Многоликая в сражении. Убойная практика - Олеля Баянъ

Доплетая косу, я остановилась у штор, которые вели в «гостиную», где всё ещё шла оживлённая дискуссия. Генералы решали, как лучше выстроить защиту.

— Сдайте территории гер Брамингов, — высказался кто-то жёстко. — Мы теряем там много солдат. Слишком ожесточённые бои. Мы положим людей, но всё равно не удержим эту территорию. Целесообразно её сдать.

Глава 6

Я схватилась за штору, намереваясь войти, но помедлила, а после и вовсе отказалась от этой затеи. Там, за тканевой преградой, разразился нешуточный спор, который разделил присутствующих на два лагеря: на тех, кто поддерживал идею сдачи, и тех, кто полагал, что нужно удержать эту позицию.

Край гер Брамингов был стратегически важен для Рейнорана. Там изготавливали лучшие зелья и снадобья в моей стране. Сдать эти земли означало лишиться и теплиц, где выращивались редкие растения для снадобий и зелий, и лабораторий, в которые в своё время предыдущие рейны вложили огромные средства из казны, и опытных зельеваров, которых обучали за счёт стипендий, выделяемых из той же казны Рейнорана, и качественных зелий. Эта потеря подорвёт снабжение наших войск необходимыми зельями и лекарствами.

Из своих мыслей я вынырнула, когда регент вошёл и практически наткнулся на меня. Нет, уверена, по его взгляду я поняла, он знал, что я стою за шторой, но специально встал ко мне близко-близко.

Я смотрела в его голубые глаза и прошептала дрожащим голосом:

— Н-нельзя сдавать, — я замотала головой, хватаясь за лацканы его кафтана. — Нельзя сдавать гер Брамингов, — чуть громче повторила. — Не сдавай! — крикнула я в отчаянии, боясь, что у дор Халденрея другое мнение на счёт этих территорий. Лёд сковал меня изнутри.

Правитель Надора накрыл своими ладонями мои руки, лежащие на его груди. От его горячей кожи потекли струйки тепла, согревающего и успокаивающего.

— Я услышал тебя, — уверенно произнёс он и одарил меня пристальным взором. — А что ты думаешь по первому вопросу?

По первому? Я встрепенулась. Неужели он считает, что я специально отправилась в тыл врага и рассекретила нашу разведгруппу?

— После лечения лорда Дамхорфа я была очень уставшей, поэтому не заметила ловушки, когда открыла дверь в свои покои. Портал перенёс меня на вражескую сторону. Мне повезло, что меня встретил Джеймор и его отряд, — я не стала упираться или язвить, а сказала чистую правду, опустив голову.

— Гарджере уже отчитался и признал свою вину, что пропустил этот портал.

Я резко вздёрнула голову и удивлённо взглянула на Виарата. Он разговаривал со мной на равных, без чувства превосходства или нравоучительных интонаций.

— У меня есть одна догадка, кто мог это устроить, — ещё больше шокировал меня дор Халденрей. — Сейчас он занят проверкой этого варианта.

В этот момент я была способна только на кивок.

— Раз мы обсудили важные темы, предлагаю, хм, позавтракать, а потом кому-то пора будет заступать на смену, — он отступил в сторону и показал рукой на накрытый стол.

При виде горячих блюд, к слову, простых и без деликатесов, у меня рот наполнился слюной. Я поняла, что безумно проголодалась. Даже не дождавшись помощи, когда мне отодвинут и придвинут стул, я сама плюхнулась и руками принялась есть.

Виарат занял место напротив. Его губы растянулись в понимающей улыбке, и что-то было в ней такого, что я не сдержалась, поднялась и наклонилась над столом, чтобы легонько чмокнуть его в уголок смеющихся губ. На мгновение наши взгляды встретились.

В его голубом взоре кружилась тьма. Она рвалась, но сила воли мага сковывала её, не давая вырваться наружу. Я сглотнула, осознавая, какую мощь в себе скрывает дор Халденрей. Миг, и сильная ладонь легла мне на затылок. Рывок, и его рот накрыл мой в глубоком, страстном, клеймящем поцелуе.

— Очень вкусный соус, — отстранившись, заметил регент.

Соус. Вкусный. Очень.

Я никак не могла прийти в себя после ошеломительного поцелуя. Только хлопала глазами. Виарат улыбнулся, потянул меня из-за стола и усадил к себе на колени. Я не спускала с него взора. Он же вилкой наколол кусочек мяса, обмакнул его в соусе и поднёс к моим губам. Я открыла рот и зубами сняла кусочек. Взгляд дор Халденрея потемнел. Я сглотнула и подавилась. Пришлось отвернуться. Я хотела, было, встать, но повелитель не позволил. Он прижал меня к себе и протянул бокал с прохладным напитком.

— Не торопись, — произнёс он. — Наслаждайся процессом.

Я едва снова не поперхнулась. Виарат точно говорит о еде? Лично мне уже хочется повторить то, чем мы занимались во время моего визита сюда под действием приворота. Только подумала и тут же почувствовала, как стала приливать кровь к щекам и шее. От моих смелых мыслей даже уши загорелись. Я надломила хлебец и намазала его маслом, а затем поднесла к губам регента.

Виарат принял еду из моих рук, обхватив губами пальцы. Моё сердце загрохотало в груди на весь шатёр. Успокойся, глупый орган! Но оно продолжало разгонять кровь по жилам с бешеной скоростью. Никогда бы не подумала, что кончики пальцев могут быть такими чувствительными, и что такая ласка — настолько будоражащей и чувственной.

Я насытилась быстро. Наверное, потому что не глотала, а тщательно и медленно пережёвывала каждый кусочек, который клал мне в рот дор Халденрей. И когда завтрак подошёл к концу, и мне пришлось встать с колен регента, я почувствовала некое разочарование. Хотелось продлить эту игру.

На стол из воздуха упал свиток. Виарат поджал губы, протянул руку к пергаменту, вскрыл защитную печать и прочитал, судя по всему, донесение.

— Удачного дня! — на прощание сказал правитель и скрылся в портале.

И тебе. Мысленно я пожелала ему и вышла из шатра.

Жизнь в лагере кипела. И она меня тут же подхватила, несмотря на наступающие сумерки. Оказывается, мой завтрак был на самом деле ужином. После дежурства я проспала весь день. Осознав это, я помчалась к госпиталю, чтобы успеть на заступление нашей бригады в смену.

Всю смену я снова помогала. В этот раз мне доверили даже лечить мелкие раны, чтобы не задерживать очередь и дать более опытным целителям больше времени на излечение серьёзных ранений.

Особого отношения я к себе не чувствовала. Радовалась этому. Правда, ощущала на себе заинтересованные взгляды, только вслух никто ничего не спрашивал. Пациентам, в основном, было не до того, что в госпитале работает рейниса. Они жаждали избавления от боли, чтобы взять под контроль страх смерти, которая, к сожалению, не миновала нашу смену этой ночью.