этом. А потеряв тебя, перестала сомневаться. И ты не сомневайся. Я люблю тебя.

Хаос издает низкий смешок, который звучит как удовлетворенное рычание. Его глаза вспыхивают ярче.

— Это весьма опасное заявление, малышка, — говорит он, его пальцы скользит вверх по моей руке. Он немного тянет меня на себя, выводя из-за стола, и вскоре я оказываюсь у него на коленях. Сильные руки обвивают мою талию, прижимая к себе так крепко, что едва могу дышать. Но я не жалуюсь. Я прижимаюсь к нему еще ближе, закрывая глаза, позволяя себе просто быть рядом с ним. — Потому что теперь я не отпущу тебя больше никогда, — продолжает он, поглаживая мою спину.

— Не отпускай, — шепчу я, и эти два слова содержат в себе все, что не смогла бы выразить никакими признаниями.

Когда открываю глаза, замечаю что-то странное. Зал кафе вдруг опустел. Полностью. Ник исчез из-за барной стойки. Посетители испарились, словно их никогда и не было. Остались только мы двое, свет над столом и дождливая лондонская ночь за окном.

— Что... — начинаю я, но Хаос не позволяет