Матрёшка для наглеца Гошки - Рокси Нокс

– Не дороже денег.

Марина стоит в луче света, такая колючая и такая настоящая, что у меня внутри что-то подозрительно уютно щелкает.

– И забудь про «концовку», Марина. Помни только про конец. Счастливый, толстый и длинный. Мы сейчас в завязке чего-то о-очень интересного. А настоящий кофе я все равно в тебя впихну. Даже если мне придется купить этот магазин вместе с тобой в придачу.

Не дожидаясь колкого ответа, выхожу на улицу, вдыхая прохладный воздух, и чувствую дурацкую улыбку на лице. Эта женщина – ходячая проблема с ароматом капустного пирога и характером гремучей змеи. И, кажется, я впервые за много лет действительно хочу ввязаться в неприятности в виде покорения сисястой красавицы, осмелившейся сказать мне очередное «нет»…

Глава 12

Глава 12

Роз в букете столько, что в магазине теперь пахнет как в оранжерее.

Залесский, конечно, удивительный мужик, честное слово. Я-то приготовилась к выяснению отношений, кто прав, кто виноват, а он взял и просто признал свою ошибку.

И извинился.

И ведь как! Букет такой тяжелый, что им при желании можно от грабителей отбиваться.

Но гвоздь сегодняшней программы – это, конечно, аппетитное поедание пирога. Смотрела я на то, как исчезает последний кусок, и внутри меня боролись две личности. Одна восхищалась его аппетитом и мужественностью, а вторая едва сдерживала истерический хохот.

Потому что, скажем прямо, кулинар из меня фиговый. Пирог-то я купила утром в пекарне за углом, просто переложила на красивую тарелку, чтобы съесть в обед. А он отобрал мою еду!

Ладно, мне не жалко. Стройнее буду.

А еще Георгий купил старый стул, который стоял в углу скорее для мебели, чем для продажи. Но Залесский его не просто купил, он за него переплатил втридорога. Я на эти деньги теперь могу не только новую партию сувениров на фабрике заказать, но и путевку на море приобрести.

Сижу, смотрю на пустую тарелку, на оставленные им купюры, на эти красивущие розы… и чувствую, что щеки горят. Ох, Залесский… Даешь повод думать, что я тебе нравлюсь.

Или моё «нет» его так завело?

Ладно, пойду поставлю цветы в ведро, потому что ни одна ваза эту щедрость не выдержит.

***

Закрываю магазин. Всё, на сегодня хватит работы. Я устала, как ишак. Иду домой, на ходу вытряхивая из головы образ Залесского, который так смачно жевал покупной пирог, думая, что я пекла его своими рученьками.

Я-то могу испечь, просто некогда. У меня даже книга рецептов, доставшаяся от бабушки-крымчанки, где-то лежит!

Дома тишина, розы стоят в ведре (реально, другого выхода не было) и занимают половину кухни. Я ужинаю, потом наношу на лицо натуральную огуречно-яичневую маску. Огурцов-то теперь целый месячный запас в холодильнике!

И тут меня прошибает холодным потом.

Ацамаз! Он так яростно хотел попасть в квартиру, чтобы что-то забрать. А я так и не поискала это «что-то»! Ну, не глупая ли?

– Так, Марина, соберись. Если там заначка на черный день, я ее потрачу на психолога. Нет, лучше правда на море поеду. На наше, Черное. Куда-нибудь в Сочи. Если там коллекция дурацких кепок – тупо выкину с балкона, – бормочу я, начиная поисковую операцию.

Запускаю руку под кровать. Пыль, старая заколка, носок...

Срочно нужна уборка.

Опа. Рука натыкается на что-то твердое.

Вытаскиваю на свет божий серый тряпочный сверток. Разворачиваю и едва не падаю в обморок прямо на ковер.

– Батюшки... Это же пистолет. Настоящий! Огромный!

Руки трясутся. Хватаю телефон и набираю Таню.

– Танька, бросай всё, беги ко мне! И возьми перчатки. Нет, не кружевные для фотосессии, а хозяйственные, в которых ты унитаз моешь! Только новые.

Через пять минут Татьяна влетает в мою квартиру, дыша как марафонец.

– Кого убили? Где труп? Почему ты еще не вызвала клининг для затирания следов? – выпаливает она, глядя на сверток.

– Никто никого не убил! Пока что. Смотри, что этот «джигит» у меня под кроватью хранил.

Таня осторожно тычет пальцем в перчатке в железку.

– Марин... Это что, настоящий? Он из него от зомби отстреливаться собирался или грохнуть любовницу, чтобы завладеть деньгами ее папаши?

– Тань, мне сейчас не до шуток! Если, не дай Бог, Ацамаз его использовал... Меня же заметут в тюрягу как его сообщницу!

– Спокойно. План такой: берем пакет, кладем находку внутрь и везем в полицию. Скажем, нашли в купленном на барахолке диване.

– В каком диване, Тань?! Он у меня под кроватью лежал!

– Значит, скажем, что на улице. Под кустом сирени.

– Уже лучше.

– Надо от него избавиться поскорее!

Мы стоим посреди комнаты и смотрим на пакет с надписью «Спасибо за покупку», из которого торчит холодная рукоятка оружия. Страшно-то как!

– Марина, сними капюшон. Мы выглядим как две неудачливые киллерши, которые пересмотрели сериал «След».

– Пошли уже, пока я не начала из него по люстре палить от нервного напряжения.

Вцепляюсь в руль так, что костяшки пальцев белеют. Старенькая «Лада» натужно кряхтит, преодолевая каждый метр. Таня сидит рядом, вытянувшись в струнку, а на ее коленях, завернутый в пакет из супермаркета, лежит злополучный предмет.

– Тань, а вдруг Ацик... – голос мой срывается. – Вдруг он киллер, людей мочит направо и налево? А я с ним три года живу и думаю, что он просто в офисе переутомляется!

– Слушай, твой Ацик как-то раз ловил муху тапкой и в итоге попал себе по колену. Какой из него киллер? Мазила! – Таня нервно хихикает и поправляет пакет. – Прибавь газу! Что ты плетешься, как улитка?

Вытираю вспотевший лоб рукой, и понимаю, что впопыхах забыла смыть свою маску! В этот самый момент на дорогу выскакивает бродячий кот. Резко выкручиваю руль вправо, и в глазах темнеет от ужаса. Раздается противный скрежет металла о металл.

– Шо, приехали? – шепчет Таня, не открывая глаз.

– Почти, – икаю в ответ. – Мы приехали прямо в бок патрульной машины.

***

Через некоторое время мы обе сидим в дежурной части. На пластиковом столе перед суровым дежурным лежит пакет «Спасибо за покупку».

– Значит, так, гражданки, – капитан лениво переводит взгляд с меня на Таню, которая пытается сделать невозмутимое лицо. – ДТП оформим, но объясните мне, почему