Многоликая в сражении. Убойная практика - Олеля Баянъ

На карте на землях гер Брамингов стали появляться красные кружки.

— Что это? — я не понимала, к чему клонит регент.

— Это отряды Смерти. Они выжгут всё там. Поймать рейнису, имеющую привычку разгуливать без охраны в самом пекле, — большая удача. Командующего этого направления уже сняли с должности. Неудивительно, ведь он упустил такую славную добычу.

— Это вышло случайно.

Меня не стали дослушивать. Виарат отошёл к выходу из шатра и приоткрыл полу:

— Гарджере!

И тут же в шатёр вошёл его верный соратник.

— Забери рейнису в мой загородный дом. На этот раз отвечаешь головой за её жизнь, — приказал дор Халденрей. — Твоя практика закончилась, Луария, — бросил он мне и застыл перед картой. На его лбу между бровями залегла глубокая морщинка.

— Пройдёмте, рейниса, — позвал меня Гарджере.

Мне захотелось снова оправдаться, но я не стала. Просто отвернулась и шагнула к своему охраннику.

Мы перенеслись в загородный дом. Что я ожидала увидеть? Наверное, дворец, но точно не одноэтажный дом на пять комнат. Прислуги не было. Однако и пыли не наблюдалось. Наверное, здесь установлены магические артефакты для уборки. Ужин накрывал Гарджере. Он отказался от моей помощи, когда я начала искать столовые приборы по ящикам.

Я сидела на стуле, устремив взор в окно. Казалось, совсем немного времени прошло, но столько событий случилось. Навалилась некая апатия, усталость. Мысли тоже не желали никак анализировать произошедшее. Только всё время прокручивала сцену, где Виарат стоял у карты и рассматривал её.

Приняв ванну, я ушла в подготовленную комнату. Гарджере пожелал спокойной ночи и оставил меня одну. Я выключила светильник и легла в кровать. Повернулась на другой бок. Так можно было рассматривать ночное небо, усыпанное звёздами. Разглядывая его, я незаметно для себя уснула.

Утром меня ждала закономерная новость.

— Рейниса, мне приказано отправить вас в Академию Изумруд, — отчитался после завтрака Гарджере.

Глава 8

Что ж, ожидаемо. Виарат уже объявил, что моя практика закончилась. Так что, делать мне здесь больше нечего. Только у меня остались ещё денёчки до её официального завершения. Хотелось бы провести их дома, а не в академии.

— Я могу проверить своего пациента? — пусть сработает эта отсрочка. Мне нужно узнать, чем закончилось это кратковременное перемирие. И не стала ли я причиной гибели своих подданных?

— На этот счёт указаний не поступало, значит, можете, — сообщил Гарджере, и я радостно выдохнула. А вот мой охранник напрягся, поэтому я постаралась придать лицу более скучающее выражение. — Только придётся подождать, пока я всё устрою.

— Хорошо, — заверила я его, хотя внутри меня всё ликовало.

Лорд Дамхорфъ поправился. Мне хотелось с ним встретиться и задать ему несколько вопросов. Особенно, насчёт короны. Может, он что-то знает о ней?

В томительном ожидании прошёл целый день. Вечером мне сообщили, что завтра утром я смогу увидеться с Дамхорфом и тут же отправлюсь в академию. Пусть хотя бы так, зато встречусь. С такими мыслями я шла в комнату, в которой ночевала прошлой ночью.

В этот раз сон не шёл. Мне было то холодно, то жарко, то ломило мышцы, то кости. Какое-то нехорошее предчувствие снедало меня. От длинного, ночного бдения захотелось пить. В комнате не оказалось графина с водой, и жажда выгнала меня на кухню. Когда я вернулась в комнату, то в центре зиял тёмный портал. Тьма вокруг него так и клубилась.

Первой реакцией было закричать и позвать Гарджере, но хриплый стон из портала отговорил меня это делать. Я осторожно заглянула и тут же шагнула, не задумываясь о последствиях и нарушении запретов.

В шатре, на полу перед кроватью лежал Виарат и истекал кровью. Я тут же бросилась к нему. Диагностика показала множественные разрывы не только сосудов, но магических артерий, которые к тому же ещё и обожжены.

Я бросила взгляд на полог шатра и снова взглянула на правителя Надора. Времени не хватит. Его жизнь, скорее всего, спасти успеют. А вот силы… Кажется, сегодня кто-то перестарался на линии фронта. И я даже догадываюсь, что сегодня Виарат пытался отстоять земли гер Брамингов. Удачно или нет, узнаю из первых уст, когда вытащу его из лап смерти и сохраню его силы.

Золотые нити вылетели из моего солнечного сплетения, потекли по рукам, сосредоточились на кончиках пальцев. Моя сила стала более послушной за время практики. Всё-таки регулярные занятия медитацией очень помогли мне. Да и клятва лекарей подкидывала подсказки, пока я одновременно латала кровеносные и магические артерии и излечивала ожоги последних. Видеть обугленные магические артерии страшно. Но ещё страшнее было представить себе бессильного дор Халденрея. Если его силы не восстановятся, то это пошатнёт позиции Надора, а вместе с ним и Рейнорана. Как ни крути, а наши страны связаны.

Сколько времени я лечила Виарата, не знаю. Пот лился ручьём со лба. Руки била крупная дрожь от чрезмерного усердия. Хотелось пить и есть. Но я не прерывала процесс исцеления. Боялась, что не смогу повторно обуздать силу, что усталость возьмёт верх, и ещё много разных «что».

Только когда я «заштопала» последний кровеносный сосуд и восстановила последнюю магическую артерию, упала без сил прямо на своего пациента. Я исчерпала всю свою силу, вложила всю энергию в исцеление Виарата. Только пусть попробует на меня наорать ещё раз — буду припоминать ему эту ночь. Я широко зевнула и заснула с этими мыслями.

* * *

Просыпаться не хотелось совсем. Я потянулась и прижалась к тёплому боку, ещё и ногу перекинула через мужское бедро. Так удобнее лежать.

И тут же подскочила на кровати. Если бы не Виарат, то упала бы с края. Он обнимал меня за талию. Правитель Надора притянул меня к себе ещё ближе и навис сверху.

— В-виарат, — проблеяла я под ним.

Никогда я не видела его таким. От него исходила бешеная энергетика. И это не шло ни в какое сравнение с тем, каким он был, когда целовал и ласкал меня на столе в шатре, когда спас на линии фронта.

Сейчас, казалось, он поглотил всю Тьму во всех мирах. В его взгляде не было и намёка на голубизну. Всё поглотила чернота. И она манила. Манила своим теплом, силой, горячими ладонями, скользящими по моему телу. Я выгибалась от ласк и поцелуев любимого. Кричала его имя. Царапала его спину. Отвечала на его страсть со всей просыпающейся во мне чувственностью.

Я плавилась в объятиях любимого. Всё смешалось перед глазами. Дыхания не хватало. Тьму разрезали золотые ленты.